Князь по крови - Арсений Евгеньевич Втюрин

ярл, это долгая и очень тяжёлая работа для ребёнка! Подумай ещё раз, действительно ли ты хочешь начать его обучение?

— Альрику уже восемь лет, пора делать из него воина. Обращаться с мечом и секирой здесь умеют все, даже женщины и дети. А вот с луком…

Ярл поднялся на ноги, сделал шаг навстречу Беркеру и протянул руку.

— Что ж, скрепим рукопожатием наши слова и обещания. Отныне будем считать, что ты мой наёмник! — крепкая ладонь ярла с силой сжала кисть руки пленника. Теперь уже бывшего пленника.

— Эй! — Он махнул рукой слугам. — Отведите Беркера в баню, вымойте хорошенько, смажьте раны, переоденьте в чистые одежды и приведите в мой дом на пир.

Ярл снова сел в кресло и непроизвольно поискал взглядом внука.

Альрик лежал на брошенной поверх топчана медвежьей шкуре. Нос к носу рядом с ним пристроился Хёгни. Оба спали.

Глава 11

Чья-то рука опустилась на его плечо.

— Что с тобой, Клепп, почему ушёл ото всех? — негромкий и спокойный голос Бейнира отвлек великана от грустных мыслей.

Он кивнул, приглашая викинга сесть рядом.

— Знаешь, мне кажется, я приношу окружающим меня людям только горе и смерть!

— Но ты воин, созданный Одином, чтобы убивать врагов!

— Не о том я говорю, — гигант улыбнулся уголками изъеденных огнём губ. — Не понять тебе меня, Бейнир!

— Так расскажи о себе, чтобы я понял! Ты сам и твоё прошлое — тайна для всех!

— Что ж, слушай. Когда-то давно, когда я был ещё ребёнком, отец отбыл с посольством к королю франков Карлу и взял меня с собой. В море на нас напали да́ны, отец погиб, меня продали в рабство, и через несколько лет я попал в далёкую и жаркую Андалусию. Там моим хозяином стал прекрасный и умнейший человек, да ещё и ближайший сановник эмира, его любимец Абу-Сирхан. Он взял меня в свой дом и даже приставил наставника, которого звали Сахир. Этот человек был личным телохранителем хозяина и великолепным воином. И я стал его учеником. Несколько лет меня усиленно обучали в местных школах разным наукам, а также арабским военным хитростям. Было тяжело, но интересно. А потом хозяин отправил меня на службу к самому эмиру Кордовы Аль-Хакаму, и скоро я стал его телохранителем, а потом и командиром отряда охраны его сына принца Абд ар-Рахмана. Пришлось много путешествовать с наследником эмира по разным странам и часто сражаться. Но возвращался я всегда к своему хозяину.

Клепп перевёл дыхание, устав от долгой речи, провёл рукой по кочкообразной голове и продолжил свой рассказ:

— Абу-Сирхан относился ко мне как к сыну и даже женил на своей воспитаннице Басиме. У нас родилась дочка, которую мы назвали Аини. Всё было хорошо, но в крупных городах эмирата вспыхнули восстания. По воле богов я стал одним из тех военачальников, кто их усмирял. Но случилось так, что по приказу эмира Аль-Хакама моего хозяина Абу-Сирхана убили. Оказалось, что он тайно поддерживал восставшие города. Рядом с ним, защищая своего хозяина, погиб и мой учитель Сахир. Я отомстил за них. Меня схватили и отправили в каменную темницу на далёком острове. Казалось, что жизнь кончилась. Но ещё до своей смерти Абу-Сирхан с помощью друзей нанял корабль, чтобы мы все вместе могли бежать в Биармию. Не успели! Уплыть из Андалусии смогли только Басима и маленькая Аини. Их корабль должен был подобрать меня на берегу острова.

— А как же ты собирался вырваться из темницы? — Бейнир непонимающе смотрел на Клеппа.

— Комендантом крепости был старый друг моего хозяина. Это он готовил мой побег, а также посылал весточки Абу-Сирхану и Басиме. Вот только и тут мы опоздали! Ночью на город напали викинги ярла Эйнара. Они перебили охрану, освободили всех заключённых и позволили им уйти. Я же остался ожидать корабль.

— И что дальше?

— Рано утром нас атаковали многочисленные враги. Ярл был ранен, но мне удалось его спасти и увести на драккар. Викинги спешно ушли в море. Что оставалось делать мне? Я остался с ними. Ярл Эйнар поклялся, что поможет найти моих родичей и ради этого поплывёт куда угодно, даже в Биармию.

— А корабль с твоей женой и дочерью?

— Мы договорились, если меня не будет на острове, они поплывут в Скирингссале и останутся в городе. Ну а коли не дождутся, то отправятся на Вину одни, доберутся до Холма и будут ждать меня там.

— Так ты всё же встретился с женой?

— Нет. Был сильный шторм. Мы не смогли подойти к пирсу Скирингссале и поплыли во фьорд ярла Эйнара. Ну а там, в посёлке, мне пришлось задержаться, пока викинги ремонтировали драккар, один из бортов которого дал течь в походе.

Клепп замолчал, задумчиво глядя вдаль, на сверкающую гладь реки.

— И что, что было потом? — Бейнир в нетерпении привстал на ноги.

— Мы с ярлом снова отправились в Скирингссале. Там узнали, что корабль, на борту которого была женщина с ребёнком, долго стоял у городского пирса, ожидая прибытия каких-то людей, а потом уплыл в далёкую и неведомую Биармию.

— И вы отправились за этим кораблём?

— Ну что ты! Для такого похода в чужую страну мало одного драккара. Мы вернулись обратно в посёлок ярла. И только через много зим на пяти драккарах сумели попасть в Биармию. Здесь я узнал, что судно, на котором плыли моя жена и дочь, попало в шторм и затонуло. Рыбаки обнаружили в море лодку. В ней была мёртвая женщина и маленькая живая девочка, которую отвезли в ближайший посёлок и передали старосте. Он вырастил её вместе со своим сыном. Девочку назвали Аслауг, и я точно знаю, что она моя дочь! Всё, что было потом, тебе уже хорошо известно.

— Да… Войны на Вине унесли много жизней викингов и местных жителей.

— Вот потому я и сказал, что приношу своим родным горе и смерть. Всё началось с моего отца, князя Корлина. Потом я потерял Абу-Сирхана и Сахира. В море погибла моя жена Басима, на реке были убиты ярл Эйнар и Аки. Теперь очень боюсь потерять Антона, Мэву, Лесю, тебя, Флоси, Гирка, а больше всего — свою дочь Аслауг, которую никогда ещё не видел. Вот и выходит, что не так уж много у меня осталось близких.

— Это среди нас, друзей. Но есть у тебя и другие родичи: князь Буривой и сын его князь Гостомысл, да и посадник Кагель тоже! А где-то в Новогороде целый род твой живёт.

— Прав ты, наверное, но