Петр Перминов - Улыбка сфинкса

Впрочем, мы в очередной раз отвлеклись от дороги. Справа из песков медленно вырастает высокий белоснежный обелиск, у подножия которого на мраморном постаменте стоит танк, точь-в-точь такой же, как во многих местах под Москвой, где проходили бои Великой Отечественной войны. Это — наш «Т-34». Памятник сооружен в память ожесточенных танковых сражений, развернувшихся на Синайском полуострове во время октябрьской войны 1973 г.

Итак, две трети пути остались позади. Через какие-то 20 км пески пустыни сменяются чахлым кустарником; его, в свою очередь, сменяет густая пальмовая роща. Зеленый оазис, в который мы въехали, говорит о том, что где-то поблизости есть вода. И действительно, за крутым поворотом дороги перед нами открывается канал, по которому пресная вода из Нила поступает в Исмаилию, Порт-Саид, Суэц. Берега его поросли густой травой. Время от времени привлекают внимание журавли шадуфов — примитивных сооружений для орошения крестьянских полей, которые разноцветными заплатами выделяются на узкой зеленой полоске земли, протянувшейся вдоль канала. Четко видна граница между сочной зеленью и красноватым песком пустыни, в отдельных местах совсем близко подступающей к полям.

Геродот назвал Египет «даром Нила». Действительно, вся жизнь египетских феллахов испокон веков неразрывно связана с этой удивительной рекой, мощные разливы которой приносят живительную влагу и естественное удобрение — ил — на крестьянские поля. Можно сказать, что Нил, оставляющий во время разливов до 20 т ила на каждом гектаре полей, создал плодородную Нильскую долину. Древние египтяне обожествляли Нил (по-египетски — Хапи). Фараоны, уходя в дальние походы, приказывали доставлять им воду из Нила. В более поздние времена народная фантазия родила поверье: тот, кто испил нильской воды, непременно вернется в Египет.

Сегодня врачи не только не рекомендуют пить нильскую воду, но и купаться в Ниле и пресноводных каналах: в нильской воде обнаружены шистосомы — паразиты, вызывающие тяжелое заболевание шистосоматоз (или бельгарцию).

В Каире регулярно созываются международные конгрессы врачей, посвященные изучению методов борьбы с шистосоматозом — одним из наиболее распространенных заболеваний в египетской деревне. Но разве можно изолировать феллаха от Нила?

Вот и сейчас мы видим, как на глиняном откосе одного из маленьких каналов, отводящих воду к полям, копошится группа ребятишек. Рядом мирно жует траву труженик феллахских полей облезлый буйвол с круто выгнутыми рогами. По всей вероятности, дети не просто играют, а пасут его. Тут же неподалеку с мотыгой в руках трудится отец семейства в засученных до колена полотняных штанах и короткой серой рубахе. Голова его прикрыта от палящих лучей солнца небольшой белой шапочкой. Полная, рано постаревшая от непосильной крестьянской работы мать семейства, одетая в черное, сидит в тени небольшого дома, крыша которого покрыта сухими пальмовыми ветвями, и на глиняном очаге варит что-то, помешивая ложкой в закопченном котле.

Останавливаемся передохнуть в тени пальмовой рощи. Тут же со всей округи сбегаются дети и взрослые. Каждый предлагает помощь. Смуглая озорная девчонка в ситцевом платье тащит соломенную циновку. Ее отец, улыбающийся всеми морщинками своего коричневого, потрескавшегося от солнца лица, несмотря на все наши возражения, угощает нас чем бог послал: листьями салата и чашечкой забади — прохладной простокваши.

Египетские понятия о вежливости требуют степенного разговора о житье-бытье. Покончив с расспросами о здоровье самого Ахмеда (имя феллаха), его жены, родителей и детей, спрашиваем, как ему удается сводить концы с концами, имея такой маленький участок земли. Ахмед отвечает, что хотя его участок чуть больше одного феддана[22], да к тому же он арендует его у крупного местного землевладельца, тем не менее ему и его семье хватает. Ахмед отнюдь не считает себя беднейшим из местных феллахов и даже чуточку гордится своим благосостоянием. Что ж, его можно понять, если учесть, что, по данным египетской печати, 45 % сельского населения Египта живут ниже черты бедности.

Жизнь египетского феллаха всегда была трудной. Одна из основных его проблем — нехватка земли.

