Неожиданная Россия (СИ) - Волынец Алексей Николаевич

Известно, что первым полицейским, носившим чин «городничего», в Верхнеудинске стал 60-летний «надворный советник» (гражданский чин на уровне армейского подполковника) Иван Сеннов, в прошлом участник подавления пугачёвского бунта. По меркам того времени первый «городничий» Верхнеудинска считался бедным дворянином, имел всего двух крепостных.

Некоторые дела, которыми занималась полиция той эпохи нашему современнику покажутся странными – Верхнеудинские полицейские не только ловили разбойников, воров, дебоширов или беглых каторжников, но и неверных жён. Так в феврале 1786 года местные полицейские задержали горожанку Прасковью Кашкарову по обвинению в «прелюбодеянии» – она находилась под арестом, пока её не приговорили к церковному покаянию.

Любопытно, что в эпоху Пушкина первые полицейские Дальнего Востока любили красный цвет. Так в помещении полиции Верхнеудинска – в «полицейском присутствии», как говорили тогда – столы покрывались красным сукном, а стулья полицейских красили красной краской. Зарплаты полицейских были солидными, но не слишком высокими – «городничий» получал 50 рублей в месяц, а «квартальные надзиратели» по 16 рублей. Жалование полицейским тогда выплачивали три раза в год. Когда в 1827 году у городской казны не хватило средств, и полиции Верхнеудинска жалование не платили на протяжении 8 месяцев, то местным купцам пришлось сброситься деньгами на прокорм своих правоохранителей.

Полицейская статистика той эпохи показывает, что большая часть арестов и задержаний приходилась на пьяных, которых обычно приговаривали к 25 ударам «лозой». Правда не всегда такая борьба с пьянством кончалась успешно для полицейских – так в Государственной архиве Республики Бурятия сохранилась жалоба губернским властям от имени «городничего» Верхнеудинска. Начальник городской полиции описывал, как его подчинённые пытались задержать поручика Наживина «за безмерное пьянство и дебоши». Но бравый армеец оказался крепче, избил полицейских, назвал их «ворами и лихоимцами», а самого городничего ругал «бранными словами».

«Возвести в степень города и организовать полицейское управление…»

После присоединения к России берегов Амура и Уссури здесь стали возникать города, естественно, они не могли обойтись без полиции. Население в крае было ещё очень немногочисленным, около 40 тысяч, поэтому и полицейских было мало – полтора века назад на берегах Амура их насчитывалось не более 60 человек.

Первая полиция в современном понимании этого термина появилась в Приамурье в 1856 году, когда был создан город Николаевск-на-Амуре, первая столица Приморской области. В Николаевске сразу создали «городское полицейское управление», правда, состояло оно всего из двух человек – «полицмейстера», как тогда именовали начальников полиции, и секретаря-«письмовыводителя». Для найма профессиональных полицейских здесь просто не хватало людей, и в качестве рядовых сотрудников первому приморскому «полицмейстеру» подчинили два десятка амурских казаков.

Аналогичным образом, из двух чиновников и двух десятков казаков в 1858 году образовали и первую городскую полицию Благовещенска, столицы Амурской области. Во Владивостоке местная полиция возникла в 1875 году – даже раньше, чем поселение на берегу бухты Золотой Рог официально получило статус города.

По законам Российской империи органы полиции могло создавать не только государство, но и местное самоуправление по согласованию с МВД. И на первом заседании местной думы Владивостока, 7 декабря 1875 года, одним из первых рассмотрели вопрос о создании полиции и устройстве «полицейских будок», то есть постов охраны порядка.

Владивосток к тому времени, ещё не имея статуса города, уже был крупным портом и базой военного флота, поэтому первым начальником полиции будущей столицы Приморья стал морской офицер, капитан-лейтенант Виктор Шестинский. Первое полицейское управление располагалось в начале улицы Суйфунской (ныне улица Уборевича). Из-за нехватки кадров обязанности рядовых стражей порядка поначалу выполняли двенадцать подчинённых полицмейстеру уссурийских казаков и матросов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вскоре флотского капитана Шестинского на посту начальника полиции Владивостока сменил армейский поручик Лалош. Именно ему принадлежит первый громкий успех местной полиции – в октябре 1876 года раскрыли убийство французского подданного Мартино, совершенное рядовым солдатом Кочергиным и его подельниками-китайцами.

