Вивиан Фукс - Через Антарктиду

2 января Боб и Джордж начали подъем на снежные склоны цепи горы Маркема и 3-го достигли своей цели. К сожалению, хотя место, где теперь находился их лагерь, лежало на высоте 2000 футов над ледником, видимость была всего 100 ярдов , и к востоку они ничего не видели, кроме слоя облаков.

На следующий день видимость была также ограниченной, но путешественники все же смогли произвести кое-какие съемки.

Затем 5 января им удалось установить точку наблюдения на вершине пика к югу от перевала, а там перед ними открылся поистине грандиозный вид. На запад от цепи горы Маркема три больших ледника стекали вниз, к барьеру Росса: один из них впадал в залив Шеклтона, а два других располагались между заливом и ледником Бирдмора. На небе почти не было облаков, и они глядели вниз с высоты 10 500 футов на Барьер, а к востоку и юго-востоку громадные ледяные стены вздымались к пикам хребта Куин-Александры, который Скотт и Шеклтон видели с другой стороны, во время восхождения на ледник Бирдмора. На севере господствовала гора Маркема; туда стекал ледник, расположенный на 4000 футов ниже их. На востоке почти на 8000 футов над ледником поднималась гора Миллера, а на юге они видели гору Киркпатрик.

Теперь Боб и Джордж намеревались направиться на санях к югу вдоль снежных полей цепи горы Маркема, надеясь определить местоположение южного конца цепи; за два дня они прошли в этом направлении 37, 5 мили . Из своего лагеря путешественники опять смогли наблюдать горы, ограничивающие с западной стороны ледник Бирдмора. Отсюда под крутой ледяной стеной, в которой местами выступали скалистые бастионы, они видели внизу обширный фирн ледника, стекавшего, как они установили раньше, в сторону горы Асквит, а на юге шли пики гор Маршалла. Чтобы достигнуть намеченного пункта на ледяной стене, им пришлось спускаться на санях по очень крутому склону, и в добавление к нормальному торможению ногами они должны были пристроить тормозные веревки под полозьями.

Спуск был покрыт настом, и во время езды внезапно раздавались резкие звуки, похожие на пистолетные выстрелы; при этом поверхность в несколько сотен квадратных ярдов оседала на несколько дюймов. Это наводило ужас на собак; один раз упряжка Джорджа Марша повернула на 180° и помчалась по своему старому следу. Джордж опрокинулся и потерял возможность править. После некоторого замешательства за провинившимися собаками пустили в погоню вторую упряжку; через милю их поймали и заставили тащить сани в нужном направлении.

В этот день, 7 января, вечером у Боба и Джорджа состоялся сеанс радиосвязи с базой; они узнали, что тракторная партия Хиллари успешно достигла полюса и улетела обратно на самолетах, что английские авиаторы прилетели из Саут-Айса на базу Скотт, что мы (партия Фукса) еще в 250 милях от полюса. Но я[2] просил Эда Хиллари пополнить запасы топлива на складе «700», и он отозвал из похода Боба Миллера и Джорджа Марша к складу, чтобы они там ввели в действие радиомаяк, на который смогут ориентироваться самолеты, доставляющие добавочные припасы. Поворачивая назад, Миллер и Марш сообщили, что предполагают прибыть к складу «700» 16 января.

8 января погода заставила путешественников сидеть в палатке, но 9-го Боб и Джордж провели последние топографические съемки. Они прошли 25 миль и снова разбили лагерь на западном леднике, преодолев со времени выхода от склада на леднике Скелтона 800 миль . На следующий день, в 4 часа пополудни, они отыскали склад Рождественский, забрали припасы и быстро двинулись дальше; лагерь разбили в 6 часов, пройдя 22, 5 мили .

Пятый день подряд дул ветер, гнавший поземку; езда была в высшей степени неприятной. Разговаривая вечером с базой, каюры узнали, что Северная партия уже покрыла 900 миль , пробыв в поле 100 дней.

Последняя неделя у склада «700» прошла без особых событий. Временами Марш и Миллер ходили на лыжах по следам, расходившимся от склада; поверхность была повсюду очень неровной, и они частенько ломали концы лыж на застругах. Наконец дошло до того, что у них осталась одна пара лыж на двоих и пользоваться ими приходилось поочередно по часу; тот, кто был без лыж, бежал рысью рядом с упряжкой. Позже самолет доставил им новые лыжи.

Вечером 15 января Миллер и Марш разбили лагерь в 20 ярдах от склада «700», покрыв в этот день 30 миль , и, связавшись с базой, сообщили, что они на месте и готовы принимать запасы. Договорились, что следующий сеанс связи состоится на другой день утром, пораньше, чтобы дать летчику сведения о погоде. В этот вечер собаки с удовольствием ели тюленье мясо со склада.

На следующий день, во второй половине, прилетели «Оттер» и «Бивер». С Джоном Льюисом на «Оттере» пассажиром летел фотограф из «Таймса». Трудно было представить себе, что снятые им фотографии будут переданы в Лондон по радио и появятся на другой день вечером в газетах. После отлета «Бивера» и «Оттера» они снова нагрузили сани припасами из склада и приготовились утром выехать домой.

На обратном пути собаки находились в отличной форме и бежали быстро — не было дня, чтобы упряжки прошли меньше 20 миль . За четыре дня они достигли склада «Полдороги», где погрузили на сани три банки собачьего пеммикана и один ящик пищевых рационов для людей. С 23-го по 26-е их задерживали сильные ветры со снегом; к этому времени наша партия (партия Фукса) уже прошла 80 миль от полюса, и я принял от них запрос: «Можете ли вы нас догнать?» Мы ответили: «Похоже, что догонять придется долго и гонки будут напряженные».

Затем ветер, бывший их врагом, стал союзником. Он дул в спину со скоростью 9—10 метров в секунду и отлично помогал езде. К 30-му путешественники прошли за месяц 612 миль и прибыли к складу «480» в полдень с несколькими минутами. Теперь Марш и Миллер могли позволить себе «погулять»; они запаслись тюленьим мясом и пеммиканом для собак, а для себя устроили экзотический ленч из анчоусов и консервированных персиков. Полдник состоял из консервированного пирога и кофе, а за ужином главным блюдом были две банки копченой трески и на закуску банка консервированных ананасов.

8 февраля, когда партия, выехавшая на собачьих упряжках, прибыла к складу «Плато», мы были уже у склада «700». Вечером у нас впервые установилась прямая связь по радио. Передача велась по радиотелефону, и многие из нашей партии разговаривали с Миллером и Маршем. Ответы поступали азбукой Морзе медленно, с запинкой, и они чуть-чуть огорчились, услышав, как Дэвид Стреттон бросил реплику: «Это, должно быть, Джордж — передает левой ногой».

Миллер и Марш уже пробыли на плато 101 день, все время на высоте не ниже 7000 футов , пора было начинать долгое путешествие вниз — спуск на базу. Со снижением высоты стала быстро повышаться температура. 10-го в 8 часов утра было —30°, днем в 3 часа —15°. Спустя два часа стало уже —14° и даже в 9 часов вечера термометр показывал еще —15° — слишком тепло, по их мнению.