Дакийский самодержец - Вадим Барташ

ла-адно… Что произошло? – спросил римлянина верховный вождь. – Что-то важное? Что случилось?

– Важное.

– Ну, хорошо, я тебя слушаю.

– Карпу когда будет дозволено посетить тебя, великий вождь? – спросил Эмилий Павел.

– Я как раз о нём сегодня вспоминал! И решил его больше не томить и не держать у порога своего шатра. Думаю, уже вечером я с ним увижусь. А что?

– Тогда хочу кое-что подсказать, великий вождь. Я узнал для чего карпы прибыли в твою ставку.

– И для чего?

– Они хотят втянуть роксоланов в свои разборки.

– А мне-то зачем их разборки?

– Э-э-э, не-ет, не торопись, ты выслушай меня… Некоторые из старейшин уличей и из прочих карпских племён и родов хотят убрать со своего пути князя карпов, который нацелился их окончательно подмять под себя.

– Драговит им стал мешать?

– И ещё как!

– Ну и что?

– Так этим обязательно следует воспользоваться. Я даже больше скажу, великий вождь, если роксоланы помогут низложить карпского князя, побратима и дружка дакийского царя, то вы принцепсу Траяну сделаете немалую услугу и за это… за это вы получите неплохой куш. Думаю, тысяч восемьсот ауреусов Траян за это не пожалеет и вам заплатит.

Предложение от Эмилия Павла верховному вождю роксоланов понравилось, и он только переспросил:

– Принцепс Траян точно за это нам заплатит?

– Не сомневайся! Клянусь богами с Олимпа! Да и самим Юпитером в придачу! – и Эмилий Павел ударил себя кулаком в грудь.

***

Последние слова Эмилия Павла не выходили из головы Фарзона. Верховный вождь роксоланов не мог отказаться от такого заманчивого предложения. Ну, конечно же, неплохо бы было пограбить соседей и ещё дополнительно подзаработать при этом. Он был склонен доверять Эмилию Павлу. А тот поклялся, что с роксоланами расплатятся за их услугу сполна. Причём им выплатят золотом! Ауреусами!

Поэтому, не колеблясь Фарзон дал согласие на встречу с карпским посланцем, и не стал ждать даже вечера. Уже в тот же день, в полдень, пошатывавшийся Ведагор появился в шатре верховного вождя.

Когда Ведагор зашёл в шатёр, по нему было видно, что этот карп болел и ещё не отошёл от вчерашней гулянки. Лицо у него было в пятнах и изрядно опухшее. Карп почтительно приветствовал верховного вождя. Он преподнёс Фарзону дары: с десяток соболей и шкатулку с ювелирными украшениями, и с разрешения хозяина сел у подножия его трона.

– С чем пожаловал, Ведагор? – спросил гостя Фарзон.

– Передаю привет тебе, верховный вождь, от моего господина… от старейшины Хвалимира! И многие-многие годы здравствовать тебе!

Далее посланец от Хвалимира объяснил Фарзону причину своего визита, и в не малой степени после этого поразился тому, что верховный вождь западных сарматов почему-то тотчас же согласился на предложение старейшины рода Дулёб.

***

Что бы помешать карпам, бастарнам и склавинам сообща выступить на помощь дакам и соединиться с Децебалом, необходимо было как можно быстрее произвести набег на Тамасидаву.

Фарзон тут же вызвал к себе Тагасия. Тот только что вернулся из степи. С шумом, раскрасневшийся и с ног до головы запылённый после бешенной и долгой скачки, он заявился к отцу.

– Вызывал, отец? – спросил Тагасий.

Верховный вождь роксоланов не сразу ответил сыну. Он какое-то время сидел на своём троне и сосредоточенно о чём-то размышлял. «Уже целый год роксоланы ни с кем не воевали. Го-о-од! И вот предстояло вновь вынуть из ножен мечи и приготовить луки и длинные сарматские копья-сариссы…»

Верховный вождь указал сыну, чтобы тот уселся перед ним.

