Виктор Трубников - Три года в Кувейте

После окончания второй ступени спецшколы учащихся переводили в обычную среднюю школу, где они занимались еще четыре года, находясь все время под наблюдением врачей физиотерапевтического центра Ас-Сабах-госпиталя, в школе для детей — больных полиомиелитом, или в ортопедическом госпитале.

Занятия в школе строились следующим образом. 5–7-часовой рабочий день разбивался на две половины. В промежутках между ними дети получали лечебные процедуры, отдыхали, ели. В конце дня детей кормили второй раз, после чего развозили по домам на автобусах или на специально оборудованных легковых автомобилях. Этим же транспортом они приезжали в школу.

При школе был создан интернат (на 60 мест) для детей с особенно тяжелой патологией опорно-двигательного аппарата (с тотальными параличами верхних и нижних конечностей, мышц туловища, таза и т. д.), для детей из малоимущих и далеко живущих семей, а также для детей, приезжающих на лечение в Кувейт из соседних арабских стран. Количество последних составляло примерно 25 % всех учащихся.

Лечебный корпус школы в основном представлял собой огромный спортивный зал, предназначавшийся для занятий по общей специальной гимнастике и для спортивных игр, направленных на укрепление той или иной группы мышц. Гимнастика и игры были обязательны для всех больных, а лечебная физкультура, массаж и физиотерапевтические процедуры назначались индивидуально, с учетом патологии больного ребенка.

Спортивный зал был оборудован специальным инвентарем, различными манежами, лестницами, ступеньками, параллельно стоящими невысокими поручнями и различной аппаратурой для механической терапии верхних и нижних конечностей, позвоночника и таза. В отдельном отсеке размещалось оборудование, необходимое для проведения тепловых процедур, электро- и водолечения. В частности, здесь были построены большие фигурные ванны (бассейны для подводного гидромассажа, наклонного и вертикального вытяжения и т. д.), оснащенные электроподъемниками, с помощью которых носилочных больных опускали в воду, а после выполнения необходимой процедуры извлекали из нее. В комплексном лечении детей, перенесших полиомиелит, физиотерапевтическому лечению придавалось большое значение. Тщательно продуманная вентиляционная система и кондиционированный воздух создавали во всем помещении приятный микроклимат далее в летнее время.

Методическая сторона проведения всех физиотерапевтических процедур находилась в ведении врача-физиотерапевта Эмэль Абу ан-Нага из Ас-Сабах-госпиталя, которая посещала школу еженедельно. Контроль за общим состоянием здоровья всех детей трижды в неделю осуществлял врач-педиатр.

В лечебном корпусе работали 11 физиотерапевтов (6 мужчин и 5 женщин), закончивших в Каире четырехгодичный высший институт физиотерапии. В институт принимались лица, получившие образование в полной средней школе (12-летнее обучение). Окончание института не давало выпускнику врачебного диплома. Несмотря на это, все физиотерапевты спецшколы, кстати сказать, люди молодые (им всем было до 30-ти), хорошо знали свое дело. Старшим среди них по занимаемому положению был египтянин Самир Мухаммед Юнее, с которым я проработал рука об руку более трех лет. Он хотел скопить денег и продолжить свое образование. Мечтал поехать на учебу в Советский Союз, но его пугали трудности языка. К языкам у него вообще способностей, видимо, не было: даже по-английски он говорил очень плохо.

Среди женского состава физиотерапевтов была 23-летняя Мадиха Мунир Салех, довольно сносно говорившая по-русски. Она заинтересовала меня тем, что в прошлом в течение года жила с отцом, матерью и братом в Москве на Садово-Самотечной улице. Отец ее в то время был сотрудником египетского посольства в СССР.

Несколько слов скажу о протезно-ортопедических изделиях. Они изготавливались в специальных мастерских, размещавшихся, как уже упоминалось, в отдельном корпусе. Специальную обувь и различные аппараты я назначал только в присутствии исполнителя заказа — техника-протезиста. Нередко по ходу их изготовления приходилось уточнять возникавшие у техников вопросы, что позволяло вовремя избежать ошибки и способствовало улучшению качества протезно-ортопедических изделий. Такое содружество врача-ортопеда и специалиста-протезиста всегда служило на пользу больному.

Помимо медицинской реабилитации (восстановления функций органов опоры и движения человеческого тела) спецшкола проводила поистине огромную работу по социальной реабилитации (формированию в сознании больных детей чувства полноценных членов общества). Этим целям, в частности, служила кропотливая работа большой группы психологов, а также специалистов по воспитанию в детях трудовых и производственных навыков. Нет необходимости говорить о том, что воспитание в физически неполноценных детях чувства полезности обществу имеет огромное значение.

К работе в школе были привлечены педагоги прикладного искусства и различные другие специалисты. Большое количество разнообразных классов, хорошо оснащенных современным оборудованием, машинами и дорогостоящим первоклассным сырьем, предназначалось для трудотерапии.

Мне бы хотелось отметить одно очень важное обстоятельство. Постановка дела в школе была такова, что дети, обучаясь трудовым навыкам, так сказать, не играли в свою будущую специальность, а по-серьезному осваивали ее и действительно создавали что-то полезное. Специальные комиссии отбирали лучшие образцы детского творчества и либо направляли их на регулярно организуемые детские выставки, либо безвозмездно передавали их в пользование другим школам. Часть же продукции с успехом реализовывалась на местном рынке, а на вырученные деньги детям покупали подарки. Конечно, в такой богатой стране, как Кувейт, школа могла обойтись и без этого источника дохода, но педагоги стремились укреплять в детях сознание и веру в то, что результаты их труда полезны и что их труд может принести им материальное обеспечение в будущем.

В трудовые классы детей отбирали с учетом их стремлений, индивидуальной патологии, а также пола. Хорошее впечатление произвело на меня отделение гончарных и керамических изделий. Предметы, изготовлявшиеся здесь, выполнялись из лучших сортов белой глины, специально выписанной из КНР и ФРГ. Экспозицию работ детей в смотровом зале украшали тоже сделанные детьми декоративные вазы, различные кувшины, светильники и портреты эмира и кронпринца Кувейта. Ребят, склонных к изготовлению продукции из кожи и ледерина, приобщали к шитью красивых поясов и кобур для игрушечных детских пистолетов, спортивных тапочек, чехлов для теннисных ракеток и пр.