Залив ангелов - Боуэн Риз

Мои щеки стали ненатурально красными, а когда горничная вдобавок накрасила мне веки и нанесла на губы пунцовую помаду, я решилась спросить:

— Это не слишком ярко?

— Конечно нет, — снова вмешалась Мэри. — Вы будете на сцене, под ярким светом. И в конце концов, вы — куртизанка!

Я чувствовала себя все неуютнее и все сильнее жалела, что пришла сюда без сопровождающих. Если какой-нибудь лорд захочет затащить меня за кулисы, кто встанет на мою защиту? Потом я сказала себе, что это сделает Джайлс Уэверли — у меня тут есть союзник. Мэри провела меня по явно предназначавшимся для слуг коридорам, и мы оказались в тускло освещенной бальной зале. Перед отгороженным красным занавесом помостом полукругом выстроились ряды стульев. Тут и там разговаривали какие-то люди. Все они были одеты по моде времен Карла Второго: в парики с длинными локонами и широкие юбки.

— А вот и мы, дорогой, — сказала Мэри, подведя меня поближе. — Видишь, я нашла для тебя Нелл. Разве она не идеальна?

На ее слова обернулся высокий смуглый мужчина. Он был в образе Карла Второго, с лежавшими на плечах длинными локонами и в парчовом сюртуке.

— Здравствуйте, Нелл. — Он взял мою руку и поднес к губам. — Она совершенна! Ты гений, chérie[23]!

— Но помни, Франсуа, что это всего лишь представление, — сказала Мэри, слегка шлепая его по руке. — Не дай твоим фантазиям тебя унести.

— Как-будто такое возможно, когда у меня есть ты. — Он помолчал, а потом добавил: — И следишь за мной, как ястреб.

Мэри засмеялась. У них, похоже, был хороший брак, основанный на любви.

Нас отвели за сцену. Я ахнула, увидев, как потрудилась Мэри, готовя живую картину. Тут оказалась настоящая театральная декорация, изображавшая улочку старого Лондона. С одной стороны стояла тележка, полная предназначенных для продажи фруктов. От всего этого исходило сильное ощущение подлинности. Нас расставили по своим местам, наверное, руководствуясь какой-то картиной. Мне дали корзину с апельсинами. Ее нужно было повесить на сгиб локтя, а другой рукой я протягивала апельсин королю Карлу Второму, пока его свита наблюдала за всем происходящим.

Когда все было готово, Мэри сказала:

— Как только зрители соберутся, я дам вам знак.

Король Карл подмигнул мне, явно желая подбодрить.

— Только не чешите нос и не чихайте, — прошептал он. — Мы должны будем стоять как статуи.

Раздался скрип стульев: это гости вечеринки заполняли бальную залу, оживленно беседуя по-французски и по-английски. Потом нам дали сигнал. Я подняла свой апельсин и переступила с ноги на ногу, словно проверяя, насколько устойчиво держусь на ногах. Занавес стал подниматься, и в глаза ударил яркий свет, заставив меня моргнуть. В зале раздались шумные аплодисменты. Я подумала, что лучше бы маркиз не говорил ничего о том, что нельзя будет почесать нос, потому что он немедленно начал чесаться. Я заставила себя стоять не шевелясь. Рука, в которой был апельсин, не дрожала. До меня доносились фривольные комментарии, которые отпускали зрители, но я делала вид, будто не слышу их. Сцена все тянулась и тянулась, и я задумалась, сколько уже стою с апельсином в руке. Наконец Мэри вышла на сцену и попросила аудиторию поблагодарить нас за великолепное выступление.

— Разве это не лучшая живая картина, которую вы видели в этом году? — спросила она.

Яркий свет погас. Опустился занавес. Меня проводили обратно в гардеробную, где горничная Мэри смыла с меня грим, распустила прическу и помогла снова влезть в мое платье.

— В следующий раз не надевайте бархат, — сказала она. — Уже почти весна — не годится его носить.

— Боюсь, я привезла единственное вечернее платье, — призналась я. А потом вспомнила о своей гинее и жалованье, из которого пока не было потрачено ни гроша. — Вы, случайно, не знаете хорошей недорогой портнихи?

— Знаю. Это моя мать. Она лучше всех. Сейчас дам вам ее адрес. Она живет в старом городе. Выберете ткань, которая вам по душе, и приходите к ней. Скажите, что это я вас послала, — и она возьмет с вас недорого.

