Иван Крузенштерн - Путешествие вокруг света

Ясная погода позволила нам с Господином Горнером наступившею ночью взять многие лунные расстояния от звезды Атер. По наблюдениям Господина Горнера найдена долгота в 8 м часов вечера 214°,3,30"; по моим 213°,57,45"; по хронометру No. 128, 213°,55. Близким сходством сих долгот были мы очень довольны, чего едва было по причине сильной качки корабля ожидать можно. Наблюдения, произведенные следующим вечером, при удобнейших обстоятельствах показывали таковое же сходство и удостоверили нас совершенно в исправности наших хронометров. Из многих наблюдений, разнствовавших между собою от 2°,28 до 3°,15 сыскано склонение магнитной стрелки 2°,51,30" восточное.

Перемена теплоты воздуха была чрезвычайно чувствительна. Ртуть в термометре стояла между 19° и 21°. Во время плавания нашего от Сандвичевых островов к Камчатке, хотя то было и в средине лета, показывал термометр на сей параллели, только 16° и 17°, даже и под 30° широты не возвышалась ртуть тогда до 21°. Сия малая степень теплоты в Июне и Июле, вероятно, приписана должна быть великому отдалению земли, так же и тому, что воздух в первых месяцах лета недовольно еще нагрелся.

С отбытия нашего из Камчатки продолжалась всегда, с малою только переменою, сильная зыбь от NO и O; но 20 го Сентября под 34°,20 широты и по 215°,29,45" долготы, всем нам казалось странным тихое состояние моря, хотя и дул ветр от SO довольно свежий. А посему и можно подозревать о существовании неизвестной доселе к SO земли. В сей день увидели мы в первой раз опять летучую рыбу и великое множество касаток, так же и птиц, привитающих около тропиков, которые редко бывают видимы в такой северной широте, исключая близости земли. Склонение магнитной стрелки совсем почти не изменилось. Наблюдения в сей день, равно 18 го и 19 го чисел показывали разность не более одного градуса. Хотя и видно было из оных некоторое уменьшение склонения, однако перемены были так маловажны, что оные можно приписывать более неверности наблюдений при волнении, нежели действительной, правильной уменьшения перемене.

Я имел намерение побывать у острова, открытого в 164З году Голландцами, показанного на картах под названием (t' Zuyden Eyland) т. е. южной остров, лежащий к югу от острова Фатзизио; но свирепетвовавшая, во время бытности нашей на параллели его, буря от ONO, при пасмурной, дождливой погоде, не допустила исполнить сего намерения. Курс Капитана Кольнетта был в близости сего острова, почему и думать надобно, что он его видел; следовательно и нельзя сумневаться о точном оного определении. География терпит немалую чрез то потерю, что искусной сей Офицер, воспитанник знаменитого Кука не издал в свет описания своего путешествия, бывшего в 1789 и 1791 годах. Все известие о его плаваниях состоит только в одной путевой линии, означенной на карте Арро-Смита, помещенной в Атласе южного моря. Хотя он в предисловии к описанию своего плавания в 1793 и 1794 годах и обещал издать в свет прежния сваи путешествия, но сие и поныне остается без исполнения, Рукопись плавания его по Корейскому морю в 1791 году имел у себя Еразм Туер в то время, когда он плавал в Китай с Лордом Макартнеем, и когда должен был предпринять плавание по Желтому морю. Можно бы думать, что Аглинское правительство с намерением скрыло путешествие Гг. Кольнета и Бротона около берегов Японии; но подозрению сему противуречит позволение Аглинского правительства издавать все морские путешествия, которые в продолжении 40 лет, составляют блестящий период в истории мореплаваний, увенчанных славою многих важных открытий. Путешествие Капитана Бротона, предпринятое единственно для открытий, чему прошло уже семь лет и по ныне еще не издано. Сопутник Ванкуверов мог бы доставить в рассуждении землеописания и мореплавания полезные и важные сведения. Неуповательно, чтобы с погибшим кораблем поглощен был журнал его и карты. Камень, о которой разбился корабль Бротона лежит по карте Арро-Смита в северной широте 95° и восточной долготе от Гринвича 125°,40.[76]

Бурная и мрачная погода продолжалась во всю ночь. Однако я не хотел пропустить благоприятствовавшего ветра и взял курс несколько южнее выше упомянутого южного острова. На старых картах Японии, приложенных к путешествию Кемпфера, к истории путешествий Г-на Лагарпа, и к истории Японии Шарлевоя, показан остров Фатзизио под широтою 31°,40, т. е. 1°,35 южнее, нежели на карте Арро-Смита, который последуя Даньвилю,[77] положил сей остров в широте 33°,15, а остров южной или t'Znyden Eyland под 32°,30. Итак прежде упомянутые определения не заслуживают никакой доверенности.[78]

По утру NO шторм несколько утих и уклонился к SSW. В 8 м часов подул ветр опять от NO и свирепствовал с прежнею силою, быв сопровождаем великим дождем. Во время скорой перемены ветра от SW к NO, при которой несколько минут было довольно тихо, показались многие бабочки и морские нимфы, бывшие явным признаком близости земли; в сие же время прилетела на корабль сова, которую естествоиспытатель Тилезиус срисовал, и почитал сие для себя немаловажным приобретением; погода была так пасмурна, что горизонт наш был не ясно виден. Возвышение ртути в барометре, при сей бурной погоде было столь велико, что судя по прежним примечаниям никак не ожидал я того, а именно: 29 дюйм. 45 лин. Господину Горнеру удалось взять несколько высот в полдень, по коим найдена широта 31°,13; долгота же вычислена 220°,50, совершенно сходственная с числимою. В сии последние сутки переплыли мы 181 милю и по карте находились около 1/4° севернее средины пролива Ван-Димена, которым пройти имел я намерение; а потому и держал курс W. Только днем склонялись мы несколько к северу, в чаянии увидеть землю. Мне неизвестно ни одно описание, в коем бы упоминалось о сем проливе, даже положение оного на Француских и Аглинских картах показано весьма различно. По Арро-Смитовой карте лежит пролив между островом Ликео, отделяемым от большего острова Киузиу узким проливом и островом, именуемым Танао-Сима. На Францускихзь же картах показан он между островами Киузиу и Ликео. Широта входа в оный довольно впрочем сходствует на обеих. Вскоре увидим, что показание сего пролива как на Француских, так и Аглинских картах весьма несправедливо. По прибытии нашем в Нангасаки рассказывал мне Капитан Мускетер, начальник бывшего там Голландского корабля, что пролив сей открыт в начале 17 го столетия случайным образом: а именно, что один Голландской корабль, шедши из Нангасаки в Батавию, пронесен сильным штормом вдоль пролива сего; почему Капитан сего корабля называемой Ван-Димен, дал ему свое имя. Г-н Мускетер, казавшийся мне весьма мало сведущим человеком, обещался прислать мне одну старую Голландскую книгу, в которой находится, по словам его, повествование об открытии сего пролива. Вероятно, что Японская недоверчивость и подозрение не позволили ему исполнить своего обещания.