Золото империи. Золото форта - Вадим Александрович Ревин

class="p1">Медленно, шаг за шагом по дуге Микола прокрался к месту возможной засады. Чуйка, как поплавок, подрагивала в сознании крохотным красным пятнышком. Обострило чувства от такой поклевки; почему-то зналось, что там, на другом конце крючка, может оказаться очень крупная рыба.

Ну, а достойным врагам мы всегда рады. Подъесаул потащил из ножен кинжал и замер, вслушиваясь и всматриваясь в место под дубом. Вдали, у охотничьего домика, раздавались приглушенные возгласы мужчин, пересекаемые звонкими нотками женского голоса. В деревьях мирно пели птички. Вот одна из них, вспугнутая, взлетела, захлопав крыльями. Билый тут же среагировал, цепко выхватывая взглядом место, и решительно заскользил вперед: неприметный холмик дернулся, и это оказалось достаточным для атаки. Теперь казак отчетливо видел человеческую фигуру на земле, укутанную в замысловатую накидку. То, что он изначально принял за сук суховея, оказалось хорошо замаскированной винтовкой. Медлить было больше нельзя ни секунды. Убить, предотвратить покушение, сорвать выстрел – стало основной целью и мыслью.

Но как ни бесшумно и быстро двигался вперед подъесаул, на какую-то долю секунду он замер перед замахом, потому его остановил спокойный голос стрелка:

– Иван Матвеевич, приготовьтесь меня подменить, если я снова промажу! Рука дрожит после контузии, – затем цареубивец резко повернулся, каким-то звериным чувством понимая опасность и что говорит не тому. И ни капли не испугавшись, при виде казачьего офицера моментально перевернулся на спину, выставляя вперед винтовку. «Иван Матвеевич?! Да ладно. Какое странное совпадение!» – мимолетно пронеслось в голове Билого, когда он уже прыгал на врага и отбивал дуло винтовки в сторону. Почему-то в голову пришла мысль о графе Суздалеве, того точь-в-точь так же звали, может повлияло его таинственное появление на перроне и быстрое исчезновение, поэтому так неожиданно всплыло не к месту. «Чертовщина какая-то. Померещится же такое!» Хоть и быстр был стрелок, резв и натренирован, но недостаточно, чтобы оказать сопротивление опытному казаку-пластуну – даже выстрелить не успел: кинжал легко вошел ему в грудину по рукоять, поражая в самое сердце. Машинально вытащив и вытерев лезвие о чужую накидку, Микола отрезал:

– Спи, – и, подхватив винтовку, резко перекувырнулся, выцеливая возможного врага в разных сторонах. «Что там за Иван Матвеевич?! А ну!!! Покажись!» Выстрел мог быть только один, не успел бы перезарядиться, но точно бы не оплошал, если бы появилась возможность.

Тонко запищала мошка у самого уха, но Микола не дрогнул. «Что же получается? В засаде два стрелка сидело? Они что, предвидели, что взрыв может быть неудачный? Стрелок-то точно офицер. Причем действенный, боевой, видно, что с окоп, с войны. Чуйка развита не меньше моего. Но кто же второй?»

Грохнул револьверный выстрел совсем с другой стороны, чем целился Билый. Папаху снесло, кажется, с головой. В ушах зазвенело набатом. Микола перекувырнулся и выстрелил. Быстро перезарядил; взводя затвор еще раз, прицелился в лещину, чувствуя, что второй номер стрелка цареубийцы уходит, бежит быстро, ломая сучья.

Подъесаул опустил винтовку. Почему не стал стрелять? Что-то остановило и удержало от рокового выстрела.

– Кто? Кто стрелял? – раздались голоса, и вскоре на поляну выбежало несколько офицеров из свиты императора и два унтера – урядники из Конвоя.

– Я, – Микола начал подниматься. Ему помогли крепкие руки. Потрогал голову: волосы мокрые от крови, но вроде цел. Это и урядник Сидорчук подтвердил, подавая папаху, предварительно засунув в нее палец:

– По касательной прошла! Целил в голову, а попал в папаху! Мазила! С такого-то расстояния! Видно, студентик какой! Небось еще и очкарик!

«Мазила? – почему-то усомнился про себя Билый. – А что, если у стрелка рука дрогнула в последний момент? Может, вспугнул кто?» Была еще одна смутная догадка, но верить в нее не хотелось.

Вслух сказал:

– Вряд ли студент. Офицеры это были. Причем оба толковые. Просто им не повезло.

– Не повезло, потому что казак их перехитрил! – воскликнул один из пажей.

– Не было здесь никакой хитрости, – сказал, вздохнув, Билый. Дальше он не стал ничего объяснять. Вряд ли его поняли люди, которые не жили в постоянном напряжении, где ложку трогаешь реже, чем приклад винтовки.

– Государь о вас справлялся! Срочно затребовал к себе.

– Заодно и доложите о новом происшествии, господин подъесаул!

– Непременно. Честь имею.

Билый отозвал двух урядников в сторону и попросил быстро осмотреть площадь по малому периметру. Другому приказал поднимать егерей с собаками. Но в душе он уже понимал, что второй номер стрелка ушел – тенью проскользнул мимо всех застав, потому что был опытным диверсантом и план отступления заранее продумал.

Император с непониманием смотрел на появившегося перед ним Билого, поднимая по очереди руки, чтобы паж как можно тщательнее вытер с охотничьего костюма чужую кровь.

Подъесаулу пришлось по второму разу доложить о своем прибытии. Александр III широко раскрытыми глазами смотрел на грудь казака. Он рассматривал медаль за русско-турецкую войну и тихо шептал:

– Не нам, не нам, а имени твоему…

Билый продолжал тянуться в струнку и молчал, ожидая приказа. К императору спешным шагом подошел молодой полковник, сделал знак, привлекая к себе внимание. Был допущен к уху и зашептал.

С каждым словом пажа государь отмирал и с интересом поглядывал на подъесаула. Полковник закончил и встал чуть позади рядом. Александр III пришел в себя и быстро заговорил:

– Я в вас не ошибся, господин подъесаул! – Не поворачивая головы, негромко сказал своему флюгер-адъютанту: – Дай часы. – Полковник немного замялся, но быстро отстегнул от кармашка большую луковицу золотых часов. Заискрилась на солнышке россыпь бриллиантов. – За верную службу, казак!

– Рад стараться! – привычно гаркнул Билый, не выказывая ни малейшей радости и восторга, но принимая награду из рук самого императора.

Тот кивнул:

– Знаю, рвешься в бой, рыть носом землю, и это весьма похвально. Но у меня на тебя другие планы. Сейчас мы будем ходатайствовать о твоем новом назначении на место погибшего есаула Лотеева. Но пока, – государь сделал многозначительную паузу, – вы будете выполнять мои личные поручения.

Билый напрягся. Ему и самому страсть как хотелось кинуться в погоню, начать раскручивать клубок заговора и наказать виновных. Подумать только! Поднять руку на императора: бомба и стрелки! Опытные офицеры! Хороший план со всеми стратегическими выходами. Кто-то опытный стоит за всем этим. Да и к тому же конвойная служба во дворце порядком наскучила. Хотелось чего-нибудь такого, от чего дух захватывало. Погоня, охота, вентирь…

И кто-то должен ответить.

Кровь закипела.

– Вижу ваше рвение, господин подъесаул! – одобрил государь. – Однако сейчас и без вас справятся! Есть более глобальное дело!

Микола весь напрягся. Что может быть важнее жизни императора?

– Надо доставить баронессу домой. Без лишнего шума. Справитесь?

– Так точно! – подъесаул