Марлена де Блази - Дама в палаццо. Умбрийская сказка

Приходили мне в голову и более сложные мысли. Я, помятуя о своей способности приглашать к сближению, знала, что умею порой и отказать в нем. Не сама ли я провела границу, а винила их? Не я ли топала среди них в тяжелых сапогах, когда могла бы так же легко обезоружить их, ощущая себя одной из них, чтобы и они приняли меня как свою? Не я ли отвечала высокомерием на их надменность, не я ли неестественной серьезностью отпугивала людей, как делала в детстве? Неужели я забыла великую тайну, открывшуюся мне в те времена? Среди нас нет совсем больших, все мы маленькие.

Глава 15

ВОЛОСЫ ЦВЕТА КРАСНОЙ МЕДИ

— Правда? — спросила я Князя.

— Да, правда. Я хочу съездить с вами во Флоренцию. На два-три дня. Я никогда не останавливался во Флоренции на несколько дней. В сущности, если не считать тех раз, когда возил Флори в клинику, я много лет там не был. Нет, не принимайся за поиски тайных мотивов. Просто я хочу во Флоренцию, и хочу побыть там с тобой и Фернандо. Мне не повредит отдохнуть от руин, и вам тоже, от ваших. Есть вести от Убальдини?

— Нет. Ни слова.

— Ну, вы неплохо проводите время, живете в хорошем месте, работаете. Пусть жизнь идет себе как идет.

Эта мысль вызвала у меня немой вопль протеста. Хоть я и знала, что так будет, хочу я того или нет.

Барлоццо, не объяснив причин, назначил нам встречу во Флоренции. Предпочел ехать поездом от Кьюзи, а не вместе с нами.

— Мы тоже поедем поездом.

— Нет, я хочу ехать один. Мне нужно кое в чем разобраться, а поезд для этого — лучшее место. А ты, будь так добра, спланируй все, как для своих туристов. Выбери отель, подумай, где будем ужинать.

— Ручаюсь, ты никогда не бывал на главном рынке в семь утра!

— Я и в полдень там не бывал.

— И не едал тушеного телячьего рубца в хрустящем хлебце у Нербоне?

— Я не люблю потроха, кто бы их ни готовил, и не думаю, что, отправившись с вами во Флоренцию, я обязан есть все, что взбредет в голову есть вам.

Я сменила тему.

— Ты сможешь попасть в «Порта Росса» до полудня?

— Буду ждать вас в одиннадцать.

— Можно спросить, что ты берешь с собой? Тебе понадобится что-то поприличнее твоих «вечных» штанов, нет?

На этот вопрос он предпочел не отвечать, а я предпочла его не повторять.

— Где эта чертова «Порта Росса»?

Я стала рассказывать ему историю отеля, где он расположен, и о человеке со стоянки через дорогу, с которым была знакома больше двадцати лет, и о комнате горничных, в которой, экономии ради, жила с детьми, когда они были маленькими. План был готов.

— А насчет флорентийского гардероба, — добавила я, — почему бы нам там вместе не походить по магазинам? У меня со времен Венеции не было нового платья — настоящего, магазинного платья, а Фернандо нужны рубашки. Мало сказать, нужны — все его банкирские полосатые или белые с белым узором и круглыми воротничками отправились на свалку. Да, превосходно. В субботу вечером поход по магазинам.

Я ожидала, что идея закупок опечалит обоих, но ничего подобного.

— С удовольствием, Чу. Ты знаешь, куда идти и все такое? — спросил Барлоццо.

— Да, думаю, что знаю.

— Я хочу что-нибудь английское. Твидовое, — заявил Фернандо.

— Я думал, тебе нужны рубашки, — заметил Князь.

— Я иногда хочу не того, что мне нужно.

— Это чувство мне понятно, — отозвался Князь.

В субботу в начале одиннадцатого, почти за час до условленного времени, Барлоццо постучал в нашу дверь в «Порта Росса». Мы сами только приехали, еще распаковывали вещи, открывали окна, звонили в «Бука да Марио», чтобы заказать места на обед.

— Вы готовы? — осведомился он устало, словно мы заставили его ждать. Выскочил в дверь, пронесся к лифту, вылетел на улицу, остановился, обхватив нас — каждому по одной длинной тощей руке, — и стоял так молча, обнимая нас.

— Ладно, план составлен так, чтобы уделять внимание всем по очереди, — заговорил Фернандо. — Давай начнем с тебя.

Мы отвели Князя в магазин на Виа делла Винья, где я несколько лет назад, в нашу первую годовщину, купила Фернандо темно-синий блейзер. Князь вошел первым, отвесил легкий поклон comesso — продавцу, который ответил столь же легким поклоном. Началась флорентийская дуэль — между продавцом и покупателем.

Правила дуэли требовали выдержки. Нигде не записано, что comesso должен спрашивать, чем он может нам помочь. Это же вы, клиенты, сюда пришли. Ну, так и говорите, что вам надо. А пока comesso довольствовался тем, что стоял, заложив руки за спину и безразлично склонив голову набок — ждал.

Барлоццо хорошо играл свою роль. Он, так же молча, устроился в бархатной глубине старого кресла, словно зашел выпить чаю. Мы с Фернандо вели себя попроще: откровенно рассматривали товары, рискнули кончиками пальцев потрогать куртку, обменяться впечатлениями о ее красоте. Те двое сохраняли враждебное равнодушие, молча демонстрируя, что покупка и продажа их сегодня совершенно не интересуют.

— Desidero un paio di pantaloni in pelle, — сказал Князь, выдержав достаточную паузу. — Я желаю пару кожаных брюк.

Comesso выдал себя, слегка приподняв бровь, но мгновенно опомнился.

— Конечно. С вашим ростом и изящным сложением, они вам подойдут, — снисходительно согласился он.

Тоном резче, чем тот, которым он обращался к Князю, comesso приказал своему помощнику, появившемуся из неизведанных глубин магазина, заняться доставкой кожаных брюк. Тот, кланяясь и невнятно бормоча, снова скрылся в глубинах. Почти все товары, которыми торговал этот крошечный бутик, скрывались в magazzini — над и под торговым этажом, где все было красиво разложено, снабжено каталогами и легко доступно. Паузу заполнили беседой о погоде — теперь, во втором акте драмы, такая фамильярность была вполне позволительна.

Ассистент вернулся с четырьмя парами великолепных кожаных брюк. Барлоццо поднялся, брезгливо пощупал одну пару — темно-серую, с глубокими складками спереди — лучшую из всех. Примерить их он отказался и спросил, не найдется ли что-нибудь поярче. Ему удалось озадачить comesso, поскольку в разложенной перед Князем выборке были представлены все традиционные тона. Очень темный зеленый, шоколадный и черный, наряду с серым. Ассистент получил еще одну команду. На сей раз в произношении comesso прорезалась флорентийское пришепетывание, так похожее на кастильский выговор.

Ассистент вернулся, повесив на локоть, словно метрдотель — салфетку, пару желтых кожаных штанов. Не таких желтых, как форсития или одуванчик, а с намеком на шафран. Желтизна с оттенком оранжевого, спокойный и уверенный цвет.