Александр Кравчук - Галерея византийских императоров

Этот молодой человек больше всего на свете любил красиво одеваться и восхищать своими нарядами горожан. Он пытался уподобиться Ахиллу, но походил, скорее, на Париса. Его считали жестоким, высокомерным и трусливым. По двору ходили слухи, что он был любовником императрицы Зенониды и именно ей был обязан назначением на высокие должности в армии и консульством на 476 год.

Однако эта молниеносная карьера Армата вызвала ярость вождя готов Теодориха Страбона, который хотя и получил от нового императора подтверждение своих воинских должностей и титулов, ненавидел Армата по сугубо личным причинам и каждое повышение недруга воспринимал как личное оскорбление и обиду.

Сразу же после коронации Василиск отправил Илла и его брата Трокунда в Исаврию, чтобы они расправились там с Зеноном. Но им удалось лишь поймать Лонгина — брата свергнутого императора, а сам он надежно укрылся в недоступной горной крепости.

Тем временем Илл начал получать тревожные сведения из столицы. До него доходили даже письма высокопоставленных сановников с просьбами вместо того чтобы воевать с Зеноном, вступить с ним в переговоры и уговорить его вернуться на трон.

Дело в том, что настроения жителей Константинополя резко изменились. Теперь везде славили правление Зенона и его исавров, а Василиска проклинали. Основных причин такого поворота в умах горожан было две (не считая, разумеется, то и дело повторяющихся на протяжении всей истории человечества приступов эмоциональной безответственности и непредсказуемости черни) — финансовая и религиозная политика нового правителя.

Что касается политики финансовой (если в данном случае вообще правомерно употребление слова «политика»), то вся она сводилась лишь к неприкрытой обдираловке, которой занимались назначенные новым императором чиновники. Они стремились разбогатеть любой ценой и как можно быстрее — видимо, потому, что сами сильно сомневались в прочности нового правления, а значит и своего положения.

Если же говорить о политике религиозной, то Василиск и его жена поддерживали ересь монофизитов. Напомним, суть ее сводилась к тому, что Христос после воплощения обладал лишь одной природой — божественной. Ересь эта, хотя и осужденная Халкидонским Вселенским собором в 451 году, все еще имела подавляющее число сторонников среди христиан Египта и Сирии.

Тимофей и Петр, епископы-монофизиты Александрии и Антиохии, смогли теперь вернуться к своей пастве, на те престолы, с которых были смещены. Тимофей даже приехал в столицу и сумел добиться от императора, чтобы восточные епископства были выведены из подчинения патриарху Константинополя, которым в то время был Акакий. Тот тут же выразил протест против такого ущемления своих прав, облачившись в траурные одеяния и повелев выставить в храме Святой Софии черные хоругви.

Вскоре после этого Василиск сделал еще один — решающий — шаг, касавшийся ереси монофизитов. Он выпустил «Энциклику», отменявшую решения Халкидонского собора. Это вызвало беспорядки в столице, монахи схватились за оружие. Именно известие об этих событиях заставило Илла переметнуться на сторону Зенона, против которого он был послан воевать. И они оба, встав во главе объединенных армий, отправились маршем на столицу через всю Малую Азию.

Пораженный известием о таком повороте событий Василиск тут же разослал новую энциклику, которой отменял все распоряжения, сделанные в предыдущем письме, и возвращал постановления Халкидонского собора. Это, скорее, была настоящая анти-энциклика (именно так ее позднее и называли).

Но этот шаг императора уже не имел никакого значения. Религиозные страсти среди верующих, умело подогреваемые столичным духовенством, уже успели накалиться добела. Огромное впечатление произвел на всех и внезапный пожар, уничтоживший множество жилых домов и дворцов знати. Именно тогда сгорела прекрасная библиотека, основанная более сотни лет назад Юлианом Отступником, в которой насчитывалось не менее 120 000 книг. А во дворце Лавза (Lausos) жертвами огня пали бесценные произведения греческого искусства, собранные здесь из разных больших и малых городов, такие как статуи Афродиты Книдской, Афины из Линдоса, Геры с острова Самос. Кругом поговаривали, что этот пожар — очень дурное предзнаменование, не сулившее правителю ничего хорошего.

А Василиск собрал все войска, которые были у него во Фракии и в самой столице, поставил во главе их своего племянника Армата и отправил против Зенона.

