Иван Фирсов - Спиридов был — Нептун

— Славу и честь нашему флоту принес своей жизнью покойный наш благодетель.

Без обиняков, видимо забываясь, не раз высказывался на поминках Хметевский:

— А все добывал своим потом и кровью. Не в пример другим, николь не пятился, ни перед кем не юлил. В бою ядрам не кланялся, а с морем на «ты» общался.

Но оказалось, о Спиридове были наслышаны не только моряки.

— Покойного адмирала не раз нахваливал мне Державин, — заговорил неожиданно в тишине владимирский наместник. — Помнится, Гаврила Романович уподабливал его Нептуну.

Оказалось, Лазарев учился с поэтом в одном классе в гимназии и до сих пор поддерживал с ним дружбу.

— Сие пиит верно подметил, — встрепенулся от забытья Хметевский, — наш незабвенный Григорий Андреевич воистину перед взором моим до сих пор предстоит владыкой моря...

Эпилог

СВЯЗЬ ВРЕМЕН

Река времен в своем стремленьиУносит все дела людейИ топит в пропасти забвеньяНароды, царства и царей.

Прощальные державинские строки пронзительно печальны и безысходны и, конечно, навеяны грустью последних дней бытия.

Видимо, в эти удручающие память мгновения поэт просто забыл, что временной поток неиссякаем и вечен, дела уходящие тут же сменяются новью.

Запамятовал он свои же проникновенные строки о том, кто в начале пути являл ему пример: «Слава Россов, неподражаемый, бессмертный Ломоносов».

И сам Державин всего год назад в Царском Селе прилюдно назвал своего преемника, о чем трепетно вспоминал Пушкин:

В слезах обнял меня дрожащею рукоюИ счастье мне предрек, незнаемое мною.

Это ли не живая связь времен!

Не оставался Державин равнодушным и к деяниям Российского флота, проникновенно напутствовал его:

Ступай — и стань средь океана,И брось твоих гортаней гром:Европа злобой обуянна,И гидр лилейных бледный сонмОт грез твоих да потрясется.

И не только слагал вирши. Направил по морской стезе детей-сирот своего бывшего друга Петра Лазарева, безвременно скончавшегося.

Придет срок, и флот обретет трех адмиралов Лазаревых, кругосветных мореплавателей...

Бесконечное время «в своем стремленьи» расставляет на русле истории генеральные и поворотные вехи вдоль фарватера по курсу движения человечества.

Как бы ни силилось неумолимое время, дела людей не исчезают в небытии, а их вполне реальные поступки и действия связывают воедино прошлое и настоящее и озаряют будущее.

У каждого народа неповторимость судьбы, свои истоки, стремнины и тихие заводи, мели и рифы, своя отчизна.

Пожалуй, по душевному складу людей все же наше отечество стоит особняком, как образно заметил поэт:

Там русский дух, там Русью пахнет...

Именно на этой основе замешаны великие свершения его народа, в том числе и ратные.

Петр Румянцев стал основоположником наступательной тактики и стратегии войск, побеждающих не числом, а уменьем. Почин Румянцева воспринял, развил и приумножил Александр Суворов.

Григорий Спиридов, несмотря на превосходство в силах противника, вопреки принятой в Европе линейной тактике, впервые атаковал неординарно, главный удар направил на флагмана турок, уничтожил его и обратил в бегство неприятеля при Чесме. Четыре кампании русские эскадры под флагом Свиридова на деле господствовали в Восточном Средиземноморье — от Греческого архипелага до берегов Анатолии.

Под Кольбергом и в войне с турками действия Румянцева и Спиридова явили пример боевого содружества армии и флота. Суворов и Ушаков стали достойными продолжателями этой доброй традиции.

По следам Спиридова, Федор Ушаков, вслед ему Дмитрий Сенявин подтвердили мощь русского флота в сражениях с неприятелями на Средиземном море, а на Черном море Россия заняла доминирующее положение.

Честь героя Чесмы не уронили и его прямые потомки.

Спустя десять лет на Ревельском рейде появились иноземцы, английская эскадра вице-адмирала Нельсона. Контр-адмирал Алексей Спиридов был в готовности дать отпор, но непрошеные гости замельтешили, извинились и ретировались.

Внук адмирала — майор Пензенского полка Дмитрий Матвеевич Спиридов — уверовал в «звезду пленительного счастья». Если бы он знал, что с грустью произнес Александр Пушкин за два года до событий на Сенатской площади:

Паситесь, мирные народы!Вас не разбудит чести клич.К чему стадам дары свободы?Их должно резать или стричь.

