Ашшур в гневе. Часть вторая - Вадим Барташ

нём он выдержал многомесячную осаду коалиции вражеских сил, в которую входили халдеи Приморья, синмагурцы-арамеи и вавилоняне.

 Однако, когда в Южную Месопотамию вторглась армия во главе с карликом Мардук-апла-иддином, ситуация резко поменялась. Посланный Ашшурбанапалом карлик разбил в нескольких крупных сражениях вавилонян и попытавшихся прийти к ним на помощь эламитов, и теперь уже имперцы перешли от обороны к наступлению по всем направлениям. Генерал Мардук-апла-иддин менее чем за год привёл к покорности почти всю многомиллионную страну и запер в самом Вавилоне Шамаша, ну а Бел-ибни вырвался из устроенной ему западни и практически без боя занял Приморье, и многие арамейские и халдейские княжества, ещё вчера ориентировавшиеся на Шамаша, вновь признали свою лояльность по отношению к империи. Казалось бы, всё уже выправлялось, и тут к Бел-ибни пришло горькое известие…

 Великану сообщили, что спасшая его когда-то на охоте супруга, сестра Ашшурбанапала, Шерруа-этеррит, после нескольких лет болезни ушла из жизни. В Ниневии остался их пятилетний сынишка, но Бел-ибни пока не мог своего наследника забрать к себе.

***

 Когда великан со своими воинами прибыл в Дур-Халдайю, князь Набуэль уже бежал из неё, однако предварительно он сжёг все суда, находившиеся в городах Приморья.

 Самая южная провинция Ассирийской империи, ещё вчера поддерживавшая восстание сводногого брата Великого царя, практически без боя перешла в руки Бел-ибни. Было несколько стычек с его отрядами в Дур-Халдайе и на подступах к ней, но это оказались стычки локальные и не слишком кровопролитные. Те, кто поддерживал Набуэля, либо бежали вместе с ним на Дильмун, либо затаились, формально перейдя на сторону новой власти.

 Из Ниневии пришёл указ Ашшурбанапала, по которому генерал Бел-ибни помимо Урской области теперь получал в управление и Приморье. И великану поручалось в этой самой южной области навести порядок и покарать всех изменников. Тут же перед городскими воротами были посажены на кол несколько десятков первых попавшихся горожан. Ещё с десяток несчастных затолкали для назидания всем остальным в клетки и выставили этих обречённых на главной площади города. Они не могли даже разогнуться и беспрестанно рыдали и молили о том, чтобы их пощадили или добили, а не растягивали их мучения на долго.

 И уже на второй день по прибытию в столицу этой провинции великан вызвал к себе всех самых знатных и богатых граждан Приморья. И никто из них не посмел увильнуть.

***

 Перед великаном, восседавшим в кресле, которое ещё пару недель назад занимал Красавчик, столпились благородные мужи, всего в количестве сорок человек. Это были халдейская знать и самые состоятельные купцы. Все они были бледные и подавленные, и все с опаской косились на Бел-ибни и ждали, что он им сейчас скажет.

 Бел-ибни грозно вперился взглядом в согнанных «лучших мужей», глаза его сейчас были злые и налились кровью. Он поднялся во весь свой огромадный рост и громоподобным голосом изрёк:

– Вы – клятвопреступники! Вы все заслуживаете одного наказания… И знаете какого. Вы все заслуживаете только смерти!

 У «лучших людей» Приморья тут же подкосились ноги и затряслись коленки, и они все разом рухнули на пол, а у некоторых из них чуть ли не случился обморок. Кто-то из них даже застонал.

 А тем временем великан продолжил в том же духе:

– Будь на то моя воля, я бы каждого из вас посадил бы на кол или же содрал бы с вас ваши никчёмные шкуры…

– Умоляем тебя, не гневайся! – на перебой загалдели собравшиеся халдеи.

– Цыц, паскудники! – прикрикнул грозно Бел-ибни. – Все-ем мо-о-олча-а-ать! Слушать меня! Говорю только я сейчас! Раньше надо было думать! А те-еперь…Теперь уже поздно! Вы – безмозглые бараны! Вы жалкие черви! Вы что, не соображали ничего?!

 -У нас было помутнение рассудка!

– Мы не осознавали, что же творим! – раздались жалобные возгласы с разных сторон.

– Что нам сделать, что бы нас простил Великий государь? – со слезами на глазах спросил градоначальник Дур-Халдайи. Он тоже смиренно стоял на коленях.

 Великан прошёлся между павших ниц халдеев и какое-то время постоял, наблюдая как они почти все от страха дрожали, а кто-то из них сейчас даже завывал и как побитая собака жалобно скулил.

 Наконец великан усмехнулся и нарушил намеренно затянутую им паузу:

– … Ну-у, ну хорошо, вы мне выдадите самых рьяных пособников изменника князя!

– Они все сбежали с ним… – произнёс один из халдеев.

– Неужели так уж сбежали и все?! – не поверил Бел-ибни.

 Один из купцов писклявым голоском заявил:

– Пара-тройка остались… Я знаю кто такие. И где они находятся сейчас. Показать?

– Да!– свёл брови великан.

– Я их покажу!– заверещал в конец перепуганный купец.

 Великан вызвал из коридора дежуривших там нескольких воинов и произнёс:

– Проведёшь моих людей к изменникам! И это сделаешь прямо сейчас! Идите! И чтобы их головы были у моих ног уже к концу этого дня! А обезглавленные тела пусть насадят на колья. Обрубками этими все полюбуются.

– Повинуюсь! – дрожащим голосом пролепетал купец.

 Он на карачках выполз из зала, и воины великана последовали за ним.

– Ну а вы… – произнёс Бел-ибни, обращаясь к оставшимся халдеям, – слушайте меня дальше, черви! Вам повезло, что я тоже, как и вы, халдей! Но меня это совсем не радует! Вы не лишитесь своих пустых голов… Так и быть! И я вам даже не отрежу уши и не поставлю каждому из вас клеймо на лоб в назидание. Но только при одном условии… – Бел-ибни вновь намеренно замолчал. И лишь спустя какое-то время закончил свою мысль: – Вы внесёте в сокровищницу Великого царя… откупные. И они со-оставят… составят двести талантов золота!

 Наступила гробовая тишина. Она продлилась не одну минуту. Наконец, кто-то из присутствующих купцов очень жалобно всхлипнул:

– Господин, да где ж мы возьмём столько золота?

– А это меня не касается!– нахмурился великан.

– Но наша область малонаселённая и совсем не богатая! – вновь загалдели халдеи. – У нас просто нет его в таком количестве!

– Я же сказал уже, что меня это не касается! – изрёк Бел-ибни, и это произнёс он так, как будто отрезал. – И не старайтесь меня разжалобить! Из этого ничего у вас не выйдет! Даю вам срок – неделю! Если по истечению этого срока вы двести талантов золота не соберёте, то каждый день просрочки я буду казнить одного из вас! И так будет до тех пор, пока вы не внесёте все двести талантов! Это понятно?!

После долгого молчания послышалось:

– Да!

– Нам понятно!

– П-п-п-понятно!

– Мы поняли тебя, господин! – запричитали наперебой собравшиеся «лучшие люди» Приморской области.

– А теперь – пошли от сюда во-о-о-он! –