Верхом на ветре - Лючия Сен-Клер Робсон

стали поручать им. Когда Изнашивающая Мокасины не отправлялась в набег, она суетилась в лагере, заботясь о воинах Но-кони. Большинство из них относилось к этому добродушно, но с Жесточайшим у нее не раз возникали стычки прямо посреди лагеря.

— Оставь в покое мои мокасины! — орал он на нее.

— Они совсем порвались. Ходишь оборвышем, как какой-нибудь осейджи! — ревела она в ответ.

— Я сам могу их починить, назойливая корова!

— Да после твоей починки они становятся только хуже!

И все начиналось сначала. Когда ей не удавалось собрать у воинов груды вещей, требующих починки, Изнашивающая Мокасины беседовала с Маленькой Ручкой, которую взяла под свое необъятное крыло. У нее появилось немало новых лошадей, и этот поход доставлял ей огромное удовольствие. Каждый день к лагерю съезжались воины, вернувшиеся из набегов на земли к северу от Рио-Гранде. Наконец все они собрались, и Странник созвал совет, чтобы обсудить планы вылазок в Мексику.

— Маленькая Ручка, — спросила Изнашивающая Мокасины, — твой муж хорошо себя чувствует?

— Кажется, ему нездоровится.

— Что-то он бледноват. Что у него болит? Может, я смогу чем-то помочь?

— Не знаю, — пробормотала Маленькая Ручка.

Она боялась, потому что впервые за время знакомства с солнцеволосым она ощутила его страх. Она извинилась и покинула Изнашивающую Мокасины, чтобы разыскать его.

Медвежонок сидел один на высоком камне, блуждая взглядом по бесплодной бурой равнине, ощетинившейся кактусами и шавами.

— Солнцеволосый…

— Да, малышка?

— Как ты себя чувствуешь?

— Хуже.

— Ты знаешь, из-за чего?

— Да.

Маленькая Ручка дождалась, пока он продолжит.

— Холера.

— Ко-ле-ра?

— Болезнь белых. Та, что убила моего деда.

— А ты не ошибаешься?

— Нет. Из меня дерьмо хлещет, как вода.

— Может быть, ты поел плохого мяса, милый. — Маленькая Ручка подошла поближе, чтобы потрогать его лоб. — У тебя жар?

— Не подходи, малышка! Не приближайся! Найди Странника и попроси прийти сюда. Поскорее!

Маленькая Ручка развернулась и побежала за Странником. Когда они вернулись, Медвежонок сидел, прислонившись к камню. Его тошнило. Странник подождал, пока он закончит, а Маленькая Ручка подала принесенную воду. Первый глоток воды он выплюнул, чтобы избавиться от вкуса желчи во рту. Потом жадно приложился к фляге.

Воткнув на место деревянную пробку, он сказал:

— Не пей из этой фляги, малышка.

— Да, муж мой.

— Медвежонок, — обратился к нему Странник, используя его прежнее имя. — Ты уверен?

— Уверен. Забирай всех и уезжай из лагеря. Уезжайте как можно быстрее и как можно дальше. И, пожалуйста, позаботься о Маленькой Ручке.

— Я не уеду, муж мой!

— Уедешь. Не трогай мои вещи, брат. Я их сожгу, пока у меня будут силы. Но вы должны уехать. Сейчас же. Собирай всех. И не вздумайте возвращаться в этот лагерь. Скажи сестре, что я ее люблю. — Последние слова едва не утонули в новом приступе рвоты.

Он был слишком слаб, чтобы встать, поэтому расставил колени и изверг содержимое желудка.

— Медвежонок, я не могу бросить брата моей жены, дядю моих сыновей, своего друга.

Медвежонок протянул руку к фляге с водой.

— Именно поэтому ты и должен уехать. Здесь ты ничего не сделаешь. Я же не раненый, которого ты можешь бросить на спину своего коня и спасти. Если останешься, тоже умрешь. И о твоей семье некому будет позаботиться.