Быть может, пушкинские строки навеяли бы Дмитрию Спиридову иное решение. А так, загремел кандалами по Владимирке на вечную каторгу потомок чесменского героя. Но он и его товарищи все же были первыми, кто осознанно поднял руку на тиранию, и их пример так или иначе растормошил дремоту России и живет в памяти народной.

Прошло время, и владельцы Российского трона, пренебрегая морской силой, флотом, дважды ставили Отечество на колени перед неприятелем в Крыму и Порт-Артуре.

Рухнули династические устои, и воспрянула российская морская мощь. Всюду в Великой Отечественной, где на рубежах стоял флот, враг не проходил.

Затем десятилетиями неуютно чувствовали себя в Мировом океане наши соперники, озираясь на океанский флот России. Увы, все это в прошлом...

Что же дальше? Куда плывет Россия? Покуда все не ясно. Горизонт сплошь в тумане. «Мы с печалью наблюдаем умирающий флот России», — заключил не так давно министр обороны Родионов... А между тем мировые державы устанавливают свои порядки в Мировом океане, диктуют и навязывают свою волю, пытаются поставить на колени некогда Великую страну, предать забвению былую славу нашей державы, зачастую коверкая историю.

И все же, возвращаясь в прошлое, не будем забывать — Герой Наварина, командующий Черноморским флотом, адмирал Михаил Лазарев четко высказался:

— Следует назвать имя Спиридова, вместо Грейга, как действительно командующего флотом в Чесменском сражении.

Вспомним «истинную радость» флагманов русского флота, назвавших Спиридова «прославителем Русского флота». Именно он первым провозгласил вещие слова: «Честь Всероссийскому флоту!»

Нам остается только верить и ждать, что славный завет Григория Спиридова еще не раз прозвучит над водами Мирового океана.

Хронологическая таблица

1713 г. Родился Григорий Андреевич Спиридов.

1723 — 1728 г. Находился ежегодно в кампаниях на кораблях Кронштадтской эскадры.

1728 г. 12 февраля. Произведен в гардемарины и командирован в Астрахань.

1728 — 1732 г. Командуя различными судами, плавал на Каспийском море от Астрахани до персидских берегов.

1732 г. Переведен из Астрахани в Кронштадт. 5 декабря произведен в мичманы.

1733 — 1737 г. Ежегодно находился в кампаниях в Балтийском море.

1737 г. Назначен в адъютанты ранга капитанского к вице-адмиралу Бредалю.

1737 — 1740 г. Ежегодно находился в кампаниях на Азовском море.

1741 г. Командирован из Азовской флотилии в Архангельский порт. 3 декабря произведен в лейтенанты с оставлением при том же вице-адмирале.

1742 — 1743 г. На новопостроенных кораблях сделал переход из Архангельска в Кронштадт.

1744 г. Участвовал в кампании в Балтийском море.

1745 г. На корабле «Св. Великомученица Варвара» плавал по р. Неве до Невского монастыря.

1746 г. На кораблях «Императрица Анна» и «Св. Великомученица Варвара» плавал с флотом от Кронштадта; на первом — до Биорко-Зунда, на втором — до Балтийского порта.

1747 г. На фрегате «Россия» совершил плавание в Киль с принцем Августом Голштинским.

1748 г. На корабле «Св. Великомученица Варвара» плавал в Балтийском море.

1749 г. Назначен присутствовать в Московской адмиралтейской конторе. 28 декабря сменен с должности и переведен в С.-Петербург.

1750 г. Командовал придворными яхтами.

1751 г. Командуя бомбардирским кораблем «Самсон», плавал с флотом в Балтийском море. 5 сентября произведен в капитан-лейтенанты.

1752 г. Совершил переход из Архангельска в Кронштадт на новопостроенном корабле.

1754 г. 15 марта произведен в капитаны 3-го ранга. Командирован в Казань для привода лесов к петербургскому Адмиралтейству.

1755 г. По возвращении из Казани в С.-Петербург назначен в члены комиссии для рассмотрения регламента.

1756 г. Состоя членом означенной комиссии, определен в должность ротного командира при Морском корпусе.

1757 г. 12 января произведен в капитаны 2-го ранга. Командуя кораблем «Астрахань», плавал в Данциг и в Швецию.

1758 г. 7 января произведен в капитаны 1-го ранга. Командуя флагманским кораблем «Св. Николай», плавал с флотом к Стрельзунду и к Копенгагену.

1759 г. Командуя тем же кораблем, плавал из Кронштадта к Данцигу.

1760 г. Командуя флагманским кораблем «Св. Дмитрий Ростовский», находился с флотом под Кольбергом.

1761 г. Командуя кораблем «Св. Андрей Первозванный», находился с флотом под Кольбергом, был начальником десантного отряда и особенно отличился при взятии прусской (вуншевой) батареи.