Пётр Кантропов - Синяя трава

– Так ледоход же! Придётся ждать.

– И что с того? Подождём.

– Так пока ждать будем, и второе стадо можем упустить.

– Коля, ты совсем спятил? Неужели бизоны станут форсировать реку в таких условиях? Это верная смерть.

– Точно! Нужно просто приготовиться. Думаю, пара дней у нас есть.

Через часок автомеханик пришел во вменяемое состояние и попытался найти хоть какой-то выход из создавшейся ситуации. Что-то поймать было очень желательно, дабы оправдаться в глахах дамской общественности, которой изготовление верёвки для загонов успело слегка надоесть. Ссылка на форс-мажор прозвучала бы убедительно далеко не для всех. Вскоре небольшое стихийное собрание нашло таки перспективный вариант дальнейших действий.

– Нужно немедленно отправить два отряда с рациями на запад, – предложил кореец ХёнЛи. – Возможно, что стадо, которое осенью ушло куда-то к горам, станет возвращаться по своим следам.

– Нет свободных раций.

– На нижних заимках есть. И там без них пока обойдутся, – кореец плохо проговаривал звуки и знал пока не слишком много слов, но понять его уже было можно.

– Лучшего варианта я не вижу, – согласился Хоменко. – Тускул, как считаешь, могут животные пойти старой дорогой?

– Олени бы не пошли. Думаю, и эти быки не дурнее. Но здесь горы ограничиваю манёвр, так что шанс есть на то, что коровы появятся либо двигаясь по какому-то проходу в горах, либо могут подойти с севера вдоль подножия. Но могут пройти сразу на юг, если зимовали с той стороны хребта.

– Так нам принять план Хёна?

– Думаю, да. Чем мы рискуем-то, кроме потери нескольких дней?

Тянуть с выходом разведчики не стали, и прихватив палатки, выдвинулись к заимкам сразу после обеда. Костяк первой группы составили якуты, прихватившие с собой Семёна, как наилучшего геолога в посёлке, а вторая группа пока состояла лишь из двух нивхов, Владимира и его старшего сына Андрея, которые собирались взять третьим Франка, сейчас ожидающего их как раз на дальней стоянке.

Ещё десять человек вышло с утра следующего дня, чтобы обеспечить приём основной массы охотников, как только река позволит сплав. Оставшиеся же деятельно готовились к путешествию, проверяя готовность флота и стаскивая груз к берегу.

Николай Хоменко и Геннадий Водопьянов торчали в темноте на берегу реки и морщились, вслушиваясь в пьяные крики Буданова, Володарского, Алтуфьева и Путтера, которые носились по берегу с огнемётами, поджигая коряги, которые сами же и бросали в воду. Травма Алтуфьева все еще давала о себе знать, но алкоголь настолько притупил чувство боли, что ученый бегал почти как здоровый. Повод для праздника был – физик с оружейником сделали зажигалку, представляющую из себя поршень, который поджигал тряпочку за счёт повышения температуры воздуха при сжатии. Тряпочку предварительно требовалось смочить керосином, что для огнемёта представлялось вполне приемлемым требованием.

– Если полезут к бакам за новой порцией горючки – набью морду, – вкратце изложил предполагаемый план действий Геннадий. – И даже, если попытаются близко подойти со своими игрушками. Вот зачем нам эти огнемёты?

– Могут и огнемёты пригодиться. Например, для загона стада, но только ручные.

Зачем нужны большие я тоже пока придумать не могу. А вот зажигалка – вещь нужная. Интересно, скоро эти придурки угомонятся и спать пойдут?

– Часа два ещё, полагаю. Сейчас ещё выпьют и начнут стрелять из двадцатилитровых агрегатов.

– Действительно, долго нам ещё караулить эту компанию. Но бытовых зажигалок нужно будет сделать много. И не на керосине, а на спирте.

– Лучше на каком-нибудь пухе, – поправил бизнесмена Геннадий. – Проще таскать с собой.

– Ты прав. Нужно будет провести дополнительные исследования… И заготовить трут в течение лета.

Надо заметить, Семён чувствовал себя в компании бывших оленеводов не слишком уютно, так как опасался, что не сможет выдержать их темп движения. И опасения геолога – любителя подтвердилсь в полной мере, пока компания двигалась вниз по реке к заимке, на которой охотники заночевали. Теперь же хлопец немного успокоился, так как ему предстояло двигаться прямо на запад, ориентируясь на макушку одной из видневшихся вдали гор, в то время как Тускул и Айаал разошлись в стороны и должны были двигаться зигзагом, каждые два часа сходясь вновь возле Семёна. Таким образом, якутам приходилось преодалевать гораздо большее расстояние, чем Семёну, но зато расширялась разведываемая территория и вся группа уставала примерно одинаково. Идти было трудно, так как почти везде лежал мокрый снег, а гулять по лужам совсем не хотелось. В то же время на возвышениях снег не только сошел, но и проклюнулась свежая трава, которую, впрочем, было почти не видно под слоем прошлогодней.

Дважды в день охотники связывались с базой по радио, сообщая о важнейших событиях, главными из которых было то, что все живы, здоровы и двигаются в нужном направлении. На привале обувь приходилось менять на сменную, а мокрую тут сушить. Спасало это ненадолго, так как нижняя – верёвочная часть подошвы быстро превращалась в кусок льда из-за налипшего снега. Хорошо, что хотя бы снегоступы были уже не нужны.

Вскоре после обеда второго дня пути от заимки Семён обратил внимание, что вокруг стало слишком много волков, а до того их вообще не встречалось. Особо наглая группа из семи животных неторопливо пересекла путь мужчины буквально в пятидесяти метрах впереди и деловито продолжила путь на юг. Путник стал чаще озираться, взял в руки лук и приготовил стрелы.

– Их тут уже с полсотни, – пробормотал эксперт по геологии. – Если эти твари собьются в одну стаю, то могут порвать. А через полтора часа подошел Айаал, сообщивший что стадо появилось чуть южнее.

– Дальше со мной пойдёшь? – поинтересовался Семён.

– Нет. Вот на этом бугорке Тускула дождёмся.

– Но он же не знает, что мы уже нашли стадо…

– Ничего страшного. Сообразит. Не маленький.

– Я опасаюсь, всё-таки. Уж слишком много волков вокруг.

– Здесь им не до нас. Все надеются поживиться тёлочками и опасаются друг друга – границы охотничьих территорий-то нарушены.

– Да не видно чтобы дрались.

– Это им просто не до того. Все на охоте. До какого-то момента даже сотрудничать будут. А вот когда будет что делить, тогда и начнётся, – выдал политический расклад опытный оленевод. За разговором якут набрал веток по кустам, травы и разжег костёр, который и дал хороший дым.

– Вон оно что… А я-то думал, что Тускул будет искать следы, а не найдя их – вернётся, – обиженным тоном произнёс Семён.