Тур Хейердал - В погоне за Одином

Пер же, наоборот, был ошарашен потоком ругани, выплеснутым на него в газетах. Художник по профессии, добряк по натуре, Пер вырос в физико-математической академической среде, где меньше поводов к ссорам и проявлению горячности, нежели в науке, где идет борьба между теоретическими реконструкциями происхождения видов и распространения культуры. Я получил высшее образование по естественным наукам, специализируясь на зоологии и теории наследственности, изучал также биологию, а кроме того, имею пятидесятилетний опыт сотрудничества с археологами. Попасть в компанию к Снорри и получить прозвище «пирата» — это не самое страшное из того, что мне пришлось пережить. Ведь я и сам принадлежал к научному миру, хотя уже в раннем возрасте успел попутешествовать по свету и побрататься с самыми различными народами. Основываясь на генной теории и учении о наследственности Менделя[16], а также на археологическом опыте исследования древних культур, я пришел к выводу о том, что разница между людьми, жившими в далекие времена, и нами не так уж велика, как принято считать.

Снорри жил в период, который мы называем «темным» Средневековьем. Он написал свои исторические труды в первой половине XIII в. И если мы по этой причине подвергаем сомнению его способности и достоверность его исторических сведений, то почему же мы верим классикам, снабдившим нас сведениями о всемирной истории? Ведь Геродот[17], Плиний[18], Тацит[19], Страбон[20] и Плутарх[21] жили на тысячу лет или даже еще раньше, чем Снорри!

Снорри был католиком, как и все в его время на Севере. Через несколько веков наступила Реформация, и на всей территории от Ирландии до Скандинавии заполыхали костры, в которых сжигались церковные архивы и еретические письмена. Возможно, Снорри, живший в относительно изолированной среде в Исландии, имел доступ к копиям греческих карт или документов, которые потом погибли? А иначе, откуда он мог знать, что Танаис — это бывший греческий город в дельте Дона? И почему он поместил святилище древних асов в то место, где теперь расположен город Азов?

В XIX в. наши протестантские религиозные историки заявили, что сведения Снорри недостоверны: Снорри, мол, будучи близким другом норвежского короля, написал, что Один был реальной личностью и стал родоначальником королевского рода на Севере. И все это Снорри написал якобы для того, чтобы угодить королевским семьям этих стран. Так родилась догма об историзации мифологических богов.

Однако не означает ли это — поставить все с ног на голову? Ведь то, что написал Снорри, было, скорее, оскорблением для королевского рода. А вот религиозные историки XIX в. в угоду своим христианским королям отвергли утверждение Снорри о том, что будто короли ведут свой род от языческого бога Одина. Короли могли происходить только от христианского бога!..

Так кто же виноват в фальсификации истории? Снорри, который рискнул утверждать, что все северные короли происходят от беженца из Танаиса у берегов Черного моря, или же те, кто принял догму о том, что Снорри придумал историю о происхождении королевского рода шутки ради или чтобы польстить королям?

Возможно, Один был не так уж плох, как его стали изображать после введения христианства, когда он из почитаемого бога викингов превратился в презренного языческого божка. А ведь отцы церкви встали на борьбу с Одином, вооружившись Библией и мечом, и представляли его своей пастве чуть ли не в виде самого дьявола.

А если Один действительно был родом из степей близ устья Дона, из региона, где в начале нашего летоисчисления происходила встреча мировых культур, может быть, он был не хуже других воинов, сражавшихся на полях боев в те времена? Иначе он вряд ли бы стал столь популярен среди северных народов, которые обожествили его несмотря на то, что он покорил их и обложил данью.

А что говорит об этом Снорри?

Снорри поместил начало истории Севера в устье Дона, и мы с Пером решили еще раз прочесть труды этого знаменитого исландца, который заложил основы истории северных народов.

Мир Снорри Стурлусона

Норвежец и швед сидели в уютной старой вилле на Канарских островах и вели беседу об истории своих стран.

Тур. В школе нас учили, что все короли имеют божественное происхождение, но тогда мы не задумывались о том, от какого бога они происходят. А чему вас учили в Швеции?

Пер. Нам говорили, что наш король происходит от одного из наполеоновских маршалов[22], и больше мы на эту тему не рассуждали.

Тур. Значит, у нас было больше оснований для размышлений. Ведь нас учили, что Бог только один. Тот, что на небесах. И мы не задумывались над тем, как короли спустились вниз к обычным людям. А вообще-то, будучи норвежцем, я вырос с твердой верой в то, что всемирная история началась с Харальда Прекрасноволосого[23]. Ведь именно он объединил Норвегию! А у него не было других предков, кроме отца, Хальвдана Черного[24], который доехал лишь до Рансфьорда[25], где утонул, когда его сани провалились под лед.

Пер. А ты не интересовался тем, откуда взялся этот конунг?

Тур. Нет. Нам и так приходилось зубрить даты жизни и царствования королей, которые были потом. В глубине души мы думали, что он выехал на своих санях из туманов Гудбраннсдален[26] со своими домовыми, хюльдрами[27] и троллями, бежавшими за ним по пятам. Ведь короли были из мира сказок вместе с Пером, Полом и Аскеладденом[28], которые остались с нами после того, как с введением христианства исчезли тролли и вся остальная нечисть.

Пер. А все же интересно, откуда взялась вера в то, что в жилах королей течет божественная кровь?

Тур. Именно это и пытался выяснить Снорри, когда было введено христианство. Однако в XIX в. религиозные историки заявили, что королевские роды происходят от христианского бога. А поскольку Снорри утверждал иное, его обвинили в недобросовестной «историзации». Однако у Снорри были близкие друзья из королевского рода, которые слышали об Одине еще до того, как христианство одержало победу над язычеством на Севере. Возможно, Снорри, создавая свои королевские саги в XIII в., знал что-то такое, чего не знают сегодня те, кто осуждает его за «историзацию» Одина?

Пер. Когда короли принимали христианство, а было это незадолго до появления Снорри, они считали Одина своим прародителем. По всей Скандинавии было множество ярлов и семей знатного рода, исчислявших свою родословную от потомков Одина. Своих королевских предков они почитали, и в течение шестисот лет после смерти Снорри его никто не обвинял в том, что он «очеловечил» Одина. И только позже его осудили христианские историки за то, что он начал историю северных королей с обожествленного в эпоху викингов Одина.