Дорога к Алтаю - Алексей Крайнов

К середине июня, сдав школьные экзамены, трое моих лучших учеников были готовы к поездке, и я вместе с ними!

По моим ощущениям, для ребят это небольшое путешествие было не меньшим, чем для меня когда-то перелёт в Нью-Йорк! Ни один из них – да что там, практически никто из учеников улус-чергинской школы не был дальше Горно-Алтайска, да и там-то бывали не все. И мне выпал почётный шанс показать им другой мир!

Следуя изначальному плану, путь от Улус-Черги до Новосибирска возглавляемая мною спецгруппа преодолела на перекладных. До Горно-Алтайска добирались на привычном рейсовом уазике-буханке. Оттуда до Бийска – на такси: поместились в «Волгу», я на переднем сиденье, ребята втроём на заднем диване. Затем – поезд до Новосибирска, на нём предстояло ехать с вечера до раннего утра.

Разместились мы в одном купе, выходили с парнями по первому требованию Настасьи. Впрочем, этим правом она не злоупотребляла.

Загрузив сумки под нижние полки, мы прогулялись по вагонам поезда, а потом весь вечер пили чай из гранёных стаканов в ажурных подстаканниках и вглядывались в окно. Ребят, особенно парней, притягивали проносившиеся со стуком встречные составы, на станциях – зелёные вагоны со светящимися окошками. Я смотрел на происходящее их глазами: «В этих поездах столько народу! Все куда-то едут или откуда-то возвращаются!» После маленькой деревни и неизменно привычных лиц картина внезапно открывшегося внешнего мира должна выглядеть поразительно!

Ранним утром, в шесть с минутами, мы были в городе. Нашли вблизи вокзала круглосуточную кафешку, заняли столик и перекусили. Ничего особенного: хот-дог и чай, привокзальная классика. Добрались пешком до станции метрополитена «Площадь Гарина-Михайловского» и по Дзержинской линии доехали до центра.

Народу в подземке в этот час было немного; пришлось объяснить ребятам, что в час пик народу будет побольше. Забавно, что в вагоне электропоезда ко мне вернулось индустриальное чувство горожанина, которое, как мне казалось, я стал подзабывать!

Программу я начал с центральной площади.

Вполне в советских традициях в Новосибирске она носила имя революционного вождя. Памятник Ленину бронзовел тут же, напротив оперного театра, – мощная фигура возвышалась на вытянутом гранитном постаменте. На нём же, дополняя образ героя ушедших дней, стояли две группы фигур: с одной стороны рабочий, солдат и крестьянин, с другой – юноша с факелом и девушка с колосом.

– Что означают эти люди? – спросила Настасья.

– Похоже на прошлое и настоящее, – ответил я, пытаясь на лету перевести советскую архитектурную мысль на современный лад.

– Это про город и деревню, получается? – вежливо поинтересовался Денис.

– Каждый трактует произведения искусства по-своему, – ответил я. – Кстати, ты молодец, твоё прочтение поактуальнее будет!

Рабочие и крестьяне из прошлой жизни – это, конечно, прекрасно, но вёз я ребят в город не за ними. В моём мире приобщение к городской культуре не обходилось без таких центров притяжения, как кинотеатры, улицы, кафе. Начать же стоит с хорошего университета, если мы думаем о студенческом будущем!

С площади мы вышли на Красный проспект, прогулялись вдоль гигантских домов сталинской эпохи, поглядели на растущий автомобильный трафик, набирающие силу толпы людей, и вскоре на городском автобусе выдвинулись к Инче – она с Яной и подругой-студенткой снимала квартиру неподалёку от центра. Встретившись во дворе под аркой, мы всей компанией отправились смотреть аграрный университет, НГАУ, – вуз, где Инча окончила первый курс, а её сестра – четвёртый.

В своей юной жизни ребята видели только бревенчатую школу с несколькими партами в крохотных классах. На контрасте, широкие университетские коридоры и просторные светлые аудитории должны были показаться им чем-то вроде космического College of Lake County после ветшающего УГТУ для меня в США, прикидывал я.

– Вот оно, твоё будущее, Вася! Но только если будешь хорошо себя вести, ха! – подколол друга Денис, когда мы под Инчиным прикрытием прогуливались по холлам главного корпуса и заглядывали в аудитории.

– Ну, не знаю… А можно все варианты посмотреть, Алексей Вячеславович? – с ироничным сомнением протянул Бушуев.

– Я не в этот университет мечтаю поступить, если честно, но всё равно симпатично! – отметила позитивно настроенная Настасья.

– Как говорится, будете хорошо учиться, тоже поступите! – поддержала ребят Инча. – Я ведь тоже переживала, но ничего – видите? Сейчас здесь! Только на подготовительные занятия походить стоит. Просто так, наскоком из деревни, попасть сложно.

Инча с энтузиазмом рассказывала о своей альма-матер, её увлечение предметом для ребят было в тему!

– В аграрном, если обо мне говорить, связь с землёй, по идее, должна сильнее стать – с технологической и научной перспективой! – продолжала она. – Не всё же картошку сажать, можно и кое-что покруче придумывать. Природоохранных зон тех же на Алтае – больше десятка! Пахотные земли в соседнем Алтайском крае вообще полстраны кормят. И всё требует своего подхода и понимания.

После часовой самодеятельной экскурсии по НГАУ Инча умчалась по делам, а мы переключились на развлекательную часть программы – идём в кино смотреть фильм «Троя» с Брэдом Питтом!

Просторный зал с большим экраном, мягкие кресла… Три часа экшена и античных сражений!

– Ну что думаете, ребята? – интересуюсь я при выходе из зала. – Какие впечатления?

– Эпично! – кратко, но ёмко ответил Василий за всю команду.

– А за кого ты болел, за Ахиллеса или за Гектора?

– Э-э-э… Как бы сказать… Ахиллес герой и победитель, а Гектор размазнёй оказался, хоть и ерепенился. Так что я в мейнстриме, за Ахиллеса, оригинальничать не буду!

Я же ловил себя на мысли, что если несколько лет назад нахальный молодой Брэд Питт в роли сына Пелея явно был бы моим фаворитом, то сейчас, на удивление, Эрик Бана в роли Гектора, сражавшегося за честь семьи и за своих близких, вызывал у меня больше симпатии.

Время меняет многое. Наши взгляды на самих себя и на то, кем мы хотели бы быть, – не исключение.

После долгого фильма все проголодались. Два часа дня! Пора приобщить сельских подростков к важному городскому культурному коду – кафе. Вскоре на одной из исторических улиц в центре мы встретили симпатичную уютную пиццерию.

Пиццу, конечно, в Улус-Черге не пекут и не едят. По крайней мере, я никогда такого там не видел. Стоит показать ребятам филиал Италии и отведать всем вместе этой особенной еды!

Заказываем пиццу, соки, и вот на большой тарелке, с помпой нам приносят заказ: «Пеперони с моцареллой на тонком тесте»!

– А супа тут нет? – откусывая от горячего треугольника, спросила Настасья.

– Да, нормально было бы тарелочку горячих щей сейчас, – поддержал девушку Денис. – Как-то в деревне у нас еда поздоровее будет!

В меню нашёлся какой-то