На пороге великой смуты - Александр Владимирович Чиненков

– Пожалуйста, спрашивай. Мне кажется, я никогда не отказывала тебе в беседе?

– Мне хотелось бы знать, не являемся ли для вас мы с Архипом обузой?

– Обузой? – Амина натянуто улыбнулась. – Разве я хоть чем-то намекнула, что не желаю вас видеть?

– Архипа очень беспокоит это, – сказала девушка. – Он считает, что мы с ним «сидим» на вашей шее!

– Вздор! Ваше присутствие никаким боком мне не помеха. Меня даже забавляют беседы с вами, скрадывающие моё одиночество.

– Архип… – Ания замялась и, не зная, что сказать, покраснела.

– Да ты, дорогая, просто влюблена в него, – смеясь, сказала Амина и оставила в покое шубу. – Влюблена, как говорят, по уши, – повторила она, со злым удовольствием разглядывая сильно смутившуюся девушку.

– Не влюблена, – на удивление твёрдо сказала Ания, – а я люблю его по-настоящему!

– Вот значит как, – ухмыльнулась Амина. – А ты не задумывалась часом, как отнесётся к этой так называемой любви твой отец? Сиятельный хан Малой орды Нурали едва ли даст согласие на ваше венчание!

– А что отец! – вскинула гордо голову девушка. – У меня ещё много братьев и сестёр, о которых ему ещё придётся позаботиться.

– Но он не смирится с тем, что одна из его дочерей собирается связать свою судьбу с нищим казаком! – возразила Амина. – Архип даже не мелкий дворянин, а простой казак. И он… Он тебе не ровня, княжна!

– Пусть не ровня по происхождению, но он красив и благороден! – воскликнула, негодуя, Ания. – Ради него я приму христианство, сменю имя и стану простой казачкой. Я не хочу коротать жизнь пусть с богатым, но не любимым человеком. Или, как ты, прятаться от людей в глуши, не имея рядом с собой любящего сердца!

Девушка не заметила, как перешла с хозяйкой посёлка на «ты», а её слова, брошенные сгоряча, сильно травмировали ранимую душу женщины. И что самое горькое – они были правдивы.

В дверь постучали. Пришёл Ильфат. Амина со злостью отшвырнула шубу.

– Убирайся вон! – закричала она. – Ты чего пришёл, если я не звала тебя? Убирайся на улицу и помогай мужикам. Сегодня я видеть никого не хочу!

Слуга захлопнул дверь, так и не переступив порога комнаты.

– Ну зачем ты так? – укоризненно покачала головой Ания. – Ты бы по-хорошему…

Но Амина упала на кровать и разрыдалась, истерически ломая руки. Девушка присела рядом, обняла её за плечи.

– Не плачь, я не хотела тебя обидеть, – заговорила она заботливо и рассудительно, как старшая с младшей. – Ты красивая и добрая. И ты ещё обязательно полюбишь.

Амина вдруг резко поднялась, отбросив обнимающую её руку.

– Хватит успокаивать меня! – сказала она упрямо и зло. – Или ты на самом деле думаешь, что удастся уболтать меня, дав конфетку и по головке погладив?

Девушка не ждала нового возмущения. Она сказала запальчиво:

– У меня и в мыслях нет успокаивать тебя, Айгуль. Я сказала, что думала.

Ания развернулась и выбежала из комнаты, хлопнув дверью.

– Ну, поживём – увидим, – бросила ей вслед злобно Амина. – Во всяком случае, спасибо за откровенность.

Она смотрела в окно, как бежала к дому Прасковьи Мякининой девушка. Расскажет она Архипу или не расскажет? «Нет, – решила Амина, вспомнив, как разозлилась Ания, – она хорошая, не расскажет. Но, Боже мой, сколько обидного она наговорила! И какая уверенность – такое движение. Поздравляю, Айгуль, тебя поставили только что на место!»

Она содрогнулась. Какая гадость! Какая гнусность! А если узнает Архип? Если наша стычка вдруг дойдёт до него?

Раздался робкий стук. Ну, конечно, Ильфат выждал в другой комнате, пока госпожа успокоится и останется одна. Переступив порог, он упал на колени, умоляя свою госпожу не сердиться, как будто не она на него накричала, а он на неё.

– Она вас огорчила, госпожа Айгуль? – робко спросил он.

– Влюблённая дурочка, – скрипнув зубами, злобно проговорила Амина. – Да и он влюблён в неё по уши. Но я разрушу эту любовь! Чем эта девчонка меня лучше?

– О-о-о, вы намного красивее её, госпожа! – пылко воскликнул Ильфат.

Амина испытывала торжество. Вот бы услыхала гордая ханская дочка!

– И всё-таки не смей демонстрировать при них своё пренебрежение! – сказала она решительно. – Веди себя с ними, как и всегда, вежливо и услужливо! А когда девушка вернётся, напои её чаем с сонной травой, чтобы до утра не проснулась!

Она отправила Ильфата и даже сама затопила печь. Когда женщины пришли за нею, чтобы пригласить отведать пищу, она прогнала их.

– Нет, нет! – сказала она. – Сегодня вы вполне обойдётесь без меня. До ужина, конечно…

* * *

Архип нервно теребил пальцами шапку. Молчать было тяжело. Он никак не мог взять в толк, для чего его пригласила к себе Амина. Хозяйка умёта молча сидела в удобном кресле и как-то по-особенному смотрела на него. Неожиданно она спросила:

– Архип, а ты действительно любишь Анию?

Казака поразил этот вопрос и то, что она для чего-то обманула его, заманив к себе. Он не выносил в людях лжи.

Ненатуральность их встречи, нелепость ситуации, в которой оказались они оба…

– Почему об этом интересуешься, госпожа? – подняв голову, громче, чем следовало бы, спросил он.

– Я бы сначала хотела услышать ответ на мой вопрос, – не отрывая глаз от лица Архипа, загадочно улыбаясь и, очевидно, думая о чём-то своём, тихо отозвалась она.

– Больше жизни люблю её, – выпалил казак.

– За что же ты её так страстно любишь? – вкрадчиво-тихим голосом спросила она. – За то, что её отец – хан Малой орды и ты надеешься получить от него большое приданое?

– Я полюбил её за красоту и доброе сердце. И меня не занимает то, примет её батюшка меня али нет! А на богатства мне вообще начхать. У меня есть вот эти руки, и я смогу прокормить свою семью!

– Архип! Архип! – словно в ужасе от услышанного, даже приподняв руку, остановила она его. – И это ты серьёзно?! Ты думаешь взять в жёны дочь повелителя Малой орды? Ты даже не хочешь задуматься над тем, какое огромное расстояние разделяет вас по рождению? Она княжна, а ты? Казак полунищий? Да хан в порошок сотрёт тебя. В пыль степную! Остановись, отрекись от неё, пока не поздно. Привезя сюда эту девушку, ты уже подписал себе смертный приговор!

Казак поднялся и внимательно посмотрел на Амину.

– А вы-то чего обо мне печётесь, госпожа? – спросил он. – Вам-то кака разница, кто я и с кем?

– Жалко мне тебя, – сказала она, печально улыбнувшись. – Ты сбился с пути. Ты ослеп! Из грязи в князи выбраться невозможно!

– Мне эдак не кажется, – смело возразил