Борис Соколов - Гертруда Белл. Королева пустыни

Ознакомительный фрагмент

Еще до революции, в 1905–1907 годах, арабы неоднократно поднимали локальные антитурецкие восстания. Йеменцы, друзы и сирийские арабы неоднократно восставали. В 1905 году сирийский эмигрант Наджиб Азури опубликовал в Париже манифест «Лиги арабского отечества», где утверждалось: «Арабы осознали свою национальную, историческую и этнографическую однородность и хотят отделиться от гнилого османского древа с целью образовать независимое государство». По сути «Лига» требовала независимости для всех арабских территорий Османской империи. Ее руководители выступали с позиций панарабизма, настаивая на образовании независимого государства на базе арабских провинций Османской империи в рамках Арабской Азии, опираясь на помощь «гуманных просвещенных наций Запада». Существовали и более радикальные эмигрантские арабские организации. Так, арабские студенты во Франции образовали тайное общество «Молодая Аравия», которое выступало против «угрозы оккупации, от какой бы державы она ни исходила», и рассчитывало достичь независимости арабов вооруженным путем, но без непосредственной помощи западных держав. Как грибы, возникали и другие арабские организации – «Партия децентрализации», «Лига реформ», организации арабов-офицеров турецкой армии и др. Их деятельность стимулировал Первый арабский конгресс, состоявшийся в июле 1913 года в Париже.

В конце 1909 года Абд аль-Керим Халиль из арабских офицеров турецкой армии, создал тайное антитурецкое политическое общество «Кахтания», названное в честь легендарного предка арабов Кахтана. Однако его деятельность вскоре была парализована проникшими в него турецкими агентами.

В конце 1913 года майором Азизом Али аль-Мысри в Стамбуле по типу «Кахтании» было создано тайное общество «Аль-Ахд» («Завет»), членами которого были только арабы, в основном офицеры турецкой армии – выходцы из Месопотамии. Вскоре организация насчитывала более 4 тысяч членов и имела отделения в Багдаде, Мосуле и Дамаске. Через год аль-Мысри был арестован и выслан в Египет, но на турецких землях стали возникать новые тайные арабские общества для вооруженной борьбы против турок.

Для подавления восстаний направлялись подразделения турецкой армии, а также курдские иррегулярные формирования. В турецкой регулярной армии служили тогда главным образом турки и черкесы (последние имели также нерегулярные формирования). Немусульманское население Османской империи – преимущественно греки, армяне, славяне и евреи – в армии не служило. Арабские же солдаты массово дезертировали или вообще не являлись на службу.

Формально вся территория Аравийского полуострова входила в состав Османской империи, но у турецких властей не было ни финансовых средств, ни обученных чиновников, ни достаточного количества войск, чтобы контролировать обширные пустыни Аравийского полуострова. Поэтому турецкие гарнизоны стояли лишь в самых крупных городах Аравии. Они больше наблюдали за ситуацией, лишь изредка совершая карательные экспедиции и стараясь натравливать одних арабских шейхов на других. Нищие турецкие солдаты занимались грабежом арабского населения, поскольку им давно не платили жалованья. Это только усиливало ненависть арабов к туркам. А дисциплина среди турецких солдат была такова, что их боялись собственные офицеры.

Турецкому паше в Джидде подчинялись в первую очередь жившие в Хиджазе турки, тогда как арабы фактически находились под юрисдикцией шерифа Мекки. Но с 1908 года турецкие позиции в регионе усилились в связи с открытием Хиджазской железной дороги, связавшей второй по значимости после Мекки священный город мусульман Медину с Мааном в современной Иордании. Укреплялось и британское влияние в Аравии. Еще в 1899 году англичане установили свое господство над Кувейтом, заключив тайное соглашение с местным шейхом Мубараком. Ранее они поставили в зависимое от себя положение Бахрейн, Катар, Оман и Абу-Даби, взятые под британский протекторат. Англия внимательно следила за борьбой кланов Саудидов и Рашидидов в Аравии, поддерживая первых. Саудиды, изгнанные из Неджда, стремились вернуть себе власть в этом эмирате, и пользовались при этом поддержкой Кувейта, а через него – Англии. Рашидиды, владевшие североаравийским эмиратом Джебель-Шаммар, стремились удержать власть над Недждом с помощью турок. Будущий основатель и первый король Саудовской Аравии Абдель Азиз ибн Сауд сумел в 1902–1914 годах восстановить власть над Недждом, нанеся ряд тяжелых поражений Рашидидам. К 1912 году он изгнал турок из своей столицы Эр-Рияд. Саудиды исповедовали салафизм – направление в суннитском исламе, проповедовавшее возврат к образу жизни и вере ранней мусульманской общины. Салафиты призывали мусульман брать пример с праведных предков. Салафия (по-арабски «предки», «предшественники») означает возвращение к религии в первозданном виде, в каком ее проповедовали Пророк и его сподвижники, возвращение к истинному Корану и сунне. К 1913 году Ибн Сауд занял богатую прибрежную область Эль-Хаса и захватил ряд важных крепостей. Ему постоянно приходилось вести постоянное противостояние с Хиджазом, который с 1911 года не пускал салафитов в Мекку и Медину, считая их раскольниками, отошедшими от классического ислама.

Правивший в Йемене имам секты зейдитов Яхья Хамид ад-Дин на основании соглашения 1911 года легально пользовался широкой автономией и являлся турецким союзником в арабском мире. Он был заинтересован в османской помощи, так как на южных границах постоянно конфликтовал с англичанами, захватившими еще в 1839 году юг Йемена с крупным портом Аден, а на севере – с правителем эмирата Асир Мухаммедом Али аль-Идриси, пытавшемуся отнять у зейдитов прибрежную область Тихаму. Турки не раз пытались сместить эмира Асира, но не имели для этого достаточных военных сил.

Ранее, в июле 1913 года, в Вашингтон-холле Гертруда познакомилась с майором Чарльзом Хотэмом Монтэгю Даутти-Уайли. Между ними сразу же возникла взаимная симпатия. Для обоих это была любовь с первого взгляда. Между мисс Белл и майором завязался роман, хотя Даути-Уайли был женат на ее подруге. Они обменивались страстными письмами. Но Даути так и не решился на развод, который мог поставить крест на его карьере. Гертруда уезжала на Восток в расстроенных чувствах. Она писала возлюбленному: «Я буду рада уехать, я хочу уехать! Я хочу обрубить все связи с миром, это самое лучшее и разумное».

Наконец, 16 декабря 1913 года Белл снарядила экспедицию, нагрузив 17 верблюдов и восемь мулов провизией на четыре месяца, походным снаряжением и подарками для вождей арабских племен. Перед этим она встречается с представителем принца ибн-Рашида и передает ему 200 фунтов, которые должны ждать ее в Хаиле, резиденции Ибн-Рашида. Так было безопаснее, так как в дороге путешественников могли ограбить.