Фуксия Данлоп - Суп из акульего плавника

Теоретически император мог есть все что угодно. Мир полностью и безраздельно принадлежал ему. Однако в детстве Пу И страдал от отсутствия аппетита. Малыша отняли у матери, когда ему не исполнилось еще и трех лет, а бабушка, любившая его до безумия, узнав о случившемся, тяжело заболела. Вновь Пу И увидел их только через семь лет; отцу же разрешали навещать сына всего лишь на несколько минут, и то раз в два месяца. В итоге мать Пу И совершила самоубийство, приняв слишком большую дозу опиума. Лишь один-единственный человек учил Пу И сопереживать другим людям — его кормилица, но ее прогнали, когда императору исполнилось восемь лет. Официально, после того как Пу И попал во дворец, его «матерями» стали старшие наложницы предыдущего императора, однако их отношение оставалось холодно-формальным, и Пу И признает, что так и не познал материнской любви. В сердце империи царило бессердечие. Из-за нехватки любви у маленького императора и стало развиваться заболевание желудка.

Причина проблем с пищеварением, возможно, крылась именно в недостатке душевного тепла, ведь за режимом питания Пу И тщательно следили — здоровье императора было превыше всего. «Тело Вашего Величества священно», — именно такие слова, как вспоминает Пу И, произнесла ему мать, после того как ей все-таки разрешили навестить сына во дворце.

Когда в кафе, расположенном у Запретного города, мы встретились с профессором Ло за чашечкой чая, он мне сказал следующее: «В те времена жар и высокая температура считались признаками избытка в организме огненного начала. Огонь внутри порождается в результате потребления жирной пищи с обилием приправ. Таким образом, когда в императорской семье заболевали дети, их кормили одной рисовой кашей, чтобы уравновесить баланс стихий в организме. Само собой, такой режим питания был не только малополезен, но и вреден, поэтому многие из заболевших умирали от недоедания». Сам Пу И рассказывает так: «Однажды я объелся каштанами, и где-то на протяжении месяца после этого вдовствующая императрица… дозволяла мне есть только кашу из неочищенного риса. Несмотря на то что я плакал от голода, никто не обращал на меня никакого внимания». Пу И был настолько голоден, что к ярости воспитателей стащил немного холодной свинины, которую кто-то из князей направил в подарок вдовствующей императрице.

Половая жизнь Пу И была столь же безрадостной. Конечно же, когда настало время, ему подобрали жену и наложницу (всего лишь два «блюда», по сравнению с сотнями, которыми наслаждались его предшественники). Чуть позже он взял себе еще одну жену и наложницу. Однако предполагалось, что императору, как и в случае с яствами, не следует наслаждаться плотскими утехами. У китайцев память долгая, и никто не забыл разгульной жизни, которую вел правитель Сюаньцзун во времена династии Тан. Он влюбился в одну из наложниц, Ян Гуйфэй. Именно эта страсть, как полагают, и стала причиной краха государства после кровопролитного восстания. После этого половая жизнь императоров была строго упорядочена. Чтобы не утомить Сына Неба, наложницам и женам не разрешалось оставаться с императором на всю ночь. За всем присматривали шепчущиеся евнухи, строго следившие, чтобы государь не привязался к той или иной наложнице или супруге.

В случае с Пу И волноваться евнухам было не о чем. Прихлебывая в кафе жасминовый чай, профессор До, понизив голос, поведал мне, что последний император был импотентом. «Одна из самых близких подруг моей бабушки была его наложницей, — сказал профессор. — Она много писала бабушке. В своих письмах жаловалась на свое одиночество и несчастную долю, намекая на немощь императора. Конечно, открыто об этом никто не говорил. Государь мучился и страдал, он терял лицо, отчего озлоблялся и дурно обращался с женами».

Пу И сам в автобиографии признавался, что «склонен к жестокости». Он не отрицал, что в первую брачную ночь в 1922 году отказался разделить ложе с императрицей, потому что предпочитал спать один. Несмотря на то, что он четыре раза вступал в брак, Пу И утверждал, что его супруги «не являлись настоящими женами, они были только для вида, оказываясь моими жертвами». Когда в тридцатых-сороковых годах он жил под защитой японцев в Чанчуне, за императором по пятам ходили слухи о его гомосексуальных наклонностях. Следует сказать, что детей у него не было, что весьма удачно решило проблему, которая могла возникнуть у коммунистов после их прихода к власти в 1949 году. Наследников, с чьими правами нужно было бы как-то считаться, император не имел, поэтому в Китае, в отличие от России, не пролили ни капли монаршей крови.

Императору вменялось в обязанность заботиться о том, чтобы народ оставался сыт, но его личные желания никого не волновали. «Потребность в еде и плотских утехах естественна», — однажды сказал философ Гао-цзы. Однако император не простой смертный. Он Сын Неба, для него еда и секс выступали вопросами политическими. Евнухи не сводили с него глаз, пока он ел, они ждали его у дверей опочивальни. Последний император особенно заслуживает сострадания. Точно так же, как и его древнего предшественника Ши Хуанди, прославившегося своей армией терракотовых воинов, Пу И поместили в гробницу с бесчисленными слугами, невообразимыми богатствами и яствами со всех концов империи. Разница заключалась в том, что, когда это произошло, Пу И был жив.

Свинья, зажаренная на вертеле

~

Овца, зажаренная на вертеле

~

Два вида пирожных «Сыновья и внуки»

~

Птичье гнездо «Двойное счастье» и утка «Восемь бессмертных»

~

Птичье гнездо «Двойное счастье» и утятина серебристо-золотистого цвета, нарезанная соломкой

~

Два вида супа из свинины, нарезанной тонкой соломкой

~

Птичье гнездо «Дракон» и копченая курятина, нарезанная соломкой

~

Птичье гнездо «Феникс» и благоухающая свиная ножка серебристо-золотистого цвета

~

Птичье гнездо «Дар» и курятина с пятью видами специй

~

Птичье гнездо «Благоприятное» и утятина серебристо-золотистого цвета, нарезанная соломкой

~

Два малых блюда

~

Два вида соевого соуса

~

Два вида супа из птичьих гнезд «Восемь бессмертных»

~

Два вида кушаний из риса

Глава 13

Чувство вины и перец

В саду царил чарующий запах цитрусовых. Бугорчатые зеленые ягоды, едва-едва начавшие розоветь, росли по одной — по две на покрытых шипами деревьях. Несмотря на моросящий дождь и серое небо, настроение у меня приподнятое. Я срываю несколько перечных зерен, растираю их между ладонями и сразу чувствую в воздухе аромат. Он несказанно силен и свеж, остер и пьяняще дик. Я закрываю глаза и кладу перец себе на губы. Он зелен, вяжет, колет язык. Ничто не может сравниться с ощущением, которое испытываешь, отправляя в рот сычуаньский перец. Сперва чувствуешь онемение, а потом внутри все словно начинает искриться: сначала чуть-чуть, затем все сильнее и сильнее, достигая перехватывающего дыхания крещендо, которое может длиться до двадцати минут, пока не пойдет на спад. Ощущения гораздо сильнее, чем я ожидала. От удивления у меня вырывается смех. Долгие годы я мечтала отведать сычуаньского перца, сорвав его с ветки, и вот я здесь, в Цинси, и мои губы поют.