Тигр снегов. Неприкосновенная Канченджанга - Тенцинг Норгей

Время не ждало. Мы располагали самое большое двумя неделями, чтобы приспособить для носильщиков маршрут на террасу, забросить грузы в лагеря IV и V, подыскать на высоте около 8200 метров место для лагеря VI и выйти на предвершинный гребень. Отдохнув пятнадцать минут, Харди и я поспешили вниз. За сорок минут добрались до лагеря IV. О том, чтобы вести туда караван носильщиков, не могло быть и речи. В четырех местах требовалось укрепить веревки, предстояло вырубить множество ступенек на ледяных склонах.

Вызвали по радио лагерь I и доложили обо всем Брауну. Слышно было, как он передает наше сообщение дальше на базу; нам в тот вечер не удалось связаться с ней. А на следующий день я уже сам спустился в базовый лагерь.

Теперь, перед завершающими бросками, я стремился к тому, чтобы по возможности все восходители провели минимум две ночи на базе, прежде чем идти выше. Стритеру и Мэзеру пришлось остаться в лагере III с пятью шерпами для работы на тропе до лагеря IV. Остальные собрались 14 мая в базовом лагере; в этот день был заброшен последний груз через Горб. Я изложил товарищам план работы на следующие две недели.

Перед нами стояли четыре задачи: комплектование лагеря IV и улучшение тропы к нему; комплектование лагеря V, который должен был служить базой для работы на последней тысяче метров; разбивка лагеря VI возможно выше, желательно метрах в трехстах от вершины; разведка предвершинного гребня.

Стритер и Мэзер, оставшиеся в лагере III, уже занимались тропой. На крутых стенах под самым лагерем IV предстояло подвесить веревки, и на ледяном склоне ниже стен мы решили укрепить длинную веревку на ледовых крючьях, вбитых через каждые девять-десять метров. Кроме того, здесь следовало улучшить имеющиеся ступеньки. Потребуется два-три дня, чтобы завершить эту работу и приступить к заброске грузов из лагеря III в лагерь IV: шесть нош продовольствия, керосина и кислорода.

Забегая вперед, скажу, что Стритер и Мэзер пришли в лагерь IV 15 мая. Время уже не позволяло им спускаться на базу, но они неплохо отдохнули два дня в лагере III на высоте 6650 метров.

Вторая задача — комплектование лагеря V — оказалась в некоторых отношениях наиболее трудной изо всех. Шерпы должны были работать на этом участке без кислорода: вместе с тем я решил сберечь шестерых лучших носильщиков для организации самого высокого лагеря. Одиннадцать нош, каждая весом около 14 килограммов, ожидали заброски. Отвечали за эту операцию Маккиннон и Джексон. Группу в составе одиннадцать шерпов возглавлял Аннуллу, физически очень сильный и выносливый. День выхода из базового лагеря назначили на 15 мая. Они должны были идти налегке до лагеря III, где их ожидали ноши, с двумя ночевками — в лагере I и в лагере II. Дальше за день переход с грузом до лагеря IV, а на следующий день — до лагеря V. Оставив там свой груз, шерпам необходимо было в тот же день вернуться в лагерь III. Навстречу им будут идти Бенд и Браун, первая штурмовая двойка, а также те из нас, кто понесет снаряжение для их лагеря, — Мэзер, я и четверо шерпов: Дава Тенцинг, Анг Темба, Таши и Анг Норбу.

Выход нашей восьмерки — на следующий день после отряда, который понесет груз для лагеря V. Отставая от них все время на один день, мы выступим к лагерю V сразу после того, как туда будут заброшены запасы. Затем разведаем дальнейший путь и заодно разобьем лагерь VI в верхней части Сходней: Бенд и Браун останутся там, остальные вернутся в лагерь V. На день позже нас из лагеря III выйдет вторая штурмовая двойка — Харди и Стритер — и с ними, неся продовольствие и кислород для лагеря VI, двое из наших лучших шерпов — Уркиен и Айла Тениинг. Согласно расписанию, они приходят в лагерь VI на следующий день после Бенда и Брауна, а из лагеря V все, за исключением Давы Тенцинга и меня, спускаются вниз. Мы двое остаемся ждать сначала Уркиена и Айлу Тенцинга, затем Бенда и Брауна и, наконец, Харди и Стритера.

Тем временем Маккиннон и Джексон вместе с теми из шерпов, кто еще сможет их сопровождать, совершают второй переход с грузом до лагеря V, чтобы пополнить запасы продовольствия и горючего на случай несчастий или задержек, а также помочь нам.