В 1880 году Владивосток официально получает статус города, но пройдёт еще почти пять лет, прежде чем утвердят штаты «Владивостокского городского полицейского управления». Охранять порядок в столице Приморья наконец начнут 22 профессиональных полицейских, а не прикомандированные матросы и казаки.

В том же 1880 году статус города получает Хабаровск, тогда еще называвшийся несколько иначе. «Хабаровку возвести в степень города, – гласил царский указ, – открыть в ней окружное казначейство и организовать полицейское управление…» Первая полиция Хабаровки-Хабарвоска насчитывала 15 человек, в том числе 10 рядовых полицейских. Первым «полицмейстером» Хабаровска стал 29-летний коллежский секретарь Петр Прокофьевич Хомяков – в отличие от большинства высших чиновников края, приезжавших из европейской России, он был коренным дальневосточником, уроженцем Петропавловска-Камчатского.

Городовой «на частные средства»

Век с лишним назад в царской России полиция работала исключительно в городах, в сельской местности полицейские появлялись редко. К исходу XIX века на территории современного Дальневосточного федерального округа располагалось всего 19 городов – для сравнения сегодня их здесь 69.

В Забайкальской области тогда насчитывалось 7 городов: Чита, Верхнеудинск, Нерчинск, Троицкосавск, Селенгинск, Баргузин и Акша (три последних к нашему времени утратили городской статус). В Приморской области Российской империи имелось 6 городов – Владивосток, Хабаровск, Петропавловск, Николаевск-на-Амуре, Охотск и Гижигинск (ныне Охотск является лишь посёлком, а Гижигинск совершенно исчез). На землях Якутской области век с лишним назад было 5 городов: Якутск, Олёкминск, Верхоянск, Вилюйск, Среднеколымск (все, кроме первых двух, насчитывались лишь по нескольку сотен населения). В Амурской области к началу XX века вообще имелся всего один город, областная столица Благовещенск.

Все дальневосточные города той эпохи были по современным меркам невелики, потому численность их полиции тоже была скромной – так, по штатам 1888 года в Приморье и Приамурье насчитывалось не более 200 полицейских. Но, по мере заселения края, росла и численность полиции – через два десятилетия, к 1909 году приморских и приамурских полицейских было уже в три раза больше, свыше 600.

Если во Владивостоке в 1885 году насчитывалось всего 22 полицейских, то к 1903 году их было уже 132, а к 1909 году – 265. Быстро развивавшаяся столица Приморья уже к концу XIX века стала лидером на Дальнем Востоке и по числу жителей, и по количеству городской полиции. Например, в Благовещенске, Чите и Хабаровске к 1909 году полицейских насчитывалось гораздо меньше – 133, 104 и 90 соответственно.

В начале XX века начальник полиции Владивостока получал весьма внушительное жалование, 4600 рублей год. Зарплата рядового полицейского, тогда именовавшегося «городовым низшего разряда» была куда меньше – всего 360 рублей в год. Для сравнения средняя зарплата рабочего той эпохи не превышала 250 рублей за год.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

На заре минувшего века на Дальнем Востоке появились и первые учебные заведения для полиции, сначала в Хабаровске, а с 1911 года и во Владивостоке. Изначально это были двухмесячные курсы для отставных солдат, имевших «аттестацию о безупречной службе в войсках» и намеревавшихся далее работать в полиции.

Чтобы учиться на полицейского требовалось сдать вступительные экзамены: по «закону Божию», по русскому языку и арифметике. В ходе обучения, помимо общеобразовательных предметов, будущих полицейских учили оказывать первую медицинскую помощь, разбираться в «инструкциях для службы городовых», правильно читать городские карты, а так же писать сочинения «на служебные темы» – по мнению начальства это требовалось «для усвоения форм служебной документации и правильного изложения фактов».