Странник постоял немного, молча глядя на него, потом вскинул руку в приветствии.

— Я буду молиться за тебя, брат. — Он развернулся, чтобы уйти. — Идем, Маленькая Ручка.

— Нет!

— Забери ее, Странник, — сказал Медвежонок.

Маленькая Ручка выхватила длинный смертоносный нож.

Чуть присев, она пристально посмотрела на Странника.

— Ты не сможешь убить меня, Маленькая Ручка. Ты же знаешь, что я успею отобрать нож, — тихим и спокойным голосом сказал Странник.

— Ты не успеешь его отобрать до того, как я вскрою себе горло. Возьмешь на себя вину за смерть жены своего шурина?

— Нет, Маленькая Ручка. Остановись, — печально сказал он. — Вот до чего дошло! Мы бросаем тех, кого любим… До какой же низости довели нас белые…

Странник вытащил из-под набедренной повязки мешочек с амулетами и положил его на землю у ног Медвежонка и Маленькой Ручки, вставшей рядом с мужем.

— Вот все, что я могу вам дать. Меня они защитили. Может быть, и тебе помогут. Я оставлю вам лошадей. И быков. Маленькая Ручка сумеет забить их и разделать. Мы оставим вам все необходимое. Если поправишься, возвращайся к нам, Медвежонок.

— Вернусь, брат.

Медвежонок даже не пытался благодарить Странника за мешочек с амулетами. Он знал, что ничего более дорогого у его зятя не было. Этот мешочек был не просто ценным — он был бесценным. То, что в нем находилось, Странник собирал всю жизнь. Медвежонок поднял мешочек и положил его на колени.

Вместе с Маленькой Ручкой он наблюдал, как Странник постепенно исчезает в лабиринте камней на пути к лагерю. Маленькая Ручка сходила с флягой к небольшому ручейку, бежавшему рядом. Она терпеливо дождалась, пока вода наберется через узкое горлышко.

— Когда они уедут, я устрою тебя поудобнее. — Она встала на колени рядом с ним и омыла прохладной водой пылающую жаром сухую кожу на его лице и груди. — Тебе нужно больше пить.

— Соли хочется, малышка.

— Я сварю тебе похлебку и как следует ее посолю.

Со стороны лагеря доносились крики людей, готовившихся к отъезду.

В узком проходе среди камней показалась Изнашивающая Мокасины.

— Маленькая Ручка, Эхо Волчьего Воя, — позвала она. — Я сложила пеммикан, джерки и немного вареного мяса возле вашего шалаша. Еще оставляю вам снадобья. Поскорее выздоравливай и возвращайся к нам!

— Конечно, матушка, — ответила Маленькая Ручка.

Изнашивающая Мокасины скрылась из вида. До них доносились отчаянные вопли. Это убивали женщин и детей, захваченных в Техасе, — они могли быть разносчиками болезни. Потом послышался удаляющийся топот копыт. Затем наступила тишина… Всего в несколько минут весть разлетелась по лагерю, и он опустел.

— Пойдем, муж мой. — Маленькая Ручка обняла Медвежонка за талию и помогла встать. — Когда полежишь и отдохнешь, тебе станет легче. Ты поправишься. Я обещаю.

Медвежонок был слишком слаб, чтобы спорить.

Глава 46

Надуа и Имя Звезды ехали к лагерю. Поперек спины вьючного мула были переброшены две туши. Они налетели на стадо антилоп, и каждой из женщин удалось заарканить по верткому животному. Теперь еды должно было хватить на неделю, и Надуа могла подумать о других вещах.

— Их нет уж почти два месяца.

— Да. Не думаю, что они вернутся до следующего полнолуния. Они воспользуются лунным светом для набегов. Надеюсь, обратный путь пройдет без сложностей. Потому что когда они вернутся, я с Глубокой Воды не