Тим Северин - По пути Ясона

Я впервые слушал грузинскую песню вживую — в последующие дни нам довелось слышать их снова и снова, — и этих песен мы и мои спутники никогда не забудем.

Ясона и аргонавтов в царстве Эета ожидал далеко не столь радушный и теплый прием. Они приближались к побережью Колхиды с величайшей осторожностью, скрываясь от дозорных под покровом тьмы. Четверо юношей, спасенных с острова Ареса, предупредили аргонавтов, что их дед хитер, жесток и не жалует чужестранцев, приходящих незваными: обычно он велит схватить чужаков и предать смерти. Поэтому аргонавты проникли в Колхиду тайком, словно взломщики в хорошо защищенный дом. Они вошли на веслах в устье Фасиса и поднялись немного вверх по течению реки, где и укрыли «Арго» в тростнике на болотах, а сами принялись держать совет, как им похитить золотое руно у правителя колхов.

Согласно Аполлонию, Ясон решил соблюдать обычай и рассудил, что, раз Эет предложил кров и пищу беглецу Фриксу, прибывшему в Колхиду, аргонавтам следует открыто поведать царю о своих намерениях. Так они смогут узнать, считает ли царь их друзьями или врагами. И вот Ясон направился во дворец Эета, взяв в руку жезл Гермеса (знак посланца, пришедшего с миром); его сопровождали аргонавты Теламон и Авгий и внуки царя Эета, которым предстояло объяснить деду, зачем аргонавты приплыли в Колхиду.

Царский дворец, по Аполлонию, лежал на правом, северном берегу реки Фасис. Чтобы добраться до него с болота, где укрыли «Арго», нужно было миновать странные места: «Там росли в изобилье / Ивы речные одна близ другой, росли там и вербы, / А на верхних ветвях, привязаны вервием крепким, / Трупы висели». По местному обычаю в земле хоронили только женщин; когда умирал колх, его тело заворачивали в сыромятную воловью кожу и вешали на дерево «вне города». Густой туман над болотами, ниспосланный богиней Герой, должно быть, делал дорогу еще более зловещей, однако он и скрывал чужаков и позволил Ясону и его спутникам беспрепятственно достичь ворот крепости.

Дворец представлял собой обширный комплекс с вереницей внутренних дворов, балконами, пристройками и многочисленными помещениями. За «двустворными дверями» находились покои самого царя и его сына и наследника Апсирта, а также «женские горницы», где проживали обе дочери Эета, царевна Медея и царевна Халкиопа, их помощницы и служанки. Ясон и его спутники обнаружили, что ворота распахнуты, вошли внутрь и увидели, что придворные заняты повседневными делами: служанки пряли и ткали, рабы собирали хворост, разделывали тушу быка и нагревали воду для мытья.

По всей вероятности, описание дворца Эета — фантазия Аполлония, который старался поразить читателей-современников иноземными чудесами и красотами. Возможно, это описание основывается на неких общих идеях о том, как могло быть устроено дворцовое пространство. Кстати, утверждение поэта, что царь Эет, правивший Колхидой, когда туда прилетел Фрикс, был жив и здоров во времена аргонавтов, также представляется сомнительным: историки полагают, что Эет — не имя собственное, а титул колхидских царей, во всяком случае, для греков, которые всех царей Колхиды именовали эетами.

Нежелание Ясона лгать подвергло предводителя аргонавтов опасности. Царь пригласил гостей разделить с ним еду, а после пиршества спросил у своих внуков, почему те столь быстро возвратились, да еще привели с собой чужаков. Арг, старший из четверых, поведал, что они потерпели кораблекрушение у острова Ареса, были спасены аргонавтами и приплыли домой. А чужаки, продолжал он, прибыли за золотым руном, которое хотят забрать с собой в Грецию. Если Эет согласиться отдать баранью шкуру, Ясон и аргонавты готовы помочь колхам в их затяжной войне с северными соседями — савроматами.

Эет разгневался, обрушился с бранью на Ясона, Авгия и Теламона и поклялся, что если аргонавты тотчас же не покинут пределы его царства, то жестоко поплатятся за свою дерзость. Все, что они рассказывают о золотом руне, — ложь. На самом деле они приплыли сюда, чтобы убить царя и завладеть его троном. Если бы их не защищали законы гостеприимства, он бы отрубил им лживые языки и руки и отослал бы изувеченными обратно, чтобы все узнали, как Эет поступает с незваными гостями.

Ясон сохранил хладнокровие и повторил, что готов со своими товарищами присоединиться к колхам и выступить на савроматов, если ему отдадут руно. И если Эет прислушается к голосу разума, тогда он, Ясон, клянется сделать так, чтобы имя царя восхваляли во всей Элладе.

В итоге получилось, что бедняга Ясон снова угодил в ту же ловушку, с которой, собственно, и начался поход за золотым руном. Тогда Пелий смутил его разум обещанием уступить трон Иолка, а теперь царь Эет сказал Ясону, что тот получит руно, если исполнит его повеление: «Если и вправду ваш род от богов, если мне не уступишь / Ты ни в чем, явившись сюда за чужим достояньем, — / Дам золотое руно увезти, как того ты желаешь, / Но испытаю сперва». Юноше предстояло подвести под ярмо двух огнедышащих быков, что паслись на священной равнине Ареса на другом берегу реки, потом прогнать животных по «ниве Ареса четырехдольной» и засеять борозды зубами дракона, из которых вырастут воины в медных доспехах, каковых надлежит убить; все это требовалось совершить в промежуток от рассвета до заката. Эет прибавил, что эти деяния не являются невозможными, что сам он «свершает сей подвиг своими руками». Если Ясон выкажет себя достойным и справится с испытанием, он получит желаемое.

На самом деле Эет замышлял покончить с аргонавтами и приказал своим воинам, даже если Ясон выдержит испытание, сжечь «Арго» вместе с командой. Что же касается его четверых внуков, тех за ослушание и за то, что привели в Колхиду чужестранцев, царь намеревался изгнать.

Тут в историю аргонавтов вступает царевна Медея. Аполлоний говорит, что она приметила Ясона, едва тот вошел в ворота. Пригожесть микенца поразила ее в самое сердце, и она с первого взгляда полюбила юношу. Пока гости вели беседу с Эетом, Медея пряталась в своих покоях, разрываясь между любовью к чужаку и дурными предчувствиями относительно своей любви. Впрочем, она знала, что, что бы ни случилось, страсть ей не победить, а значит, она должна помочь Ясону, даже если придется пойти против воли отца.

В Колхиде Медею знали как деву, наделенную магическими способностями, но свою зловещую репутацию она заслужила позднее, в Греции. Пока же о ней говорили, что она знает все чудесные травы, умеет плести чары и насылать наваждения. Кошмарное превращение Медеи из влюбленной колхидской девы в смертоносную колдунью — одна из самых известных метаморфоз греческой мифологии. Однако поначалу она была вполне привлекательной фигурой. Когда Ясон вернулся на «Арго», сын Фрикса Арг упомянул о колдовском даре Медеи и посоветовал аргонавтам искать у нее помощи против царя. Он вызвался отвести Ясона туда, где царевна окажется в одиночестве, — в храм подземной богини Гекаты.