Русь в IX и X веках - Владимир Анатольевич Паршин

на Замковой горе (Киселевка). В 1940 г. были открыты остатки двух жилищ, причем одно из них существовало в IX в. и было перестроено в Х в. Поселение IX-Х вв. на Замковой горе характеризуется двумя особенностями — отсутствием следов укреплений и отсутствием могильника. Не исключено, что городище на Старокиевской горе являлось по отношению к Киселевке не только святилищем, но и городищем-убежищем. Могильник же, расположенный к югу от древнейшего рва, был общим для обоих поселений. Третьим населенным объектом этого периода в данном районе являлась Лысая гора (Хоревица). С этим городищем ряд археологов связывает могильник, который тянется вдоль подножия Кирилловских высот. Состав находок и обряд погребения идентичен могильнику на Старокиевской горе. Наличие собственного некрополя и укреплений может указывать на известную самостоятельность городища на Лысой горе. Слои с обломками лепной и ранней гончарной посуды также открыты В.Н. Даниленко в 1969 г. на горе Детинка и на северных склонах горы Воздыхальница, которые украинский археолог В.А. Петрашенко относит ко 2-ой половине IX — началу X вв. Обобщенные итоги археологических изысканий по Киеву отражены М.К. Каргером, Ю. Кальмерм, К.Цукерманом и А.В. Комаром. Археолог М.К. Каргер [60,61] считает, что грубейшей ошибкой следует признать попытки рассматривать упомянутые выше памятники как свидетельство существования на территории будущего города какого-то огромного поселения. … В этих ошибочных сопоставлениях нельзя не усматривать отголосок широко распространенной некогда теории о существовании на месте Киева большого Днепровского города — мифической столицы готской империи Эрманарика. Археологическими раскопками на территории Владимирова города было с несомненностью доказано, что этот город не может быть признан древнейшим ядром Киева. Факт существования на территории Киева нескольких самостоятельных поселений, лишь позже (по-видимому, в конце Х в.) слившихся в один большой город. Следует подчеркнуть, что преемственная связь этих поселений с поселениями VI–VIII вв. на территории Киева пока также не доказана, как не доказана преемственная связь поселений VI–VIII вв. с поселениями первых веков нашей эры. Шведский археолог Ю. Кальмер [58] относит начало самого раннего урбанистического этапа истории города только к 880‑м годам. Французский профессор К. Цукерман [181] считает, что масштабные археологические раскопки в Киеве, показали, что история города берет начало в конце IX в. Украинский археолог Комар А.В. [67] утверждает, что книжная легенда об особом полянском княжестве в Среднем Поднепровье с центром в Киеве сегодня не подтверждается археологией. … наблюдаем три небольших неукреплённых поселения культуры Луки-Райковецкой на соседних выступах Киевского плато: Старо-Киевском, Детинке и Кудрявце, окружённые рвами позднее (уже в Х в.), а также городище на Замковой горе, называвшееся летописью в контексте событий Х в. именно градъ Кыевъ. В конце IX в. появляется ремесленный и торговый посад — Подол (древнейшая дендродата — 887 г.). Четкое чередование темных и светлых слоев на разрезе (темные слои — результат жизнедеятельности человека, светлые — песок) говорило о том, что в существовании Подола были неоднократные перерывы в заселении из-за разливов Днепра. Подол в древности затапливался регулярно. И это в период всеобщего понижения уровня моря на 3–4 м. Т. е. Днепровские пороги в то время в летний период были непроходимы и не было здесь в то время никакого пути из варяг в греки! Относительно экономической части этого городища и предместий конца IX и начала Х вв. археологи тоже дали свои заключения. Применительно к среднему Поднепровью по мнению киевского археолога М.И. Сагайдак [126] даже в конце IX в, практически всю территорию Киева и его округи занимали хвойные и смешанные леса, а значит, о каком-либо развитом земледелии здесь можно говорить исключительно гипотетически. Более того, по оценке исследователей в IX в. на территории Среднего Поднепровья наблюдается почти абсолютный экономический вакуум. Как показывают данные кладов куфических монет, участок Днепра ниже Чернигова не принимает никакого участия в международной торговле. Так что не кому было здесь организовывать поход на Константинополь в 860 году. Вывод — временем закладки городища Киоава (в будущем Киевского) можно считать последние полтора десятилетия IX века.

Таманский полуостров. На территории Таманского полуострова было обнаружено 69 поселений VIII–X вв. (из заявленных 124-х). Практически в любой части полуострова колодезным способом можно было в достатке получать питьевую воду. Археолог С.А. Плетнева [115] пишет, что Таманский полуостров является одним из наиболее исследованных археологами регионов России. Слои и находки VIII–IX вв. локализуются в портах и вдоль дорог, которые нередко прослеживаются благодаря «цепочкам» открытых поселений, соединенных дорогой. Поселения были оседлые, земледельческие или торгово-земледельческие. В портовых городах появилось ремесло. Подъемный материал: обломки гончарных кухонных горшков, украшенных линейным орнаментом и изготовленных из местных глин с отощающими примесями морского песка (с ракушками), встречаются на поселениях повсеместно и в большом количестве наряду с обломками амфор конца VIII–IX вв. Впрочем, и сами амфоры в массовом количестве стали изготовляться, по-видимому, на месте, т. е. в ремесленных мастерских приморских городов. Согласно [1], на Таманском полуострове зарегистрировано пять обрезанных куфических монет два аббасидских дирхама — халифа ал-Амина (809–813 гг.) и неопределенный; дирхам Абу-Даудидов — ибн-Ахмада (874–899 гг.); а также еще два с поселения у балки Лисовицкого, один из которых представляет подражание аббасидскому дирхаму ал-Мансура чеканки Мадинат ас-Салам 148–158 гг. х. (765–775 гг.), второй — либо аббасидский, либо тоже подражание… обрезанные дирхамы и солиды обращались в данной части Хазарского каганата в VIII–IX вв., по-видимому, в рамках местной денежной системы. Существует мнение, что хазарские подражания аббасидским динарам и дирхамам могли производиться на территории Таманского полуострова.

Таманское городище. Гермонасса — Таматарха — Тмутаракань — располагалось на побережье к северо-западнее Фанагории. Культурные напластования прослеживаются до глубины 12–14 м от поверхности. Размер центральной части городища составляет около 500 м с запада на восток и около 250 м с севера на юг от залива Таманского до озера Сухого. В настоящее время первоначальный облик памятника изменён вследствие разрушения береговой линии водами Таманского залива. В осенне-зимнее время пласты культурного слоя обрушиваются и размываются морем. К настоящему времени утрачено 200 м прибрежной части. Согласно Плетневой С.А., это был портовый город. Однако городище было многослойным — культурные наслоения в центральной части достигали 10 м. Слои Гермонассы были перекрыты мощными средневековыми отложениями, в которых значительное место занимали напластования хазарской Таматархи. Хазарский слой прослежен практически на всей основной центральной части городища. В хазарское время город занимал довольно большую территорию — примерно 400×150–200 м. По размерам и расположению на высоком береговом обрыве Таманское городище напоминает обычные поселения IX в. на северном берегу Таманского залива и на берегах рек и речек Донского бассейна. И.И. Ляпушкин позволил установить неравномерность залегания «хазарского» слоя на городище. Так, на западе и юго-западе городища он прослежен от современной поверхности на глубине более 4 и даже 5 м, в центре — 2 м, на восточной окраине —