Я наметил, что каждый альпинист выше лагеря III до завершения своего основного задания будет работать в кислородном аппарате открытого типа и спать с кислородом; шерпы на заброске грузов выше лагеря V будут пользоваться открытым кислородным прибором. Это означало, что необходимо доставить в лагерь V кислородные баллоны общим весом около 100 килограммов. Тем самым комплектование лагеря V значительно осложнялось; однако наши усилия целиком оправдались, потому что значительно облегчили разбивку лагеря VI на высоте около 8200 метров и позволили двенадцати участникам экспедиции сравнительно легко достичь этой высоты.

Наш план предусматривал возможность различных отклонений. Погода стояла ненадежная, следовало быть готовым к осложнениям. Запасы продовольствия, горючего и кислорода были рассчитаны с небольшим избытком. Переносные радиостанции позволяли нам держать друг друга в известности об изменениях в расписании. Предполагалось обеспечить радиосвязь между базой и лагерями V, IV и III. Кроме того, на базе находился приемник, по которому мы слушали прогноз погоды. На время штурма Джону Клеггу отводилась роль связующего звена между нами и Дарджилингом, он должен был также передавать нам с базы сводку погоды, принятую из Индии.

Если все пойдет хорошо, без задержки, вторая двойка сможет осуществить свой заключительный бросок 23 мая. Два дня спустя на склонах никого уже не останется. И даже в случае задержки на день-два мы все еще до конца месяца спустимся с горы.

Глава десятая

Лагерь пять

15 мая — 22 мая

Нам посчастливилось: три дня подряд стояла ясная погода.

Маккиннон и Джексон выступили со своим отрядом 15 мая во второй половине дня; Аннуллу был уже в лагере III. Одиннадцать шерпов радовались ответственному заданию, радовались возможности побывать в новых для них местах. Все нужное для лагеря V находилось в лагере III, и легкая ноша позволяла им идти быстро и бодро.

Мы собирались последовать за ними днем позже. Джо Браун и Джордж Венд — первая штурмовая двойка, Джон Клегг, Нормэн Харди и я, а также четверо шерпов — Дава Тенцинг, Анг Темба, Анг Норбу и ветеран Таши, спокойный, уравновешенный, надежный, настоящий «тигр» снегов.

16 мая около 16.30 мы пришли в лагерь I. Долину внизу заволокло густыми белыми облаками, на фоне которых ярко выделялись наши красные и желтые флажки. У нас светило солнце. Тихий, ясный, теплый вечер, искрящийся плотный снег… Перед нами возвышался восточный фасад Джанну — 2100 метров скал, покрытых голубовато-зеленым льдом.

Следующее утро выдалось опять солнечное. Мы выступили в 7.30. Тропа была твердая, удобная для подъема. Мы часто останавливались фотографировать. Поверхность снега переливалась в лучах восходящего солнца, свет и тени хорошо подчеркивали рельеф. Красочными пятнами мелькали наши куртки — ярко-желтая Джорджа Бенда, синяя Джо Брауна, красная Нормэна Харди.

В верхней части Нижнего ледопада произошли заметные изменения. Раньше подгорную трещину перекрывал прочный снежно-ледовый мост, сложенный из накопившихся обломков. Позже, когда мост начал таять, мы укрепили его лестницей. Теперь только она и оставалась, и приходилось, форсируя трещину, соблюдать большую осторожность.

С Горба мы внимательно рассмотрели Верхний ледопад. Мы успели полюбить наш маршрут: крутой гладкий западный склон Горба; коварный выступ в начале Нижнего ледопада; Верхний ледопад — голубые и белые поверхности, красивые длинные линии; широкая полка террасы под красными скалами предвершинного гребня. Прекрасная издали, гора и вблизи оказалась прекрасной.

Утром 18 мая отряд, шедший перед нами, должен был выступить в восемь утра. Из лагеря II мы смотрели в бинокль на их палатки, однако не видели никакого движения. Лишь иногда мелькала закутанная фигура. Мы долго кричали им, потом связались по радио и узнали, что один из шерпов отказался идти дальше, жалуясь на головную боль. В конце концов они вышли без него; к ним присоединились Стритер, Уркиен и Айла Тенцинг. Это было в девять утра. Дул ветер, который гнал облака, и мы видели наших друзей только урывками. Точно вернулись непогожие дни конца апреля. Тучи стремительно летели над гребнями на восток. Похоже было, что и внизу, в долинах, бушует ветер. Оттуда к нам взлетали непоседливые облака, рвались на клочья, расплывались, таяли.