Ликующий на небосклоне - Сергей Анатольевич Шаповалов

к тебе на помощь. Только ничего не ешь и не пей. Тебя постараются отравить.

– Амени! – позвал Аменнеф из-за двери.

– Мне пора!

Юноша еле высвободился из объятий девушки. Стражники приходили в себя, когда заговорщики покидали покои.

Осталось только ждать.

Весть о восстановлении разрушенного храма Иштар взбудоражило город. Храм начнет восстанавливать сама богиня. Уже днем холм, на котором покоились руины святилища, окружил народ. Холм довольно-таки большой и высокий. Он примыкал южным склоном к городской стене. По склону вела, заросшая сорной травой, лестница и выходила к одним из городских ворот. В былые времена, во время праздника Посева из храма по этой лестнице выносили наос с богиней и погружали на священную барку. Статуя путешествовала по реке, благословляя землепашцев.

Сейчас на холме трудились строители, расчищая площадь от мусора. Сиротливо торчащие остатки стен, снесли. Каменные блоки аккуратно сложили у основания холма. На вершине разровняли площадку и установили каменный алтарь в виде огромной чаши. В чашу налили жертвенного масла и зажгли. Все было подготовлено к церемонии.

Амени весь день давали какие-то мелкие поручения. То он должен был проследить, чтобы подготовили вазы с цветами и отправили на холм; то проверить, чтобы стражников, которым предстояло стоять всю ночь в оцеплении, накормили; он пересчитал количество выпеченного жертвенного хлеба для раздачи народу и еще кучу всего… Амени с рвением брался за любое дело, лишь бы поскорее прошел день. Проверял все тщательно, несколько раз пересчитывал, стараясь за своим трудолюбием скрыть волнение. В конце дня, когда жрецы приступили к вечерне молитве, Амени вручили несколько слитков серебра и отправили в дальний конец города за маслом. Жертвенного масла не хватало. Ему предстояло разыскать тамкара, передать ему серебро и приказать привести на ослах несколько больших кувшинов. Амени немного удивился: зачем отправляться за маслом в самый конец города, если такое же масло можно купить рядом с дворцом у таких же торговцев. Но спорить не стал и поспешал по петляющим пыльным улочкам.

По дороге он завернул к лавке, где скрывались его друзья. Когда юноша подходил к заветной покосившейся двери, то почувствовал, что за ним кто-то следит. Амени как бы случайно уронил мешочек с серебряными слитками. Брусочки рассыпались по земле. Юноша присел на корточки и принялся собирать куски серебра, складывая их обратно в мешочек, а сам скосил глаза в сторону. В последний момент он заметил, как тенью какой-то человек скользнул за угол.

Из лавки выбежал Аменнеф в грязной одежде тамкара с накладной смоляной бородой и помог Амени собрать серебро. По одному взгляду, жрец понял все.

– Что ж вы, господин такой растяпа? – намеренно громко сказал мнимый тамкар, всплеснув руками. – С таким богатством ходите по городу один, без охраны. Тут народ всякий попадается…А если ограбят?

– Я никого не боюсь, – гордо ответил Амени. – Меня послали за маслом в Северный Угол. Но пусть только попробует кто-нибудь на меня напасть!

Аменнеф поклонился.

– Пусть охраняет тебя Ашшур, господин.

Амени зашагал дальше. Он услышал за спиной глухой удар и короткий вскрик. Когда юноша обернулся, то увидел, как Хуто и Паитси затаскивают в дом бесчувственное тело соглядателя, а Аменнеф махнул рукой: – все в порядке!

В глухом переулке, почти у самой городской стены Амени нашел ветхий дом из сырого кирпича с низким кривым дверным проемом. Хозяин, на лицо совсем не торговец – скорее убийца: огромный горбатый нос, черные колючие глазки под нависшими густыми бровями, густая нечестная борода, но самое отвратительное – рванный глубокий шрам на щеке. Хозяин проводил его в дом и усадил за низкий стол на лавку.

– Свежее пиво, господин. – Он поставил перед Амени грязный кувшин и глиняную кружку с отбитым краем. – Я прикажу слугам грузить масло. Оно во дворе.

Торговец скрылся за другой скрипучей дверью, которая, по всей вероятности, выходила во двор. Амени огляделся. Не похоже, что он в доме тамкара, даже бедного, уж слишком убогая обстановка. Да и вообще показалось, что здесь давно никто не жил. Обычно в доме торговцев пахло специями и маслом, здесь же стоял устойчивый запах плесени и мышей. Он налил в кружку пиво и понюхал. Странный запах миндаля. Отрава! В пиве подмешан яд, – сообразил он. Амени помнил, что с таким же особым запахом миндаля пастухи в Куши готовили отраву для шакалов, которые нападали на домашние страда. Амени инстинктивно потянулся к поясу, но кинжала на месте не было. В городе запрещалось носить оружие всем, кроме стражников.

Хозяин появился в дверях и очень внимательно посмотрел на Амени.

– Гостю не нравится пиво? – настороженно спросил он.

Амени плеснул содержимое кружки в лицо хозяину и рванулся к выходу. Но в дверях его ждали двое. Амени опрокинул стол и побежал назад к другому выходу. Он выскочил в глухой двор с высоким каменным забором.

– Прикончите этого щенка! – заорал хозяин, тщательно вытирая лицо краем одежды.

Амени уперся в глухую высокую стену. На него надвигалось пять человек. Спустились густые сумерки и лиц разбойников не разобрать. Но в руках у них можно было видеть длинные ножи. Амени быстро присел и подобрал булыжник с земли – единственная слабая защита.

– Кончайте с ним скорее, да труп в мешок и в воду, – потребовал хозяин, словно говорил о поросенке, которого надо заколоть для продажи.

Раздалось легкое шуршание. Один из бандитов вскрикнул, изогнулся, и свалился на землю. В его спине торчала стрела. Второй упал, как подкошенный с пробитым горлом. Остальные замерли в нерешительности. Сразу видно – не воины. Те бы уже по привычке пригнулись и попытались спрятаться. Промедление стоило им жизни. Стрелы попали в цель. Главарь в страхе попытался скрыться в доме, но Амени, собрав все силы и швырнул в него камень. Попал точно в голову. Старший бандит растянулся на пороге с проломленным черепом.

Амени огляделся. На крыше соседнего дома стояли два лучника. Его спасителями оказались Хуто и Паитси. Амени выскочил на улицу. Друзья уже поджидали его. Они втроем бросились по направлению к храму.

Темнота обволакивала город. На улицах пусто. Все жители собрались возле холма, где закладывали новый храм Иштар. Горело множество факелов, а на самой верхушке холма мерцал священный огонь. Люди закричали, приветствуя богиню, когда носилки с Меритре под усиленной охраной поднесли к холму. Ее подняли на вершину, где богиню ожидал сам правитель в окружении высоких сановников и знатных горожан. Церемонию проводил сам ишшакум.

Носилки с Меритре опустили возле алтаря. Ишшакум поднял высоко над головой прямоугольный камень, на котором резчики выбили текст молитвы. Народ ликовал. Он с поклоном протянул камень Меритре. Та коснулась его божественной рукой, и ишшакум передал камень строителям, которые осторожно опустили его в яму под фундаментом.

Амени с товарищами, пробирались