Мне не хотелось спрашивать, хватит ли моих скудных сбережений на оплату услуг портнихи, особенно после того, как придется потратиться на ткань, поэтому я просто кивнула:

— Замечательно! Спасибо вам.

Я вышла из гардеробной. Мэри не было видно. Я не знала, как поступить: вернуться на вечеринку или воспользоваться случаем и незаметно ускользнуть. У меня был соблазн снова увидеть Джайлса Уэверли и, может быть, выпить бокал шампанского. Полночь еще не пробило, и Золушка пока не была готова покинуть бал и вернуться на кухню, а потому я поспешила на яркий свет большой гостиной и тут заметила Мэри и Франсуа (все еще в костюме Карла), которые болтали с крупным мужчиной, стоявшим спиной ко мне.

— Очень жаль, что вы так поздно, сэр, — по-английски сказала Мэри. — Если бы мы знали, что вы придете, конечно, дождались бы вас.

— Возникла небольшая проблема с яхтой, — ответил мужчина. — Пришлось задержаться. Самое досадное, что теперь все в порядке, а завтра я отправляюсь к себе на виллу. Но мне жаль, дорогой друг, что я не смог увидеть вас в роли моего предка. На самом деле не предка, а предшественника, верно? Не верю, что в нас, германцах, есть кровь Стюартов. Во всяком случае, скупостью, как шотландцы, мы не славимся. — И он искренне рассмеялся.

Я поспешно нырнула за какое-то большое растение в горшке: на вечеринку явился принц Уэльский!

— Итак, я слышал, что ваша Нелл Гвен оказалась очаровательным бесенком, — сказал принц. — Это кто-то из моих знакомых девиц?

— Может, вы и знакомы. Она служит у вашей матушки, — ответила Мэри. — Позвольте, я найду ее и представлю вам, хотя, боюсь, костюма на ней больше нет.

— Неужели не осталось апельсинов, которые можно хорошенько стиснуть, чтобы брызнул сок? — И он опять засмеялся.

Я отчаянно озиралась по сторонам, ища пути к отступлению, и в конце концов поспешила туда, откуда пришла. В открытую дверь гардеробной было видно, как горничная Мэри наводит там порядок. Может, удастся спросить у нее, где черный ход, и сбежать через него? Но в этот миг я услышала донесшийся из-за угла голос Мэри. Времени на размышления у меня не было, и я скользнула за римскую статую в нише. Мэри прошла мимо.

— Клодетт, ты не видела мисс Бартон? — спросила она по-французски.

— После того, как я помогла ей снять костюм, не видела, — ответила та.

— Пропади все пропадом, куда же она могла подеваться? — Мэри с озабоченным видом обернулась, и ее взгляд упал на меня. — А-а, вот вы где! Я везде вас искала. Что вы тут делаете? — спросила она, не сводя с меня подозрительного взгляда. — Вы что, прячетесь?

Мне оставалось только во всем признаться:

— Если хотите знать правду, я думала, как сбежать. Я видела, что приехал принц Уэльский, а у меня однажды произошла с ним неприятная история во дворце. Он… он сделал мне непристойное предложение.

— О-о, я понимаю, — кивнула она. — Да, это неловко, не правда ли? Он старый греховодник и до сих пор не дает проходу красивым женщинам. Я так понимаю, вы вовсе не желаете еще раз с ним встретиться?

— На самом деле я бы предпочла этого избежать.

Она взяла меня за руку.

— Тогда я провожу вас к выходу. Идемте. — Мэри быстро повела меня по коридору к дверце, за которой начинался другой коридор, для слуг. — Там задняя дверь, — сказала она. — Вам придется обойти дом, но путь хорошо освещен.

— Большое вам спасибо! — проговорила я, испуская вздох облегчения.

— Мы, женщины, должны вместе противостоять мужской развращенности, ведь правда? — Она сжала мою руку.

— Но что вы скажете принцу?

— Что не смогла вас найти и что вы, вероятно, отправились домой, потому что вам стало нехорошо. — Потом ее лицо вдруг вытянулось. — Вот невезение! Боюсь, я совершила промах и сказала, что вы из числа людей королевы. Будем надеяться, что он не станет искать вас в отеле.