Но даже Армат уже не верил в победу. Он вступил в тайные переговоры с Зеноном и получил от него гарантию, что пожизненно останется верховным главнокомандующим, а его сын, носивший имя дяди — Василиск, — получит титул кесаря. Этот секретный договор открыл исаврам путь в столицу — дорога была свободна.

В августе 476 года император вступил в столицу, не встретив никакого сопротивления. Василиск и его семья укрылись в храме Святой Софии. Император сделал вид, что вовсе не жаждет их смерти, и сослал всех в маленький городок в Каппадокии, а там их бросили в высохший резервуар для воды, где они и умерли от голода и жажды.

Зенон снова пришел к власти. И правление его продолжалось еще пятнадцать лет.

ЗЕНОН

В том же самом 476 году, в котором Зенон возвратился в столицу, чтобы после свержения Василиска править единолично, прекратила свое существование Западная Римская империя. Этого происшествия практически никто из современников и не заметил. Тем более, никто тогда и предположить не мог, что эта дата останется в веках как важнейшее событие мировой истории.

Первые годы правления Зенона прошли относительно спокойно, хотя при дворе и не прекращалась жестокая и коварная, истинно византийская борьба за влияние. С одной стороны ее вел земляк императора Илл, тоже исавр родом, занимавший самые высокие должности, с другой — Верина и Ариадна, теща и жена Зенона.

Сам Зенон внешне сохранял полную лояльность по отношению к человеку, которому был обязан возвращением на трон. Впрочем, поддержка земляка все еще была ему жизненно необходима, поскольку Илл, несомненно, был энергичным и талантливым полководцем и государственным деятелем.

Еще в 477 году, скорее всего, поддавшись на уговоры Илла, император приказал умертвить Армата — племянника своей жены. А ведь совсем недавно тот оказал ему крайне необходимую помощь, в критический момент отвернувшись от Василиска! В награду за это предательство Армат тогда потребовал для себя пожизненной должности командующего войсками, а для своего сына — титул кесаря, а это означало, что именно он унаследует трон после Зенона. Император согласился и выполнил все условия — Армат до конца оставался командующим, но о том, сколь долго он будет жить, они не договаривались!

А Илл действительно мог настаивать на устранении Армата — тот был основным его соперником при дворе.

Армата собственноручно лишил жизни Онульф, родной брат Одоакра — того самого, который совсем недавно, в 476 году, низложил с трона малолетнего Ромула Августула и с тех пор сам единолично правил Италией как бы с согласия Зенона. Судьбы братьев могут служить яркой иллюстрацией перипетий того времени. Когда распалась огромная империя гуннов, в которой их отец Эдекон, будучи приближенным Аттилы, занимал самые высокие должности, Одоакр отправился на Запад, а Онульф оказался в Константинополе. Оба они были солдатами удачи, оба в этом мире воцарившегося хаоса искали своего места в жизни в качестве наемников. Онульф поначалу жил в страшной бедности, и лишь Армат в конце концов помог ему сделать карьеру в армии. С его помощью Онульф дослужился до комита, стал магистром армии Иллирика, а потом в подходящий момент обратил оружие против своего благодетеля.

Сын Армата остался в живых лишь благодаря заступничеству императрицы Ариадны. Его лишили титула кесаря, а вместо этого заставили принять сан священнослужителя. В те времена от политических соперников часто избавлялись именно таким образом, поскольку духовные лица могли заниматься лишь делами церкви.

Одно из событий 477 года ярко свидетельствует о том, насколько придворная атмосфера была перенасыщена интригами и преступными помыслами. Один из слуг Зенона пытался совершить покушение на жизнь Илла. Неудачника схватили, и император тут же отдал его в руки несостоявшейся жертве. Более того, чтобы отвести от себя даже малейшие подозрения, он осыпал Илла новыми высокими титулами, сделав его патрикием и консулом на следующий 478 год. Но все это лишь укрепило уверенность окружающих в том, что за попыткой убийства стоял именно Зенон.

В следующем году состоялось еще одно неудавшееся покушение. В этот раз на жизнь Илла покушался наемник-варвар. Когда его схватили, он под пыткой сознался, что его услуги оплатил столичный префект Эпиник, который входил в число приближенных императрицы Верины, поскольку именно ей был обязан своей карьерой. Он был снят со своей должности и выдан Иллу, а тот сослал его в одну из крепостей своей родной Исаврии.