Рыцарь золотого веера - Алан Савадж

— Уилл? — прошептал он. — Уж на этот раз я не надеялся, что ты выкарабкаешься. Но ты… Ты неуязвим.

— В Англии есть пословица, мой господин принц, — мерзавец всех переживёт.

Тонкие губы раздвинулись в подобии улыбки.

— Ты ещё способен шутить. Что они делали с тобой, Уилл? Я лежал без сна ночи напролёт, думая, что они могут сделать с тобой. А они называли тебя трусом.

— Когда-то вы сказали мне, господин принц, что прошлое не обсуждают. Только будущее. Со мной здесь принцесса Дзекоин.

Голова Иеясу чуть повернулась.

— Она пришла, чтобы просить вас сохранить жизнь принцу Хидеёри и его матери. И их людям, мой господин принц.

— А они до сих пор живы?

— Они заперлись в арсенале, мой господин принц, и прислали со мной принцессу, умоляя пощадить их.

— И принцесса Ёдогими тоже?

— Да, мой господин.

— И португальская полукровка?

— Да, мой господин.

Глаза Иеясу не отрывались от его глаз. И больше ни о ком не спрашивает? Знал ли он о Филиппе? Но разве не знал Иеясу всего, что происходило в одном из замков Японии? Разве не сам он хвастался этим?

Но взгляд принца перешёл на Дзекоин.

— Итак, ваша сестра молит меня о пощаде.

— Принцесса Ёдогими хочет положить достойный конец вашей вражде, мой господин принц, — ответила Дзекоин. — Эту войну начали не Тоётоми, сколько бы вы ни утверждали обратное. Эта война — следствие вашего страха перед именем Тоётоми, вашей ненависти к принцессе Ёдогими. Что ж, мой господин, вы сражались и победили. Теперь Тоётоми просят вашего снисхождения. Во имя Хидеёси, вашего друга и господина.

Теперь Иеясу повернул голову полностью. Он пристально взглянул на женщину.

— Токугава не признают никакого господина, кроме микадо, и никогда не признавали. Передайте своей сестре и её сыну — если уж они притязают на величие своего рода, так пусть и судьбу свою встречают с подобающим величием. Скажите им, что, если они захотят, они смогут выйти из арсенала. Всякий, кто пожелает, может выйти и отдаться на суд Токугавы. Те, кто не захочет, могут оставаться там до конца своих дней.

Дзекоин судорожно сглотнула.

— Вы хотите уничтожить сына Хидеёси, мой господин?

— Хидеёри сам нарушил перемирие, — ответил Иеясу. — Пусть он выходит. Токугава поступят с ним по справедливости.

— Так же, как вы поступили с Исидой Мицунари, мой господин?

— Я обошёлся с Полицейским лучше, чем он того заслуживал, принцесса Дзекоин. А теперь идите, или я брошу ваше тело солдатам. Вас не тронут на обратном пути к сестре, это я гарантирую.

Дзекоин помедлила, взглянула на Уилла, потом исполнила коутоу и ушла.

— Я провожу её, мой господин, — сказал Уилл.

— Зачем?

— Мой господин, ваша месть превосходит моё понимание. Если бы вы были воистину справедливы, то не казнили бы всех собравшихся там. Я умоляю вас, мой господин, впервые за эти пятнадцать лет.

— Ты верно служил мне, — промолвил Иеясу. — И я хорошо наградил тебя за это. Не становись же между моей семьёй и её будущим. — Его голос стал тише. — Если хочешь присутствовать при конце Тоётоми, можешь это сделать. Более того, я назначаю тебя своим свидетелем. Но не рассчитывай удовлетворить сейчас свою кровную месть. Норихазе будет не до этого. Что касается полукровки — как ты принёс мне много удач, так она не принесла тебе ничего, кроме несчастья. — Правая рука принца медленно, слабо двинулась, пальцы легли на рукав Уилла. — Принеси мне известие о смерти Ёдогими.

Факелы пылали по всему двору. Теперь, когда башня выгорела, они стали особенно заметны. Башни Асаи больше не существовало, на её месте высилась груда обгоревших брёвен. Вниз, в подземелье, туда, где начался пожар — случайно или по чьему-то умыслу, никто теперь не узнает, — спуститься было невозможно до сих пор из-за жара. Впрочем, внизу никого нет, кроме мертвецов. Людей, которых убил он, подумал Уилл. И двух девушек, которых он не стал убивать. Слава Богу, если у них хватило ума выбраться оттуда. Но зачем? Чтобы солдаты Токугавы распяли их на спинах, лишив их тела одновременно и чести, и голов? Сегодня вечером такого было предостаточно.

Дежурный полк разместился вокруг своих наваленных горой копий. Были здесь и женщины, которых затащили сюда, чтобы пытать и насиловать. А он полагал, что это он тогда страдал. Но теперь всё стихло. Был час быка, и скоро забрезжит рассвет. По европейскому счёту, рассвет четвёртого июня тысяча шестьсот пятнадцатого года.

И здесь же ждали Хидетада с братьями. Прямо на земле расстелили циновки, на которые поставили стулья генералов. Сейчас они сидели лицами к запертым дверям арсенала — оставаясь здесь с вечера. Наверное, они устали, но сидели все так же прямо, ни на секунду не смыкая глаз. Они наблюдали за последним убежищем единственного человека в Японии, который мог бы бросить вызов их превосходству. Они даже не повернули головы на звук шагов. Они были намерены ждать. Но у них было средство закончить это ожидание в мгновение ока, если их отец пожелает этого: одну из пушек притащили во двор, и её ствол так же неотрывно смотрел на дверь.

— Что сказал отец? — спросил сёгун.

— Он не дал никакого ответа, — произнесла Дзекоин негромко. — Кроме того, что они должны выйти.

— В таком случае, передайте им, что мы ждём их, моя госпожа принцесса. А ты, Андзин Миура?

— Мне приказано выступать в качестве свидетеля, мой господин сёгун. — Уилл помедлил. Просить милости у этого человека, когда сам Иеясу отказал ему? Но жить потом самому… — Мой господин, я хорошо понимаю вашу ненависть к Тоётоми. Но не все находящиеся там той же крови, что и Хидеёри.

Голова Хидетады чуть повернулась — жест, очень напоминающий его отца.

— Можешь вывести, кого захочешь, Андзин Миура. Выбор за нами. Что же касается полукровки, то я лично ничего не имею против неё. Мы не сомневаемся, что сейчас ты сделаешь все как надо, ведь ты и сам жестоко пострадал от них. Мы будем ждать здесь. Полчаса. Потом мы взорвём дверь.

Дзекоин уже шла через двор — голова низко опущена, шаги медленны, кимоно развевается в слабом утреннем ветерке. Это был холодный ветерок. Ветер на рассвете всегда холоден. Сколько раз он морозил его лицо на капитанском мостике! Сколько раз ещё это повторится? Но не для Дзекоин.

— Кто там? — спросили из-за двери.

— Принцесса Дзекоин.

— Вы виделись с принцем?

— Я пришла от него.

Дверь распахнулась, и Уилл шагнул следом за принцессой. Несколько мгновений он ничего вокруг не видел —