Жак-Ив Кусто - Живое море

Последний день качался с того, что Фруктус стал готовить Фалько и Весли к возвращению в родной мир. Они лежали рядом на раскладушках, вдыхая из резиновых респираторов смесь: 80 процентов кислорода и 20 процентов азота — соотношение, почти обратное составу воздуха. Сперва мы думали, что придется их подвергнуть длительной декомпрессии в большой барокамере в Марселе, но Алина заверил, что пропорция 80: 20 извлечет из тканей азот, накопившийся в организме Фалько и Весли за неделю подводной жизни. Фруктус заставил их дышать смесью два часа — больше, чем Алина считал необходимым.

Наверху был чудесный тихий день. Около сотни человек ожидали на вспомогательных судах. Из воды вышел дол-тор Фруктус, за ним кинооператоры. Теперь внизу остались только Альбер и Клод. А вот и они, плывут не торопясь, бок о бок в прозрачной воде. У самой поверхности, рядом с трапом, задержались. Жестикулируют. Кьензи наклонился ко мне:

— Каждый уговаривает другого выходить первым. В 13.28 Весли вышел на поверхность и снял черный

колпак с русых волос. За ним последовал Фалько.

— Ху-хуп! — кричали калипсяне. — Ху-хуп!

Люди моря стояли на трапе, крепко держась руками. На лицах обоих застыла широкая улыбка, а глаза были такие, точно они боялись упасть. То ли это от солнца, то ли от избытка кислорода… Я с трудом подавил желание протянуть Весли руку, чтобы помочь. Но вот мгновенная слабость прошла, и Весли, сопровождаемый по пятам Фалько, проворно ступил на палубу.

— Я готов идти снова, капитан, — доложил Весли. — Поглубже и на больший срок.

— Замечательное солнце, — сказал Фалько. — Земля чудесная.

— Чего тебе хочется? — спросил я.

— Походить, — ответил Фалько.

"Калипсо" отдала швартовы и пошла в Марсель. Ребята еымылись, оделись, потом вышли на палубу — поздороваться со всеми, поговорить. Чтобы уберечь их от малейшей угрозы кессонной болезни, которая могла притаиться в суставах вместе с азотом, я послал с ними в отель Фруктуса. Он должен был два дня держать их под наблюдением; все это время у нас была наготове большая рекомпрессионная камера.

Уже на второй день Фалько и Весли попросили пустить их погулять на улицу. Фруктус разрешил, взяв с них слово, что они не уйдут далеко. И люди моря отправились бродить по шумному городу, но видели все вокруг точно сквозь призму великого секрета, известного только им одним.

Через двое суток после выхода на поверхность Альбер и Клод были отпущены на волю Фруктусом, и мы пошли пообедать в людный портовый ресторан.

— Не понимаю, что случилось, — сказал мне Фалько. — Я тот же, что прежде, но не совсем. Под водой… — Он замялся, подыскивая слова. — Под водой все как-то строже.

Человек обживает океан

Издательство "Мысль" предложило читателям в серии "XX век: Путешествия. Открытия. Исследования" очередной том, в который включены две ранее опубликованные (1966 г.) работы: Ж.-И. Кусто и Ф. Дюма — "В мире безмолвия" и Ж.-И. Кусто и Д. Дагена — "Живое море", не случайно. Годом позднее была издана книга Кусто "Мир без солнца", а годом раньше вышла в свет книга Дагена "Человек в подводном мире". В последние годы вышло в свет еще несколько книг Кусто и его соавторов — сына Филиппа и журналиста Ф. Диоле.

Такой, можно сказать, большой поток книг на одну тему и почти одного автора свидетельствует о все возрастающем интересе читателей и к проблеме и к автору. Напомним еще, что Ж.-И. Кусто создал много "подводных" фильмов, два из которых — "Голубой континент" и "Мир тишины" — широко известны в нашей стране и пользуются неизменным успехом.

Это только некоторые из книг зарубежной и отечественной литературы на тему о познании недр океана путем прямого визуального наблюдения. Такого рода наблюдения ведутся не только аквалангистами, родоначальником которых стал Кусто, но и путешественниками в батискафах и батисферах, исследователями, обитающими в подводных домах, наблюдателями с океанографических подводных лодок и т. п. Интерес этот зародился задолго до нашей эры: с античных времен известно стремление человека проникнуть в толщу океанских вод. Отчасти это стремление связано с практическими надобностями (добыча губок, крабов, омаров и т. п.), а отчасти и со свойственным человеку стремлением познать неизвестное.

Это любопытство, а точнее, любознательность характерны и для ученых нынешнего времени. Недаром профессор Эджертон из Технологического института в Массачусетсе (США), готовивший фотокамеры для подводной съемки к одному из аппаратов Кусто, на вопрос о том, что он думает найти там, под водой, ответил: "Если бы я знал это заранее, я не стал бы ничего затевать!"

Вот это стремление познать неизвестное и привело к тому, что уже в наше время, около 1940 года, Жак-Ив Кусто, артиллерийский офицер одного из кораблей французского военно-морского флота, увлекся мыслью стать "человеком-рыбой", ихтиандром. Его собственный опыт, огромное увлечение и помощь инженера Эмиля Ганьяна позволили ему после долгих поисков создать аппарат, который служит и по сей день и науке и спорту. Этот аппарат называется "акваланг" — "подводные легкие", а использующие его пловцы называются аквалангистами.

О Кусто написано много, в частности еще в 1966 году была опубликована книга Д. Дагена "Капитан Кусто". В ней читатели найдут обстоятельный рассказ об этом замечательном человеке. Однако и тут стоит напомнить некоторые штрихи биографии капитана Кусто.

Жак-Ив Кусто родился в 1910 году в семье разъезжего коммерсанта. Молодой человек обладал фантазией и огромным любопытством, а к тому же очень цепким, практическим, технически настроенным умом. Эти качества позволили ему распорядиться собственной судьбой. Призванный в армию, он добился зачисления в военно-морской флот. Жажда приключений и новых впечатлений привела его в воздушный флот, но авария в автомобиле помешала ему развиваться "вверх". У него оказалась сломанной правая рука, а травма левой была гораздо серьезнее: отказал лучевой нерв, рука стала неподвижной. Прошло много месяцев лечения, прежде чем восстановилась деятельность этой руки, хотя медики настоятельно предлагали Жак-Иву Кусто отнять руку, чтобы избавиться от гангрены. Он нашел, однако, свой особый путь и стал развиваться "вниз" — в толщу морских вод. И это привело его к славе, это стало его собственным путем. Авиаторов ко времени второй мировой войны было множество, а вот "ихтиандры" еще не появились, хотя в них уже ощущалась острая нужда. Это было страшное время, когда Францию оккупировали фашисты, когда патриоты затопили свой военно-морской флот, когда росло движение Сопротивления. Активным деятелем патриотических сил стал и Кусто. Он нашел связи с участниками движения Сопротивления, будучи в подполье. Один из его ярких поступков того времени — может быть, самый яркий — связан с дерзким "посещением" фашистской комендатуры в Италии, где ему и его товарищам удалось выкрасть важные сведения и благополучно уйти…