Планета в косметичке - Голубицкая Жанна

В Греции все есть… и это надо съесть!

Я не поведу тебя популярными туристическими тропами по местам, упоминаемым в мифах Древней Греции, не преодолею с тобой знаменитые 999 ступеней, ведущие на Акрополь, и не поведаю красивых легенд из античной истории. Я даже не позову тебя полюбоваться на закате храмом Посейдона, парящим в 60 метрах над морем, хотя на его стенах оставил автограф сам лорд Байрон. Я не сделаю этого всего, потому что в Греции я не была… Я там ела!

И мне совсем не стыдно признаться в том, что я наведалась в Грецию исключительно покушать — потому что кулинарные шедевры Греции ничуть не хуже исторических. И ради них тоже стоит посетить эту древнюю и гостеприимную землю. Моя Одиссея оказалась только гастрономической, но я ничуть об этом не жалею! Вот как это вышло.

Я устроилась подработать по краткосрочному контракту переводчицей к богатому греку. Он собирался открыть в Москве свой меховой магазин и вел переговоры с различными инстанциями. Сам он прекрасно говорил по-английски, но, учитывая специфику некоторых российских контор, ему нужна была переводчица с русским. Ею и стала я — на месяц и за очень неплохой гонорар. Грека звали господин Константинидис Пападрикопулос. Первые два дня работы я честно пыталась это выговорить, а на третий босс меня пожалел и позволил называть его просто Константин. Из соображений субординации я исправно прибавляла к своему обращению слово «господин». С «господином Константином» мы быстро подружились. И злопыхатели, наверное, даже усмотрели бы в наших приятельских отношениях скрытую романтическую интрижку, когда б мой шеф не был геем. Причем абсолютно не скрывал этого. А заподозрить меня в романе с лицом нетрадиционной ориентации, да еще 60 лет от роду, было чересчур даже для сплетника с самой богатой и извращенной фантазией.

Зато для своих лет господин Константин был в отличной физической форме: увлекался теннисом и гольфом, любил хорошо одеться и со вкусом развлечься и живо интересовался всем вокруг. Еще господин Константин коллекционировал картины, рецепты национальных кухонь и номера телефонов красивых мальчиков. И моя работа (к моей большой радости) в основном сводилась к тому, что я водила своего босса по музеям и художественным галереям, а также по ресторанам и ночным клубам. А пару раз даже принимала горячее участие (в качестве переводчицы) в выборе для господина Константина партнера на ночь.

Мой босс как раз собирался на уик-энд смотаться в Дубаи — покутить со своей новой пассией мужского пола в отеле «Grosvenor House», который, едва успев открыться, попал в список лучших отелей мира. А господин Константин все лучшее в мире предпочитал видеть лично и испытывать на себе. Но тут неожиданно его вызвали в Афины. Как раз на выходные. Константин очень огорчился, но дело было безотлагательным и требовало его личного присутствия. Что-то связанное с семейными делами и нотариальными бумагами.

Мой своенравный грек очень не любил, когда что-то складывалось не так, как он планировал. Первые пять минут он прикидывал, стоит ли взять с собой в Афины своего «мальчика», чтобы не нарушать совместные планы? Но быстро решил: там, где семья, не место всяким сомнительным связям. «Грязь, как бы ты ни любил ее сам, в семью никогда не тащи!» — любил повторять Константин. А надо сказать, что на родине у него была не только нормальная жена, но и пятеро детей и трое внуков. И он считался прекрасным семьянином. Во всяком случае, его семья жила в собственной вилле на частном греческом острове и ни в чем не нуждалась.

Константин явно ломал голову: как совместить полезное с приятным? Смотаться в Афины и уладить дела и в то же время устроить себе какой-нибудь небольшой entertainment — развлекуху? А лучшей развлекухой для моего грека, как я уже поняла, было демонстрировать свои неограниченные возможности перед наивным, восторженным и неискушенным российским молодняком типа его дружков из ночных клубов или меня — переводчицы по найму. Ну, нравилось господину Косте выглядеть в собственных глазах эдаким Прометеем, несущим огонь в дремучие и отсталые русские массы! И поэтому он решил:

— Ты полетишь со мной в Афины!