Тагасий подчинился.

Фарзон заговорил:

– Пора нам взять в руки оружие, сесть на коней и произвести набег… Я думаю тебя поставить во главе этого отряда.

У Фарзона разыгралось воображение.

Он сейчас вдруг вспомнил недавнее прошлое. Вспомнил Адамклиси. Вернее, долину возле этого городка… Тогда роксоланы напали на имперскую провинцию Нижняя Мёзия. Это было четыре года назад. В этой долине, в злосчастной битве, погибло множество роксоланов, и в том числе два его старших сына… А затем, при переходе через Данувий, лёд на реке не выдержал роксоланских всадников, облачённых вместе с конями в тяжёлые доспехи, и многие из выживших после ожесточённой битвы роксоланов, утонули. Тогда и сам Фарзон чудом остался в живых.

Его вытащили из ледяной воды и еле-еле откачали. Но роксоланы не могут не воевать! Теперь из трёх оставшихся у него сыновей старшим являлся Тагасий. И именно он считался наследником. Однако ему ещё не хватало сдержанности, и он был слишком вспыльчивым и часто очень резким.

– Я готов, отец, возглавить отряд. Сколько мне дашь воинов и куда нам направиться? – выразил свою готовность исполнить приказ отца Тагасий.

– Набег следует совершить в землю карпов, – ответил Фарзон. – Я дам тебе для этого десять тысяч воинов. Тебе этого количества хватит! Люди старейшины Хвалимира будут у тебя проводниками. Обойдёшь стороной владение Дулёбов, которые ты ни в коем случае не трогай, и проводники карпы тебе покажут наиболее удобные переправы через Данастрий. Надо будет захватить Тамасидаву… И не просто захватить, а разрушить её. И сжечь…

Тагасий поднялся и засобирался выйти, но тут в шатёр верховного вождя чуть-ли не ворвалась Савлея. Высокая, светловолосая, как и большинство сарматов, и голубоглазая. Это была единственная дочь Фарзона. У верховного вождя роксоланов она была любимицей. Савлее недавно исполнилось двадцать лет, и она была не менее дерзкой, чем Тагасий.

Фарзон ни в чём не мог ей отказать.

Воспитывалась Савлея с детства, как мальчишка, и поэтому она была отменной наездницей и не хуже мужчин стреляла из лука. И даже прекрасно фехтовала. Её любимыми занятиями являлись охота, поединки на мечах и скачки.

Савлея громко и с некоторыми капризными нотками в голосе произнесла:

– Отец, ты решил совершить набег на наших северных соседей?

Фарзон с неохотой подтвердил это.

Савлея нахмурилась:

– А почему я об этом случайно узнаю?

Фарзон ещё ничего не успел сказать, как Савлея безапелляционно заявила:

– Я тоже хочу поучаствовать в набеге на Тамасидаву!

***

С Данастрия зачастую веяло не только свежестью, но и прохладой. Особенно ночью. Так и сейчас было.

Из-за тучи выплыла неполная луна, и после этого стало сразу светлее.

Беляна не спала. Она вышла на террасу и, облокотившись о перила, с замиранием сердца ждала, когда же появится Скорио. Он назначил ей свидание ещё утром, и просил об этой встрече очень настойчиво.

Они встречались в этот его приезд в Тамасидаву уже пять раз и друг другу признались в своих чувствах. Беляна места себе не находила, зная, что на днях Скорио должен был покинуть стольный град карпов и вернуться в свою Дакию, и поэтому сейчас гадала, о чём же будет их разговор.

Послышался приглушённый шум.

Вскоре появилась тень, и девушке показалось, что это приближался не Скорио, а кто-то другой. Девушка пригнулась, чтобы её за перилами не было видно. И не ошиблась. Она вовремя это сделала.

Это прошёл дружинник, охранявший княжеский терем. Он на протяжении всей ночи,