Князь по крови - Арсений Евгеньевич Втюрин

как жить дальше и что делать! Как-никак, я твой болярин ближний, для того тебе и надобен!

Князь Гостомысл резко остановился, сжимая кулаки и в нетерпении притоптывая правой ногой. Его тяжёлый взгляд впился в Таислава.

— А ты знаешь о том, что я не первенец у князя Буривоя? Ведомо ли тебе, друже, что кто-то супротив меня шептунов по всей стране пустил, право моё на власть княжью сумлению подвергает. Небось понимаешь, чем дела такие обычно заканчиваются? Кровью большой!

— Ну, княже, ты меня и удивил! — весело хохотнул толстяк. — Как только жизнь любого правителя подходит к концу, тут же претенденты на его место появляются. Неужто не знал об этом? Иль думаешь, что среди родичей, князей и князьков мелких да разных племенных вождей у твоего рода врагов нет? Да что ты! Отравить могут запросто, ножиком в пузо пырнут, стрелу в открытое окно метнут, сделают всё, чтобы наследника главного не стало. Тебя не стало! Способов тому — тьма! А как с тобой покончат, там уж страну всю на части порвут, лишь бы себе кусок жирный урвать!

Заметив, как побледнело лицо князя Гостомысла, Таислав продолжил, тщательно подбирая слова:

— Про тех двух убиенных, что на тебя напраслину возводили, я тоже знаю. И не от посадника. Донесли мои людишки. Но были и другие человечки вредные. Их мои соглядатаи под самым Новогородом схватили, ко мне в пыточные погреба притащили.

— Ну и что ты смог узнать? Не тяни!

— Да ничего почти, княже. Молчали они под пытками страшными. Видать, боялись пуще смерти того, кто ими верховодил! И похоже, что он был где-то недалече!

— Имя? Как его имя?

— Это какой-то племенной вождь. Его имя пыточным мастерам выведать не удалось. А уж людишки-то мои старались: огня, воды и железа не жалели! — Глаза Таислава прищурились, желваки на скулах побелели. — Поверь, княже, кабы могли — клещами из мёртвых имя ворога вытянули бы!

— Что далее делать думаешь, болярин? — князь Гостомысл начал потихоньку успокаиваться.

— Так делаю уже. К тебе телохранителей ещё изрядно добавил. Сам, небось, заметил? Стражу вокруг сильную поставил. Раньше такого совсем не было. А самое главное, людишки мои вокруг шныряют, разговоры слушают, на лица поглядывают, на всякий случай нож острый под одёжей держат. — Толстяк перевел дыхание, вытер тыльной стороной ладони пот со лба. — Но и ты, княже, не обижайся, должен свою лепту в дело общее внести!

— Ну-ка, ну-ка, что я должен? — князь Гостомысл аж опешил от такой наглости своего болярина.

— Встретишь отца вскорости, так и узнай правду у него о рождении своём. Негоже такое в тайне держать, тяжко оно может всем нам аукнуться! Хотя знаешь, княже, не верю я в сию сказку, наветы глупые и злые. Уж слишком князь Буривой любил свою молоденькую жёнушку Милену, ни на шаг её от себя не отпускал. Первой она у него была! Других девок просто не замечал, потому и не может сын у него быть, до тебя рождённый!

— А ты откуда это знаешь, болтун?

— Про то мне Борута сказывал, а он к князю Буривою ещё в юном возрасте дедом его был приставлен. Почти как я к тебе. Вот и выходит, что всё о нём знает. Ежели хочешь, я у него тоже поспрошаю, когда они с князем в Холм вернутся. Но это ещё не всё!

— Давай уж говори далее!

— Как прибудет сюда князь Буривой, совет большой воинский соберёт, захочет людей начальных послушать, как они на Вине мыслят войну с викингами вести. Сам дружины не поведёт, тебя командовать назначит.

— Эко удивил чем! О том я и без тебя знаю! Дельное слово говори! — раздражённо поморщился князь Гостомысл.

— Прости, княже, не успел досказать, прервал ты меня! На совет тот соберутся ближние его и твои люди, а средь них много вождей племенных и родовых будет. Надобно, чтобы князь Буривой тебя не только воеводой своим главным назначил, но и преемником власти княжой над всей Биармией и Гардариками объявил! Вот то будет дело так дело!

— Ну и хитрая же ты бестия, Таислав!

— Не токмо для себя, но и для всех нас, ближних твоих, стараюсь, государь! Не будет тебя при власти, нас всех подавно вороги порежут, аки цыплят.

— Что ж, будем ждать прибытия князя Буривоя иль весточки от него. А пока пошли, стены крепостные да ворота ещё раз осмотрим. Хоть и много у нас лодий и ратников, но крепость завсегда главным местом в любой войне будет!

Глава 27

Ранним утром, едва только солнечные лучи коснулись водной глади бухты, створки главных ворот крепости дрогнули и с тихим металлическим скрежетом стали раскрываться. В образовавшуюся щель высунулась рука и призывно замахала белой холстиной.

По знаку Клеппа сотни викингов, стараясь не издавать шума, бросились к крепостной стене. Они привычно выстраивались перед воротами в боевой ёж, который начал медленно вползать внутрь крепости через открывшуюся арку ворот, превращаясь в длинную змею. Приглушённый топот ног и позвякивание металлического оружия нарушили висевшую над островом тишину.

Наблюдая за происходящим движением на берегу, Клепп не сомневался, что его викинги точно так же атакуют боковые ворота крепости.

Гирк и его охотники не подвели! Под видом местных жителей они попали в крепость, обезвредили стражу, открыли ворота и впустили чужеземных воинов.

Неожиданно громкий и протяжный вопль разнёсся по окрестностям, извещая защитников крепости о нападении врага. И тут же, как бы в ответ ему, рёв сотен глоток сотряс воздух.

— Ну что, пошли и мы с тобой в крепость! — повернулся Клепп в сторону Бейнира. — Похоже, наши люди уже бьются с ратниками!

— Давай подождём, там без тебя справятся!

— Нет, Бейнир, мне нужно увидеть Гирка и узнать, где князь Буривой. Его нужно обязательно захватить. Нельзя позволить ему снова сбежать!

Быстрым шагом великан проследовал через распахнутые настежь ворота в сопровождении Бейнира и десятка воинов охраны на центральную площадь города.

Их взору предстало множество деревянных строений разной высоты, расположившихся вдоль каменных стен. Длинная прямая улица, образованная двумя рядами домов, пересекала большую площадь, в центре которой на высоком каменном фундаменте возвышался рубленый приземистый дом в два яруса, вокруг которого скопилось около сотни викингов. Они пытались попасть внутрь его через маленькие окна, крышу и сколоченную из толстых досок входную дверь, но жалящие лезвия мечей и копий отбрасывали их назад.

А вокруг шла настоящая резня. Нападавшие чужеземцы захватили горожан врасплох. Множество народу было убито в домах или на пороге своих жилищ. Викинги не щадили тех,