Я опешила. Да нет, в принципе, я только рада, но зачем? Ведь это лишние деньги на билет, на ночлег… Но мой шеф уже перевозбудился от собственной идеи:

— Не возражай! Я тебе обещаю незабываемый день в Афинах! Ну когда ты еще в своей жизни сможешь полететь первым классом греческой авиакомпании? И ночевать в резиденции самих Онассисов? Это семья покойного греческого судовладельца, магната и самого богатого человека на Земле, если ты не в курсе! Мне это ничего не стоит, забудь… Я беру тебя для собственного удовольствия. Я хочу провести тебя по лучшим тавернам Афин! Это мой город, моя национальная кухня, моя гордость и мое желание всем этим похвастаться. Я хочу, чтобы девушка из холодной северной страны влюбилась в мою Грецию — раз и навсегда! Дела в Афинах займут у меня всего пару часов, и мы сразу же начнем наш афинский кулинарный марафон — будем беспрестанно есть и пить! Так что готовься! Ничего не ешь, а еще лучше — поставь очистительную клизму! — и господин Константин радостно захохотал.

В нем было столько детского восторга по поводу своей выдумки, что отказать ему я просто не могла! Да и, честно говоря, мне самой очень хотелось увидеть Афины, полетать первым классом, пожить «у Онассисов» и вкусно поесть. Все это звучало крайне заманчиво!

Скажу сразу: по результатам поездки в моей голове образовалась целая карусель из впечатлений, запахов, видов и вкусов. Я, как парфюмер Зюскинда, жадно вбирала в себя все ароматы Греции. И пытаясь сохранить их в памяти, не растеряв в вихре новых приключений, делала короткие схематичные заметки: пункт гастрономического марафона, чем мы в нем угощались и чем развлекались. В итоге, из всего зажигательного коктейля под названием Греция до «потомков» — то есть до тебя — дошли только эти телеграфные послания. Все остальное смешалось в моей голове, как в доме Облонских. Шутка ли: столько есть и столько пить! Для подобного греческого марафона нужна не только олимпийская выносливость, но еще здоровье Аполлона и характер Зевса-Громовержца.

Пункт 1. Плака. Старейший район Афин, подножие Акрополя, сотканное из узких извилистых улочек, ведущих в гору. Здесь нет новых зданий, очень мало транспорта, зато много туристов и очень много кошек. Кошки — везде! И ведут себя как маленькие, но полноправные греческие богини!

Запомнившаяся еда. «Гаридес саганики» «Garides Saganyki» (креветки в томате и коньяке с рукколой) и фрэш из сельдерея с каплей оливкового масла в «Milton’s» на ул. Адриану, дом 19. Салат «Хорьятики» и греческий мускат в таверне «Psaras» на ул. Эрехтеос, дом 16. Бренди «Метакса» 5-летней выдержки из греческой амфоры с салатом из роз в ванильной крошке в ресторане «Diogen» под самым Акрополем. Кофе, приготовленный в горячем песке, и медовые катаифи в «Tango Café» в Псирри — самой богемной точке Плаки.

Сопутствующие увеселения. Интересный и мобильный, как калейдоскоп, вид из окон «Milton’s» на нарядных афинян, прогуливающихся по старинным улочкам. Релакс на открытой террасе «Psaras» и изучение меню, в котором оставили свои автографы отужинавшие здесь Вивьен Ли, Лоуренс Оливье, Бриджит Бардо и Лиз Тэйлор. Зажигательный сиртаки с битьем посуды под предводительством шеф-повара и с участием всех посетителей в «Diogen». Разглядывание роскошных кутюрных нарядов и крокодиловых сумочек посетительниц «Tango Café».

Пункт 2. Колонаки. Самый буржуазный район Афин — с бутиками, клубами и амбициями.

Запомнившаяся еда. Огромное блюдо мусаки на двоих в «Prutaneion» на ул. Миллиони, дом 7. Магирица (жаркое из бараньего ливера) и молодое вино с острова Родос в «Canari’s Corner» («Канареечном углу») на одноименной улице, дом 1. Македонская халва и персиковый ликер в кофейне «Da Capo» на площади Колонаки. Коктейль «Греческая смоковница» на основе бренди в лаунж-кафе на крыше ресторана «Grande Balcon» в бутик-отеле «St. George Lycabettus».