После ввода в строй Асуанской плотины площадь обрабатываемых земель увеличилась примерно на треть, однако еще более быстрыми темпами растет население страны. За последние четверть века оно удвоилось.

В настоящее время Египет не в состоянии прокормить себя и импортирует 70 % продуктов питания из-за рубежа. Программы «продовольственной безопасности», выдвинутые в рамках инфитаха, оказались неэффективными главным образом потому, что местный и иностранный частный капитал не проявляют в них заинтересованности. Государственных же аграрно-промышленных комплексов, сооружение которых началось во времена Насера, во-первых, немного, а во-вторых, их рентабельность в связи с несовершенством управления оставляет желать лучшего.

Рост интенсивности сельскохозяйственного производства тормозит и обстановка, сложившаяся в египетской деревне. Аграрные реформы Насера несколько приглушили социальные контрасты, но тем не менее 52 % доходов в сфере сельского хозяйства присваивается средними и крупными землевладельцами, в численном отношении составляющими не более 1/5 сельского населения. Этому способствовали и принятые в период правления Садата законы, серьезно подорвавшие прогрессивные завоевания 60-х годов. Конфискованные земельные угодья возвращались прежним владельцам, неоднократно повышалась арендная плата.

По данным официальной статистики, сегодня основную массу египетских феллахов составляют безземельные и малоземельные крестьяне. Чтобы как-то сводить концы с концами, им ничего не остается, как арендовать землю у крупных землевладельцев.

Вот на какие размышления навел нас короткий разговор с египетским феллахом. Ахмед проводил нас до обочины дороги, где в тени густых деревьев раскинулся небольшой крестьянский рынок. На повозках и грубо сколоченных деревянных помостах разложены всевозможные овощи и фрукты: помидоры, палочки сахарного тростника, зелень, манго, виноград, баклажаны. И конечно же душистые исмаилийские дыни и арбузы. По поводу появления арбузов в Египте существует легенда, которую записал еще Порфирий Успенский со слов одного из своих многочисленных египетских собеседников:

«В Египте в незапамятные времена один мудрый и добрый фараон призвал к себе своих советников для рассуждения о государственных делах. В палату, где они сидели, внезапно вполз огромный змей и, приблизившись к фараону, смотрел на него с умилением и печалью и кивал головой, как кланяются люди. Фараон обратился к волхвам и сказал: „Узнайте, чего просит у меня этот ползец?“ Волхвы по движению взгляда его угадали, что он заклинателями змей лишен самки и просит возвратить ее. Когда они истолковали немое прошение змея, фараон приказал им немедленно созвать всех заклинателей змей. Они пришли с пойманными змеями и начали показывать их поодиночке. Проситель, как только увидел свою самку, свистнул от радости, и она была возвращена ему. Спустя несколько дней у фараона опять собрался совет, и в палату вполз тот же змей. Приблизившись к царю, он положил на колено ему одно черное семя как дань благодарности и скрылся. Фараон приказал тотчас посадить это семя и тщательно беречь и поливать росток, какой выйдет из него. Вырос большой арбуз. Фараон, желая знать, не вреден ли сей овощ, велел отыскать в столице человека, который решился бы съесть его, получив предварительно богатый дар в обеспечение своего семейства. Искомый нашелся. Когда привели его к царю и предложили ему вкусить от плода, открытого змеем, он сказал: „Сто лет я прожил на этом свете и еще столько мне уже жить не можно, придет время, когда изнемогут мои силы и я склонюсь к матери-земле. Предваряя это время, охотно повинуюсь воле царя“. Волхвы разрезали арбуз священным ножом. Красота его восхитила всех. Самоотверженный старец съел ломоть арбуза, попросил другой, вымолил и третий и зарумянился. Все к нему с вопросами, и всем он отвечает: „Вкусно, сладко, благовонно, вся кровь во мне играет, другие сто лет я проживу, еще бы ломтик, волхвы“. Но мудрые волхвы отложили опять до другого дня. С рассветом старик пробудился и стал бодрее и свежее против прежнего. В час обеда ему подали остальную часть арбуза, и он съел ее, благодаря бога и радуясь. Так мудрецы при посредстве немудрого человека узнали новое полезное и сладкое яство. Фараон, одарив старика, приказал посадить все семена, из них выросли прекрасные арбузы»{77}.