Тахир Шах - В поисках копей царя Соломона

Семь месяцев спустя я вернулся в Эфиопию.

Гора Туллу-Валлель не давала мне покоя с тех самых пор, как я покинул ее проклятую двойную вершину. Я пытался начать новые проекты, но вернуться к нормальной жизни никак не получалось. Я должен был завершить поиски. Я был убежден, что где-то на склонах горы прячется ответ на загадку копей царя Соломона. Найти ее, как и раньше, можно только одним способом.

Я должен был вернуться к Туллу-Валлель.

Обычно я не люблю возвращаться в места, где мне пришлось пережить массу трудностей.

Но когда самолет побежал по взлетной полосе по направлению к зданию аэропорта Аддис-Абебы, я почувствовал ком в горле. Сердце бешено колотилось. Я был безумно рад вернуться и прекрасно осознавал это. Единственное, в чем я мог быть уверен — до возвращения домой, в Европу, мне предстоит выдержать нелегкие испытания.

У выхода из зала прилета я заметил знакомую фигуру — одежда с моего плеча, коротко подстриженные волосы, унылый вид. Это был Самсон. Узнав друг друга, мы даже не улыбнулись. Предстоящее путешествие — это завершение неоконченного дела, и нам было не до шуток. Самсон взял мои вещи и понес к своему такси. Он не сказал, удивило ли его мое послание.

Он вообще ничего не сказал.

— Я должен был вернуться.

— Гора? — прошептал Самсон.

— Шахты. Я все время думаю о них. Мне кажется, я смогу их найти.

Самсон повернул руль, а затем аккуратно нажал на тормоза. Такси остановилось.

— Туллу-Валлель убьет вас, — сказал Самсон. — Послушайте моего совета. Возвращайтесь в Европу и забудьте о золоте царя Соломона.

Его слова совпадали с советом, который выслушал Хейтер, когда вернулся в Эфиопию, чтобы еще раз отыскать шахты. На смертном одре старый приятель Хейтера «Черный» Мартин прошептал ему: «Оставь в покое Туллу-Валлель и абиссинское золото, или пожалеешь, как жалею я». «Черный» Мартин, пораженный эфиопским проклятием, умер через несколько дней.

Наверное, мне следовало внять совету Самсона, но я этого не сделал. Я направился прямиком к проклятой горе, потащив за собой Самсона.

Меня не отпускало ощущение «дежа вю», потому что мы отыскали Бахру и наняли его — вместе с «императорским джипом». В конечном счете удача вернулась к нему, и он возвратился в Аддис-Абебу. Бахру, как обычно, дремал на заднем сиденье джипа — глаза налиты кровью, рот набит катом.

Последовавшие за этим дни были самыми тяжелыми за многие годы моих путешествий. Мы пробивались сквозь грязь и проливной дождь. Погонщики и мулы шли вперед, несмотря на ужасающие условия. Одежда, одеяла и продовольствие насквозь пропитались водой и никогда не высыхали. Кожа у меня на ступне стерлась напрочь, а лодыжки болели так, как будто их секли плетьми. Состояние Самсона было немногим лучше. Глисты вернулись к нему, и их обуревала жажда мщения.

Мое навязчивое увлечение шахтами Фрэнка Хейтера портило жизнь не только мне, но и окружающим. У большинства путешествий есть начальный пункт, но у некоторых нет четко определенной конечной цели. Вопрос в том, в какой момент вам нужно прикусить губу и возвращаться домой.

В последнее утро после действительно ужасной ночи мы сидели под деревом и мечтали оказаться как можно дальше от Туллу-Валлель. Мы пали духом. Я обдумывал создавшееся положение. Дождь лил как из ведра. Продукты почти закончились, батарейки в фонариках сели. Керосина больше нет, последние капли питьевой воды израсходованы. Самсон держался за живот и стонал. Я упал в муравейник, и покусанная спина сильно болела. Мулы начинали лягаться, стоило любому человеку приблизиться к ним. Лица погонщиков осунулись, ладони кровоточили. Стоило мне подумать, что хуже быть не может, как дождь пошел еще сильнее. Я понял, что поиски шахт Хейтера подошли к концу.

Тяжело вздохнув, я поднялся и дал приказ к отступлению. Мы развернулись и начали долгий и трудный путь назад, к шоссе. Я грустно улыбнулся. Тайна Фрэнка Хейтера осталась неразгаданной — как и местоположение копей царя Соломона.

Словарь

Абиссиния: старое название Эфиопии

амба: гора с плоской вершиной

амхари: язык племени амхара, широко распространенный в Эфиопии и нередко служащий в качестве общенационального

амоле: брусок соли определенного размера, в прошлом использовавшийся в качестве денег

аса вот: острое рыбное жаркое из пресноводной рыбы

бербере: очень острый соус к мясным блюдам, широко распространенный в Эфиопии.

Бет Израэлъ: эфиопские иудеи

быр: национальная валюта Эфиопии; по сегодняшнему курсу 12 быр приблизительно равняются 1 фунту стерлингов .

буда: религиозная верхушка эфиопских иудеев, якобы обладавшая способностью к «сглазу»

дежазмаш: местный князек

динк: древнеегипетское название карлика, которое встречается также в языках различных эфиопских племен

доро вот: острое жаркое из курицы, которое часто подают со сваренными вкрутую яйцами

энсета: «ложный банан», выращивается в Эфиопии и ценится за съедобный стебель

фалаша: сообщество эфиопских иудеев, большая часть которых теперь живут в Израиле; термин считается политически некорректным

фаранжи: прозвище европейцев, сохранившееся с колониальных времен

геэз: древний эфиопский язык; его понимают эфиопские священнослужители

гамелавала: подметальщики в Калькутте и других индийских городах, покупающие пыль с пола ювелирных мастерских

инжера: эфиопский хлеб из муки теффа, который подают к общей миске жаркого

каи вот: острое жаркое из баранины, подаваемое с соусом бербере

каро: племя на юго-западе Эфиопии, воины которого украшают свои тела замысловатыми узорами.

«Кебра Негаст» (Слава Царей): священный эфиопский текст, в котором содержится подробный рассказ о встрече царя Соломона с Македой

Македа: эфиопское имя царицы Савской

маквамья: молельный жезл, используемый эфиопскими священниками

матату: маршрутное такси, или микроавтобус, самый распространенный транспорт на востоке Африки

менсаф: бедуинское мясное блюдо, тушенная в молоке баранина с пряным рисом

мурси: племя на юго-западе Эфиопии, известное своими глиняными украшениями в виде дисков на нижней губе