Верхом на ветре - Лючия Сен-Клер Робсон

— Похоже, у нас гости. — Все посмотрели туда, куда показывал Форд.

Прибыла группа тонкава во главе с вождем. Пласидо стоял, согнувшись и положив ладони на колени, и ловил ртом воздух. Пот стекал ручейками по худощавому телу на словно вырубленное из камня лицо. Он вместе с четырнадцатью воинами пробежал тридцать миль. И с радостью бы пробежал еще столько же, чтобы только получить возможность убивать команчей.

— Как думаешь, где их лошади?

— Там же, где и большая часть наших, — у команчей. — Ной встал, чтобы продолжить осмотр оружия. — Парни, сможете подготовиться к бою через час?

— Будем готовы, когда скажешь, кэп. Жаль только, что кофе попить не успеем.

— Значит, встречаемся возле сливовых зарослей через час. — И Ной обычной шаркающей походкой отправился дальше.

Джон Форд обернулся к Руфу Перри:

— Не надо было тебе так сердиться. Ной и Бен имеют право проверять оружие. Нигде не встречал такого разгильдяйства, как среди тех, кому приходится каждый день полагаться на свои ружья. Я видел людей, которые выследили отряд конокрадов-команчей и атаковали, пытаясь стрелять из ржавых ружей. Даже индейцы лучше ухаживают за своим оружием, чем многие из белых.

— Мое ружье — не ржавое. Когда мы начнем атаковать, я буду готов к бою.

— В тебе я уверен, Руф. Молюсь только, чтобы и все остальные были готовы.

Бен Мак-Каллох ехал со своими людьми, выстроившимися в одну длинную линию, которая примерно в полумиле должна была сойтись с другой такой же вереницей бойцов, двигавшихся навстречу. План состоял в том, чтобы индейцы оказались между ними. Разговоров в строю почти не было. Каждый погрузился в собственные мысли. Все они казались спокойными, грозными и жесткими людьми, но Бен ощущал запах страха, исходивший от их пота. Ему и прежде достаточно часто приходилось чуять этот запах.

В лицо дул горячий ветер, словно кто-то забыл закрыть доменную печь. В волнах жара предметы на просторах прерии словно плясали под неслышную музыку. Цепочка всадников в отдалении казалась качающейся волной. Рубашка Боба промокла насквозь, пот щекотал шею и бока, стекал по коленям. Во рту пересохло, а губы слипались, стоило их сомкнуть.

Облако пыли на юге Великой Прерии все росло. Мак-Каллох внимательно всматривался в него. Пласидо и его разведчики-тонкава были согласны, что в отряде команчей не меньше пяти сотен воинов. А с ними и их семьи, и это было скверно. Единственное, что могло заставить команча дать настоящий бой, — необходимость защищать женщин и детей. Иначе воевать с ними — что слепому гоняться за птицами. Они просто рассыпались по равнине и исчезали.

В облаке пыли показались темные силуэты. Бен пригляделся и покачал головой, решив на мгновение, что он уснул и видит сон. Или галлюцинацию. Рядом с ним тихо рассмеялся Билл Уоллес.

— Вот это да! Только поглядите на эту грозу Техаса!

Бизонья Моча ехал во главе воинов, стоя на раскачивающейся спине своего коня и выкрикивая угрозы. В его косы был вплетен конский волос, тянущийся за ним на пять футов. Он потрясал копьем, которое держал в одной руке, а в другой у него был изящный черный зонтик, украшенный кружевом. Хоть он и презирал одежду белых, но пройти мимо такой защиты от солнца все же не смог. Но надо сказать, что другие были наряжены еще интереснее.

— Только поглядите на этот чертов цирк — тут тебе и клоуны, и акробаты, и кони!

— Да уж, такого балагана я в жизни не видел. Только взгляни на того, в женских панталонах!

— А мне нравится вон тот, в цилиндре, подвязанном лентами! И тот, во фраке задом наперед!

Приходилось кричать, чтобы быть услышанным сквозь стук барабанов и боевые кличи.

— Почему бы им не атаковать нас, вместо того чтобы устраивать такой балаган?

— Они всегда так делают! — крикнул Смитвик. — Они должны сначала вызвать нас на поединок. Это более мужественно.

Ной прищурился, чтобы лучше видеть в облаке пыли, которое теперь накрыло и их.

— Они отвлекают нас, чтобы прошла основная колонна! — заорал Мак-Каллох. — Прорвите внешний круг воинов и атакуйте табун. Гоните их к болоту на северо-востоке. Обратите животных в бегство, и весь отряд рассыплется!

— Но, Боже правый, только поглядите, как они ездят верхом! — восхитился Джон Форд. — Вон тот только что прополз под животом своего коня и вылез с другой стороны. А ведь лошадь несется во весь опор!

— Так умеют ездить только команчи! — крикнул в ответ Мак-Каллох и добавил уже намного более тихо: — Они чувствуют себя на конях так же привольно, как орлы на ветру.

Поток погонял мулов, когда техасцы с безумными криками устремились в атаку. Он услышал вопли, выстрелы и стук копыт. Всадники прорвали кольцо воинов и устремились прямиком к женщинам, детям и вьючным животным. Он начал задыхаться от сгустившейся пыли, пытаясь удержать животных в своей части табуна. Брыкаясь и истошно крича, теряя и рассыпая поклажу, мулы принялись метаться в поисках выхода, выпучив глаза от ужаса и обнажив зубы. Молодые погонщики пытались кричать и размахивать руками, чтобы не дать им разбежаться, но сначала вырвались одни, потом за ними последовали другие. В облаке пыли показалась фигура, которую Поток на миг принял за разгневанную Птицу Грома, хлопающую гигантскими крыльями. Это был Билл Уоллес, возвышавшийся над всеми остальными и размахивавший бизоньей шкурой, чтобы напугать животных. Его лицо было искажено от крика, а лисья шапка с торчащими ушами и развевающимся хвостом придавала ему вид получеловека-полузверя, к тому же обезумевшего.

Конь Потока ошалел и понесся с остальным табуном. Мальчик втянул ноги на его спину, чтобы не быть раздавленным мулами, на бегу терявшими поклажу и врезавшимися в бока друг друга. Мечущиеся животные разбрасывали награбленное во все стороны. Поток между ними был так тесно зажат, что даже земли было не видно. Оставалось только вцепиться в гриву коня и надеяться, что под ногами не окажется ям или трещин. Он понятия не имел об окружающей местности, пока далеко впереди не начали падать первые мулы. Они оказались загнаны в ту самую трясину, о которой говорил Бен Мак-Каллох.

Животные падали, молотя копытами и крича, а напиравшие сзади налетали на них сверху или пытались вскарабкаться по их спинам. Визжали под копытами женщины и дети, чьи лошади тоже были втянуты в общую свалку. Остановиться Поток никак не мог, поэтому приготовился прыгать. Он отчетливо видел сотни упавших животных, пытавшихся подняться, бьющих копытами и встающих на дыбы, возвышаясь над колышущимся морем спин. Их головы покачивались из стороны