Александр Редько - 7000 километров по Африке

В ответ они разворачивают мощное подпольное движение, создав КСА (Центральная ассоциация кикуйю) и КАУ (Союз африканцев Кении). Потребовались долгие годы напряженной борьбы, прежде чем в 1963 году Кения получила независимость. Ее первым президентом стал лидер КАУ — Джомо Кениата.

Вдоль дороги, ведущей от границы в сторону города Найроби, тянутся обширные поля, лишь кое-где засаженные сельскохозяйственными культурами. Ведь три четверти территории страны — это засушливые районы, и лишь на оставшейся части крестьяне выращивают кукурузу, сорго, маниоку, ямс, батат, чай, кофе, хлопчатник, сизаль, сахарный тростник, пшеницу, пиретрум, рис.

В домашнем хозяйстве население разводит коз, овец, свиней и верблюдов.

Само население на 95 % состоит из представителей негроидной расы, представленной более чем сорока различными народностями. Каждая из них имеет свою собственную культуру и язык, но взаимное общение облегчается тем, что 65 % населения знает банту. Официальными же языками являются английский и суахили.

Остановившись на ланч в небольшом поселке, мы с интересом рассматривали местных жителей. Женщины все коротко стрижены и обильно украшены всяческими бусами, серьгами и подвесками, сплетенными из проволоки с разноцветным бисером. Мужчины носят довольно длинные волосы, украшая их вплетенными нитями бисера и металлическими заколками. Они татуируют лицо, грудь и спину, а иногда делают на них ритуальные насечки. Кстати, большинство коренного населения до сих пор проводят обряд обрезания у мужчин и иссечения клитора у женщин. И это при том, что более 70 % населения считают себя христианами.

Основные средства страна получает от международного туризма. Ведь более 15 % ее территории — это национальные парки и заповедники. Туристов тут великое множество, как ни в одной другой стране Африки, кроме Египта. В Кении построены довольно крупные международные аэропорты и множество комфортабельных отелей. Столпотворение туристов, конечно же, имеет свои негативные последствия для экологии и живого мира и может когда-нибудь плохо закончится для страны. Но пока что те, кто предпочитают комфорт, на сафари едут именно сюда. Наш же брат, авантюрист и искатель приключений, находит для этого более дикие и незагаженные человечеством места.

Когда лучше ездить в Кению на сафари? Хотя там и экваториальная зона, но особой жары нет: средняя температура самого теплого месяца (март) составляет +21,6 градуса, а самого холодного (август) +17,3. Конечно, климат тропических прибрежных районов и высот более 3 000 метров различный, но на сафари лучше всего ехать в наши летние и зимние месяцы. А по соотношению цена-качество, пальму первенства держат май и июнь.

Тряска по довольно плохой дороге заканчивается только в пригородах Найроби — столицы Кении. Этот город, заложенный англичанами в 1899 году, лежит на высоте 1700 м над уровнем моря. Его название по-масайски переводится как «холодная вода». Никто не объяснил нам, с чем связано такое название, но вот холодный пот нас всех не раз прошибал на его улицах. Мало того, что в нем левостороннее движение, но там не существует и официальных его правил. Нет ни светофоров, ни знаков, ни дорожной разметки. Машины на перекрестках разъезжаются по договоренности между водителями! Могли бы вы представить что-либо подобное в Москве? А тут — никаких проблем; главное — не волноваться…

Презент от организаторов путешествия — наше размещение в отеле «Шератон». Телефон, телевизор, бассейн, шикарный шведский стол в ресторане — все это, после месяца в палатке на природе, выглядело даже каким-то чужим и непривычным. Лукавить не буду, целые сутки жили с ощущением полного блаженства, но потом снова захотелось на волю. Ведь блага цивилизации — ракушки, которые прирастают к нам, делая человека рабом материального мира. А ведь люди рождены быть свободными…

Разместившись в отеле, мы пошли прощаться с Брендоном и Ванессой. Они — «наши люди», хоть и иностранцы. Мы подарили им из своего имущества все, что может пригодиться на тяжелых, но увлекательных маршрутах африканских сафари: лекарства, свечки, спички, сухие продукты и многое другое. Мы знали, что больше никогда не встретим этих людей в нынешней жизни, но также знали и другое: их имена никогда не сотрутся в нашей памяти, как не сотрется и образ Африки, этого удивительного творения Создателя.

Распрощавшись с проводниками, мы поехали в центр столицы. Найроби — современный город из стекла, бетона и стали. Множество высоток, из которых особенно впечатляют тридцатиэтажный цилиндр конференц-зала имени Д. Кениаты и небоскреб отеля «Хиллтон». Многочисленные зазывалы приглашают в шикарные магазины и рестораны. В центре города расположился большой рынок относительно недорогих сувенирных товаров на все вкусы.

Но на улицах столицы много нищих и всяких подозрительных типов. Мы ходили в сопровождении нашего таксиста, который и отбивался от всей этой братии, ведущей себя довольно агрессивно.

Юрик очень хотел попасть в «Ле Карнивор» — огромный ресторан-гриль, где можно поесть блюда из мяса антилоп, зебры, крокодила, жирафа, буйвола и других африканских животных. Но мы с Пашей были против: это не соответствовало нашим убеждениям, особенно после увиденного на сафари.

В течение месяца мы путешествовали по африканской глубинке, намотав на спидометре 7 000 км, и в итоге убедились в том, что есть две Африки. Одна из них — та, которую видят солидные журналисты и богатые туристы, вальяжно путешествующие по отработанным маршрутам. Они видят континент таким, каким его им показывают местные туристические фирмы, зарабатывая на псевдоэкзотике и за глаза посмеиваясь над восторженными ахами и охами белых. Даже российский вице-консул в Найроби, сокурсник Паши по МГИМО, так и не поверил нашим рассказам о тесном общении с миром живой природы. Он видел антилоп с воздушного шара да слонов с балкона дорогого кемпинга и очень гордился такими своими «сафари». И этот человек «прожил» в Африке почти 10 лет!

А мы сумели увидеть совсем другую Африку. Она мало в чем изменилась за последние 100 лет, если сравнивать с тем, что видел в ней Д. Ливингстон и другие первопроходцы. Несмотря на «героические» усилия человечества, тут еще сохранилось немало мест, которые выглядят так, будто только что вышли из рук Создателя. Но увидеть их можно, только полностью погрузившись в этот мир, признав себя его частичкой и отказавшись от идей чванливого превосходства человека над остальными обитателями планеты.

Хорошо это или плохо, что есть еще на Земле места, остающиеся практически первозданными? Нужен ли тут телевизор, несущий пропаганду корысти и насилия? Нужна ли промышленность, губительно действующая на природу? Нужны ли законы рыночной экономики, разрушающие души людей?