Константин Бадигин - Три зимовки во льдах Арктики

Наступает ночь, наступает зима.

Сегодня снова дует шестибальный ветер с юго-юго-востока. Метет пурга. Снегу навалило уже на 10 сантиметров.

Теперь можно сказать наверняка: приди „Ермак“ на неделю позже, он не пробился бы к каравану.

Весь день, разбирая списки продовольствия, обдумывал, как лучше составить меню, чтобы пища была разнообразна. Вот как складывается наш примерный суточный рацион (беру один из дней на выбор): завтрак - какао с молоком, сыр, булка, витамин С; обед - солянка сборная, свино-бобовые консервы с жареной грудинкой, чай с шоколадными конфетами и печеньем; ужин - солянка, чай с абрикосовым вареньем, печенье; вечерний чай - ветчина отварная, чай с конфетами „Сибирь“.

Начали поднимать шлак из кочегарки на палубу. Засыпаем им железную палубу на ботдеке над камбузом, чтобы повар не замерз у своей плиты. Под толстым слоем шлака ему будет теплее.

„Кинофестиваль“ продолжается. Сегодня Шарыпов демонстрировал фильм „Дети капитана Гранта“. Но как только закончим консервацию машин и потушим огни под вспомогательным котлом, придется объявить заговенье: ради одного кино жечь топливо не будем.

Чтобы на судне было больше чистоты и порядка, ввел дневальство. Будут дежурить по очереди все члены экипажа - каждый по пятидневке. Дежурный обязан убирать кают-компанию и топить в ней камелек, подавать еду, мыть посуду. График очередности составил Андрей Георгиевич.

Сегодня дневалил Бекасов. Он весьма старательно убирал коридоры, кают-компанию, мыл посуду. Но роль официанта ему решительно не по душе, и он то и дело заставлял нас дожидаться смены блюд во время обеда. Не приноровился Бекасов пока и к камельку, - он у него все время тухнет. Ну, да ничего, обучится и этим премудростям.

Где-то в Восточно-Сибирском море сейчас дрейфует бот „Ост“. Его не успели вывести из льдов, и команда этого суденышка находится примерно в таком же кочующем положении, как и мы. Сегодня я послал своим невольным коллегам телеграмму - предлагаю установить связь и переписываться по радио. Мы их будем поддерживать, а они нас.

8 сентября. День посвятил составлению списков аварийного запаса. Дело ответственное и серьезное. От того, как мы организуем его, многое будет зависеть.

Вот из чего складывается пятимесячный аварийный запас продовольствия, который мы выгрузили на лед:

1. Шоколад - 40 кг.

2. Печенье - 250 кг.

3. Мука белая, 30-процентная, - 150 кг.

4. Спирт винный - 60 литров.

5. Мясокопчености - 50 кг.

6. Молоко сгущенное - 500 банок.

7. Сахар - 240 кг.

8. Витамин С - 18 кг.

9. Какао - 15 кг.

10. Горох - 40 кг.

11. Рис - 100 кг.

12. Консервы мясные - 848 банок.

13. Сыр - 100 кг.

14. Сухие овощи - 1,2 кг.

15. Сушеный лук - 12 пачек.

16. Сухие фрукты - 50 кг.

17. Крупа гречневая - 80 кг.

18. Томат - 1 банка - 3,5 кг.

19. Консервы мясо-растительные - 192 банки.

20. Сельди - 1 бочонок - 100 кг.

21. Масло сливочное - 180 кг.

22. Масло растительное - 2 бочонка - 150 кг.

23. Соль - 75 кг.

24. Чай - 5 кг.

25. Кофе - 15 кг.

26. Конфеты - 35 кг.

27. Коньяк - 20 бутылок.

28. Папиросы „Красная звезда“ - 1 ящик.

29. Спички - 1000 коробок.

30. Мыло туалетное - 1 ящик.

9 сентября. Полная перемена декораций! Вчера была зима, а сегодня будто началось лето. Ветер утих. Температура поднялась выше нуля. Все тает. Отовсюду каплет, словно с крыш московских домов в апреле. Висят сосульки.

Около полудня неожиданно показалось солнце. Буйницкому удалось на миг „схватить“ его, но после этого оно спряталось, и определить место судна не удалось.

Целый день упаковывали продукты аварийного запаса в ящики. Механики продолжают разборку трубопроводов и ставят машину на консервацию. До отказа выкачали воду из поддонов, чтобы предупредить их замораживание.

Поздно вечером неожиданно узнал, что летчик Козлов летит к нам в разведку. Сразу поднялось бурное оживление: видимо, будет сделана еще одна попытка вывести „Седова“ из дрейфа.

Козлов к нам не долетел. Из-за тумана ему пришлось сесть на острове Котельном. Пароход „Моссовет“, груженный углем, все еще стоит у кромки льда, кого-то ждет.

Я получил неофициальные сведения, что новому ледоколу „И. Сталин“ поручено пробиться к нам. Задача очень трудная, ведь время для этого похода неподходящее. Но... что, если и в самом деле новая оттепель позволит ему пробиться к нам?..

10 сентября. Пока никаких подтверждающих сведений о походе ледокола „И. Сталин“ нет. Поэтому продолжаем готовиться к зимовке. Сегодня засыцали шлаком из кочегарки кормовые ростры над помещением команды.

Много хлопот доставляют метеонаблюдения: Козлов, просит давать сводки о погоде по радио каждый час, - ему не терпится прилететь к нам. Мы, конечно, не возражаем.

По-прежнему дует южный ветер. Сегодня, наконец, удалось определить координаты: 83°21',8 северной широты, 138°05' восточной долготы, а последние восемь дней продрейфовали около 10 миль почти прямо на север. Если так пойдет дело дальше, скоро „разменяем“ 84-ю параллель. А туда даже ледоколу „И. Сталин“ с его 10 тысячами лошадиных сил будет добраться трудновато.

Быт наш понемногу налаживается. В часы досуга большое удовольствие доставляют новые патефонные пластинки, привезенные „Ермаком“. С огромным интересом слушаем концерты, передаваемые по радио из Москвы.

А сегодня у нас состоялся еще один концерт, единственный в своем роде: дебютировало трио четвероногих, заставившее покатываться со смеху даже самых флегматичных членов экипажа.

Наши щенки Джерри и Льдинка, родившиеся у собаки Машки среди льдов, обладают крайне ограниченным кругом познаний и поэтому с огромным любопытством воспринимают всё новое на корабле. И вот сегодня, когда я отправился в твиндек на „свиноферму“, где Гетман заботливо откармливает двух свиней, полученных нами от ермаковцев, Джерри увязалась за мной и проскользнула за загородку.

Могучие жирные боровы встретили гостя недружелюбно, и когда Джерри попыталась поиграть с ними, она едва не поплатилась жизнью. Свинья уже сцапала Джерри за хвост, когда я выручил несчастную собачонку.

Поднялся неимоверный визг и вой на весь корабль. Теперь наши щенки больше всего на свете боятся свиней и вздрагивают, услышав хрюканье...

11 сентября. Почти весь день давали ежечасные сводки погоды Козлову, и все зря: полет его, в конце концов, отменили.

Решили завтра устроить выходной день: мы работали без отдыха 18 дней.

Сегодня - очередной сюрприз: начались незначительные подвижки льда, и судно сразу же повалилось на левый борт. Крен достиг 12 градусов.