Верхом на ветре - Лючия Сен-Клер Робсон

Пласидо своего лучшего стрелка. — Его железная куртка не защищает голову. Стреляй по ней.

Джим Оспа — единственная неподвижная фигура посреди хаоса — тщательно прицелился и выстрелил. С приглушенным лязгом Железная Рубашка повалился с коня и остался лежать неподвижно. Квахади умолкли, ошеломленные. Это было невозможно! Этого-то момента и ждал Форд. Магия побеждена! Квахади деморализованы. Форд сплюнул между зубов табак и дал приказ атаковать.

Дальше все происходило почти одновременно.

Форд бросил техасцев и тонкава с гиканьем и стрельбой в атаку на почти вдвое превосходящего противника. И тут же с высоким переливистым кличем, едва не обгоняя собственный голос, с холма устремился Странник. Его воины, готовые к бою, следовали за ним. Но Странник задумал совсем другое. Не замедляя бега коня и топча все на своем пути, он бросился туда, где пал его отец. В гуще боя Странник разглядел коня Железной Рубашки и не упускал его из вида. Конь никогда не отходил далеко от своего хозяина и друга.

Чтобы добраться до тела, понадобилась целая вечность. Странник почти инстинктивно уворачивался от ударов, не переставая сдавливать коленями бока Ворона и вести его почти по прямой. В суматохе схватки было трудно сохранить направление, но он упорно двигался к тому дубу, возле которого пал Железная Рубашка. Он защищался, когда возникала необходимость, но делал это, даже не задумываясь. Шум и запахи — острый запах пота и сладковатый запах крови — были ему хорошо знакомы.

Он так стремился добраться до тела отца, что даже не замечал скакавших рядом воинов — Глубокую Воду и Хромую Лошадь. Они отбивали предназначенные ему удары и защищали его спину щитами и собственными телами. Когда он добрался до нужного места, над телом старика уже стоял Пласидо. Он собирался снять доспех и вырезать сердце Железной Рубашки, чтобы потом, когда будет время, съесть его и получить вместе с ним силу врага. Он поднял голову, едва Странник соскочил с коня. Они смотрели друг на друга, стоя над телом. Прошло двадцать лет с тех пор, как Пласидо со своими воинами убил его друга, разрезав его на куски, но Странник еще хорошо помнил его лицо. Да и Пласидо не забыл Странника. Он знал, что именно этот человек убил его семью и сжег его деревню.

Участники боя рассыпались по полю, и Форд использовал тактику Хейза, снова и снова атакуя команчей и не давая им создать знаменитое магическое кольцо окружения, потому что хоть в этом приеме и не было никакой магии, он был достаточно эффективным. Вскоре битва превратилась в отдельные стычки с бегущими команчами. Глубокая Вода и Хромая Лошадь бросились в драку и теперь отбивались от догонявших их рейнджеров, оставив обоих вождей наедине друг с другом. Они стояли лицом к лицу.

— Твой отец? — жестом спросил Пласидо у Странника, по внешнему сходству уловив их родство.

— Да.

— Твоя стрела? — Он поднял древко с тремя красными полосками.

— Да.

— Ты убил мою семью.

— Да. Я отомстил.

— А я — еще нет.

— Я буду драться с тобой. У тебя будет возможность отомстить.

— Нет. Мне не нужна твоя жизнь. Мне нужно больше. Я слышал о тебе, Странник, и о твоей златовласой жене, и о твоих детях. Желтый скальп твоей женщины украсит мое копье. Всякий раз, когда ты будешь отправляться в набег или на охоту, ты будешь тревожиться о том, что можешь застать по возвращении. Однажды ты вернешься к груде углей на месте своего типи. Твоя женщина будет изнасилована и изувечена, а дети — сожжены заживо… — По лицу старого вождя катились слезы. — Как это было с моими…

Он повернулся спиной к Страннику и, не обращая внимания на пятизарядный кольт у того в руке, сел на коня и медленно уехал. Странник молча наблюдал за ним, потом наклонился и, быстро подняв тело отца, уложил его на спину Ворона. Здесь ему больше нечего было делать.

Многозарядные ружья и револьверы вновь обратили в бегство его воинов, немногие из которых были способны похвастаться подобным оружием. Они не могли противостоять белоглазым. Пусть рейнджеров и было вдвое меньше, но оружие делало каждого из них впятеро сильнее.

Он быстро поскакал в том направлении, куда бежала его семья с остальным племенем. Все его мысли были только о том, как их защитить. Угроза Пласидо наполнила его сознание ужасом. Ред-Ривер больше не служила барьером, сдерживающим белых солдат и их союзников. Впервые в жизни Странник начал понимать, как чувствует себя загнанный зверь.

Глава 52

Странник и Надуа, их семья и восемь или девять десятков их друзей выехали на вершину самого высокого холма над Ред-Ривер. Нокони уходили от преследования рейнджеров в течение двух дней, пока разведчики Странника не доложили, что погоня прекратилась. Наконец-то у них появилась возможность похоронить Железную Рубашку.

На холмах, расстилавшихся перед ними во всех направлениях, листва деревьев трепетала на ветру, словно множество маленьких семафоров. Ветер хлопал краями одеял, в которые завернулись скорбящие, и длинными лентами, вплетенными в гривы и хвосты коней. Странник вел свой народ на погребальный обряд. Он тянул свою дикую и печальную песнь уже около часа. Время от времени раздавался отчаянный женский крик. Теперь было уже поздно мириться с Железной Рубашкой в этой жизни, и Странник жалел о своем упрямстве.

Надуа, одетая в траурные одежды, сидела на своей буланой кобыле с черной гривой. Она придерживала тело свекра, усаженное на боевого коня. В то утра Надуа и Имя Звезды согнули колени вождя, для чего пришлось сломать его ноги, и подвязали их в нужном положении. Несмотря на запах, который уже начал исходить от тела, они омыли его и нанесли на лицо красную краску, а глаза залепили красной глиной из реки. Они нарядили его в лучшую одежду, которую только смогли отыскать в суматохе двухдневного бегства. После того как все желающие смогли взглянуть на него в последний раз, они завернули тело вождя в одеяла и связали их. Потом привезли его сюда, откуда он мог посмотреть на землю, которую так любил. Он ехал, сидя на коне, и Надуа с Именем Звезды поддерживали его с обеих сторон.

Тринадцатилетний Куана нес копье, щит и лук деда. Когда Странник закончил свою песнь, он вместе с Найденышем, Хромой Лошадью и Глубокой Водой снял завернутое в одеяла тело с коня. Они опустили вождя в глубокую расщелину у самого края обрыва. Странник спустился в провал, чтобы аккуратно усадить тело Железной Рубашки лицом на запад.