Путь воина - Арсений Евгеньевич Втюрин

берегу. По команде учителя дети несколько раз за день меняли мечи на копья, секиры, булавы и дубины. Их учили отбиваться с помощью щитов, камней, палок и просто голыми руками. Сотни и тысячи раз повторялись одни и те же приёмы, удары, блоки, прыжки и падения. Движения становились уже бессознательными. А Баррос заставлял повторять их снова и снова. От многочисленных ударов тело каждого ребёнка превратилось в один сплошной синяк. Учитель даже смеялся, что у него теперь есть десять кусков мягкого мяса для жарки.

Год промелькнул совершенно незаметно. Дни летели длинной однообразной вереницей в постоянных тренировках и поединках с разными противниками. Дети потеряли счёт им. Уже давно никто из мальчиков не падал без сил после занятий от усталости на тюфяк. Тела юных гладиаторов налились силой, окрепли и легко переносили удары деревянного оружия.

После вечернего приёма пищи ребята устраивались на террасе или на широкой лестнице, ведущей вниз. Им было запрещено заходить в чужие казармы и общаться с другими детьми. Лучники на вышках не спускали глаз с маленьких рабов-гладиаторов и даже ночью при свете факелов бдительно несли вверенную им сторожевую службу.

Рус, лежа на своём тюфяке по соседству с Асомо, привычно смотрел на отражающиеся отблески огня факела на стене.

– Утром нас увезут отсюда! – Шёпот Асомо вывел мальчика из задумчивости.

– Откуда ты знаешь?

– Вечером я слышал, как Баррос сказал одному из учителей, что он закончил свою работу, и ланиста отпустил его в город отдохнуть и развлечься. Ему осталось только передать нас какому-то Флору. Тот утром приедет в школу.

– Неужели кому-то продадут?

– Не думаю. Ты разве забыл о том, что говорил ланиста? Ведь из нас хотят сделать элитный отряд! А пока мы – всего лишь хорошо подготовленные бойцы.

– Что же с нами будет? – Рус не на шутку разволновался.

– Мне кажется, что этот Флор продолжит наше обучение.

– И куда нас повезут?

– Я, как и ты, пока ничего не знаю. Завтра будет трудный день. Спи.

Оба замолчали, думая каждый о своём и надеясь на что-то хорошее.

Сон пришёл незаметно.

После завтрака Баррос не повёл, как обычно, детей на берег реки. Он велел Асомо построить их во дворе и ждать.

Вскоре со второго яруса вниз во двор неспешно спустились ланиста Мёрд, учитель Баррос и какой-то широкоплечий поджарый человек. Они остановились напротив выстроенной шеренги детей, и все увидели, что у незнакомца вместо левой руки култышка ниже локтя, а ноги и тело изуродованы многочисленными шрамами. Первым заговорил ланиста.

– Вы прошли обучение под руководством нашего лучшего учителя Барроса и теперь прекрасно владеете своим телом, способами ведения поединка, а также всеми видами оружия. Но оно учебное, деревянное, пусть по весу и не отличается от боевого. – Мёрд замолчал, обводя взглядом поочерёдно каждого из мальчиков. – Теперь пришла пора занятий с настоящим оружием! Вас отвезут в другую школу. Она находится совсем недалеко отсюда. Вашим учителем будет он. – Ланиста положил руку на плечо незнакомого детям мужчины. – Его зовут Флор. Он страшный человек. Иногда я сам боюсь его! Ну а с Барросом и с этой школой вы расстаётесь навсегда!

Баррос, стоявший совершенно неподвижно с опущенным в землю взглядом, неожиданно улыбнулся и произнёс:

– Хочется верить, что моя учёба пригодится вам, а некоторым спасёт жизнь. Я знаю, что каждый мечтает о свободе. Редко кто её получает, но всё равно нужно надеяться, тренироваться, сражаться и терпеливо ждать своего счастливого случая. И он может наступить. Верьте в это! Прощайте!

Мёрд и Баррос, бросив последний взгляд на ребят, направились в сторону лестницы большого дома.

С детьми остался Флор.

Негромким, но очень твёрдым и жёстким голосом он приказал им идти к воротам, где их уже ждали две запряжённые открытые повозки и четверо охранников-лучников на лошадях.

Глава 11

За прошедшие три дня Гирк успел подружиться с викингом. Вождь племени, пользуясь возможностью, расспрашивал воина о чужих землях, населяющих их народах, обычаях, одежде, оружии. Разговорам и вопросам не было конца. Да и когда ещё можно будет повстречать человека, так много знающего о далёком и неведомом мире.

Уже и лодка лежала в кустах на берегу реки, оружие и запас еды были собраны, а Гирк всё никак не мог решиться отплыть из посёлка, хотя видел, что Вран уже начал проявлять нетерпение.

С утра оба старательно точили лезвия мечей, ожидая, когда Верея и Леся приготовят пищу, и вяло перебрасывались односложными фразами.

Пронзительные женские крики снаружи дома заставили вздрогнуть Гирка и поморщиться обычно невозмутимого Врана.

В страшном испуге и возбуждении в дом вбежала Верея, захлопнула за собой дверь и метнулась в самый дальний угол, где забилась под топчан и отказывалась оттуда вылезать, несмотря на все увещевания вождя, который пытался её успокоить.

– Да что же все-таки случилось? – не выдержал викинг, поднимаясь со своего места и направляясь к ней.

– Там… там… у-у-у! – размахивала руками Верея, не в состоянии произнести членораздельно ни одного слова.

Но тут дверь снова распахнулась и в дом влетела Леся. Бледное лицо и дрожащие руки девочки окончательно встревожили гиганта.

– Успокойся и говори! – Викинг отбросил в сторону меч и присел на корточки, возвышаясь над ней на три головы. Его огромные ладони легли на её хрупкие плечи.

Из сбивчивого рассказа Леси мужчины поняли, что дети бегали и играли на опушке леса. Там они наткнулись на маленького медвежонка, притащили его в посёлок и стали возиться с ним возле дома бочара. Вот тут и нагрянула медведица. Ребятня всей толпой бросилась в дом и захватила с собой медвежонка. Двери, похоже, заперли на задвижку. Хозяина в доме нет. Медведица рычит и рвётся к своему медвежонку, дети плачут и орут.

Мужчины, не сговариваясь, бросились во двор.

– Я отвлеку медведицу, а ты постарайся войти в дом и отобрать у ребят медвежонка! – Великан быстрым шагом приближался к злополучному дому.

– Но ты ведь без оружия, Вран! Возьми мой меч!

– Он мне не нужен, а тебе может пригодиться! – Викинг перешёл на бег. – Ты посмотри, она почти сломала дверь!

Открывшаяся перед ними картина могла обескуражить кого угодно.

Огромная медведица успела вырыть под дверью яму, просунула туда лапу и теперь, рыча, тянула дверь к себе. Одна из досок уже наполовину была отломана, ещё одна трещала, раскалываясь вдоль волокон. Изнутри дома доносились детские крики и громкий плач.

– Э-ге-гей! – что есть мочи заорал Вран, почти вплотную приблизившись к зверю сзади.

Медведица стремительно развернулась в сторону опасности и встала на задние