Всеволод Галкин - Врач в пути

Наши советские коллеги, много лет работавшие в Китае, рассказывали, что у них и в мыслях никогда не было пользоваться этим видом транспорта.

Пекинцы дисциплинированны. Вот очередь на трамвай. Подходит, вагон (трамвайные вагоны ходят по одному, вместо звонков сигналят гудком), и кондуктор, выйдя, объясняет, что могут сесть столько-то человек. Ни один «лишний» не пытается втиснуться. Кондуктор помогает зайти в вагон, пропуская первыми стариков, маленьких детей, инвалидов. Сам садится последним, после чего, плотно затворив двери вагона, дает сигнал к отправлению. Выполнение правил движения на улицах города доведено до педантизма. Жест регулировщика для пешехода «священен».

В Пекине видны результаты «движения за санитарную культуру». Мусор выбрасывают только в урны. При мне мальчуган поднял оброненную им обертку от конфеты и понес довольно далеко к урне.

Вот группа людей засыпает щебнем большую лужу; вот жители нового дома дружно убирают мусор со своего двора, складывают его на пустыре и сжигают.

Это всячески поощряется: санитарное состояние каждого дома определяется специальной комиссией и соответственно оценивается флажками. Если санитарное состояние дома хорошее, над домом вывешивается красный флажок, если удовлетворительное — желтый, а если плохое — черный. Черный флажок — позор для жильцов дома.

Правило «Уходя, гаси свет» выполняется неукоснительно. Мы наблюдали много подобных моментов, характеризующих высокую дисциплину пекинцев и жителей других китайских городов.

Кстати сказать, в период нашего пребывания в Китае там начиналось «движение за пять хороших правил в жизни». Главное из них — «быть бережливым на работе и в домашнем хозяйстве».

В Пекине много достопримечательностей. Одна из них — главная площадь столицы Тяньаньмынь. Это обширное пространство, покрытое светло-желтой брусчаткой, окружено великолепными дворцами — бывшими резиденциями китайских императоров. Позолота причудливо изогнутых крыш, яркая роспись стен, необычные породы деревьев и кустарников, посаженных вокруг зданий, — все это приковывает внимание многочисленных посетителей старинной части города.

Бывшие императорские резиденции поражают и искусством виртуозной отделки, и своеобразием архитектуры, и богатейшими коллекциями, размещенными в залах дворцов. Здесь и уникальные коллекции оружия: клинки с рукояткой филигранной работы, и всевозможные ткани, и украшения из драгоценностей, и непревзойденные по красоте исполнения фарфоровые вазы, сервизы, и статуэтки из кости. Кажется, страшно дотронуться до нежной, миниатюрной фарфоровой чашечки, напоминающей едва распустившийся бутон белой розы. В одном из дворцов уникальная коллекция часов разной формы, величины; некоторые из них невероятно замысловаты: начинают отбивать время, и вдруг откуда-то из глубины механизма появляются летящие над часами искусно сделанные птицы, фигурки танцующих детей, играющие обезьянки и даже восходящее солнце, звездное небо, и все это «живет», звучит, движется, сверкает.

В парках дворцов созданы искусственные водоемы, «по камешку» сложены настоящие горы — вручную принесена земля, и на вершине разбит сад, где произрастают карликовые плодовые деревья.

Какими бы беглыми ни были впечатления от посещения дворцов-музеев, несомненно одно: огромный труд простых людей, безымянных китайских мастеров, вложен в сооружение этих изумительных исторических памятников.

Китайская гимнастика. Поездка к Великой китайской стене

На следующий день мы получили приглашение министерства здравоохранения Китая осмотреть Великую китайскую стену — одно из «чудес света». Лю сообщил об этом поздно вечером, а спозаранку разбудил нас и проводил к машине, за рулем которой сидел молодой китаец в безрукавке, шортах, сандалиях и в белых перчатках, а рядом — «страж» из Комитета общественной безопасности. Машина тронулась, и мы впервые увидели улицы Пекина в лучах восходящего солнца, когда еще совсем не жарко. Вообще жара здесь изнурительная, к тому же довольно пыльно, и, возвращаясь с улицы в номер, приходилось «спасаться» с помощью душа и установленного под потолком вентилятора.

Несмотря на ранний час, множество пекинцев разного возраста прямо на улицах занимаются гимнастикой. Они бегают, прыгают, выполняют разнообразные упражнения на тротуарах и на площадках между домами. Здесь любят спорт, и нет почти ни одного двора, где бы не была сооружена баскетбольная площадка.

У китайцев разработана и своя система физкультурных упражнений, названная «игрой зверей и птиц». По этой системе, включающей мягкие, плавные движения с очень умеренным, постепенным нарастанием темпа и объема упражнений, занимаются даже восьмидесятилетние.

«Игра зверей и птиц» (имитируются движения обезьян, тигра, оленя и аиста) известна в Китае с глубокой древности. Она развивает выносливость, ловкость и силу, а также имеет прикладное значение — нечто вроде джиу-джитсу.

Китайская гимнастика, доступная разным возрастным группам и одинаково полезная мужчинам и женщинам, сочетается с общеизвестными упражнениями: подскоками, приседаниями, сгибаниями рук в локтевых суставах, наклонами и т. д.

Как правило, китайскую гимнастику дополняет комплекс дыхательных упражнений (что благотворно влияет на систему дыхания и сердечно-сосудистую), а также элементы самомассажа, который заключается в более или менее длительном растирании кожи конечностей и в легком поколачивании мышц груди, живота.

Считается, что основоположником «игры зверей и птиц» был знаменитый китайский врач Хуа То (112–212 гг.), полагавший, что эти гимнастические упражнения — залог здоровья; они помогают лучше трудиться, чувствовать себя до глубокой старости бодрым и свежим, продлевают жизнь, но упражнения не должны быть слишком утомительными.

Одну и ту же картину мы наблюдаем во всех городах Китая, где нам пришлось побывать: 6–7 часов утра, и на улицах, во дворах, на балконах и даже на плоских крышах — всюду физкультурники.

Итак, мы едем к Великой степе. Сразу за городом начались поля кукурузы с высокими стеблями — в полтора-два раза выше человеческого роста, а далее — поля риса на обводненных участках. Ландшафт меняется. Вдали возникают горные гряды, дорога тянется вверх. Несколько похолодало, что было весьма приятно. Небо затянуло тучами, и пошел дождь. Дорога в общем неважная, покрытая щебенкой, под дождем немного «расползалась», машину заносило, трясло.

Примерно через два часа мы подъехали к Великой китайской стене. Лю рассказал, что степа, протянувшаяся на 5 тысяч километров, была построена около двух тысячелетий назад для защиты от вражеских набегов, а вернее, для сокрытия тогдашней высокой китайской цивилизации от «взоров иноземцев».