Красная надпись на белой стене - Дан Берг

благоволил мне и обещал помочь в расследовании. Великому царю персов нет нужды запираться. Он откровенно заявил, что смерть Валтасара — его рук дело!

— Руки Кира в крови? — изумился Дарий.

— Не совсем так, — ответил Акива.

— Вечно у вас заумности и туманности всякие! — проворчал Дарий, — поясни вавилонянину, иудей!

— Поясняю. Кир сговорился с бандой разбойников. Те изловили Валтасара, обобрали до нитки, убили, а тело темной ночью бросили к воротам Вавилона!

— Верить ли мне этим байкам? — вскричал Дарий, — твой старший товарищ рассказал уже одну, и ты же сам ее опроверг!

— Представь себе, Дарий, я в тот же день разыскал главаря разбойничьей банды и доверительно говорил с ним. Атаман подтвердил, что его люди лишили жизни Валтасара. Разбойникам под защитой самого Кира нечего бояться!

— Это всё слова, да и только! — прогремел Дарий.

— Слова, но не только! Вот кольцо, которое я выкупил за немалые деньги у разбойничьего верховода. Оно снято с пальца Валтасара. Взгляни на него, Дарий, покажи его Сине! Теперь ты веришь мне?

— Кольцо подлинное, узнаю его. Теперь верю! — произнес Дарий, смягчившись, — спасибо за службу. Вам удалось раскрыть тайну смерти Валтасара. Жаль, не в моих силах наказать преступников.

Дарий пожалел, что сгоряча намекнул на возможность расправы с дознавателями в случае их неуспеха. Он пожал руки обоим, хотя, по его мнению, рукопожатия заслуживал лишь один из них. “Награда, включая цену кольца, будет ждать вас, иудеи!” — ласково проговорил на прощание вавилонский правитель.

* * *

Гонец Дария доставил дознавателей к дому пророка. Даниэль дал распоряжение Авишаг готовить праздничный стол. “Есть причина!” — бросил он жене, когда та робко заметила, что суббота только что миновала, а до следующей — целая неделя впереди.

— Ты не сердишься на меня, учитель? — спросил Акива, когда детективы уединились в комнате Даниэля.

— Помилуй, гениальный ты мой ученик, за что же сердиться-то? Ведь ты решил дело и решил блестяще! — ответил Даниэль.

— Слава Богу, родственники не перестают быть друзьями, слава Богу, всё кончилось так прекрасно!

— Почти всё, но не всё!

— Что беспокоит тебя, Даниэль? — хитро спросил Акива.

— Мы так и не узнали, чьей рукой сделана надпись во дворце! — грустно заметил Даниэль.

— Ошибаешься, учитель. Я знаю, чья рука выводила красные буквы на белой стене!

— Так ведь ты, кажется, уже обо всем сказал Дарию, разве не так?

— Нет, не так! Я не всё выложил Дарию. Я подумал, что рассказанной мною половины дела довольно будет с этого важного и надутого вавилонянина! От тебя же я ничего не скрою, наставник!

— Говори же скорей, не мучь старика!

— Кир поведал мне разработанный им хитрый план устранения соперника. От своих осведомителей державный перс узнал о тайном сговоре Валтасара и Рудабе — они задумали бежать из Вавилонии, дабы соединиться в любовном союзе. Персидский монарх использовал этот сговор для достижения своей цели.

— Без хитрого плана не будет и ловкого деяния!

— Верно. Слушай дальше. Чтобы ускорить события, Кир намекнул Рудабе, мол, собирается покорить Вавилонию, а ее царя обезглавить. Кир не ошибся, полагая, что дева непременно изобретет способ, как сообщить возлюбленному о смертельной опасности, и как поскорее осуществить намерение бегства. Ее придумка должна была стать изюминкой плана, разработанного владыкой персов.

— Почему ты вдруг замолчал, Акива?

— В горле пересохло. Дай воды.

— Пей. И продолжай! Безгранична изобретательность ума влюбленной женщины.

— Рудабе придумала, как сообщить Валтасару, что настал час покидать дворец и вместе бежать. Она сумела передать ему это. Но при персидском дворе тайное неизбежно становится явным. Уже упомянутые мною осведомители донесли Киру о замысле девицы. Валтасар вышел из дворца вовсе не по нужде — он помчался к возлюбленной. В заранее условленном месте всё было приготовлено для побега. Однако разбойники по приказу Кира сделали засаду на дороге, и судьба нашего царя была решена.

— А что стало с Рудабе?

— Бандиты вернули ее Киру. Бедняжка горюет. Она по-прежнему не любит персидского царя, и тот пребывает в печали.

— Так кто же сделал надпись на стене? Ты так и не сказал!

— Это дело рук Рудабе! Она прокралась во дворец с краской и кистью. Надпись, как прежде уговорились любовники, имела тайный смысл: “Беги, я жду!” Гости на пиру были пьяны и ничего не уразумели. Не страх быть покоренным персами гнал Валтасара из дворца, но страсть к Рудабе!

— Откуда ты знаешь обо всем этом?

— О планах своих и Рудабе мне поведал Кир. А сама девица подтвердила — я и с нею успел повстречаться в тот же день! Тебе уже известно, что атаман разбойников продал мне за немалую цену кольцо с пальца Валтасара.

— Как много ты успел в субботу!

— Да, немало. Господь был мне в помощь. А ты, вероятно, вчера обдумывал, каким образом вставить в пророчество сие происшествие?

— Я заранее написал пророчество. Вот, читай!

— Прочитал. Я заключаю, Даниэль, что ты обвиняешь Валтасара в злобных чувствах к иудеям и в том, будто он осквернил священные кубки намеренно. Надпись же на стене сделала якобы кисть руки, Богом посланная. Надо полагать, это был ангел. Но разве так обстояло дело? Мы выяснили нечто иное!

— Не важно, что мы выяснили. Не сухие факты, но мудрые толкования оных воспитывают народ. Это говорю тебе я, Даниэль, пророк иудейский!