Евгений Крепс - «Витязь» в Индийском океане

Успех содружественных работ в период II Международного геофизического года побудил государства, ведущие изучение океанов, договориться о продолжении совместных ис следований в рамках Международного геофизического сотрудничества под эгидой Организации Объединенных Наций. На очереди — штурм загадок Индийского океана. Принять участие в изучении Индийского океана выразили желание шесть стран — СССР, США, Англия, Франция, Австралия и Южно-Африканский Союз.[4] Начать исследования решено было осенью 1959 года. К этому времени единственной страной, готовой приступить к исследованиям, был Советский Союз. Единственным кораблем, который мог быть тотчас направлен в Индийский океан и начать исследования по широкой программе работ, разработанной Международной комиссией, был «Витязь». До этого «Витязь» в течение 10 лет проводил исследования в Тихом океане.

В соответствии с международным планом океанографических исследований Индийского океана, Институт океанологии Академии наук СССР решил направить флагмана советского исследовательского флота, старого, заслуженного «Витязя» в Индийский океан. Таким образом, честь стать пионером в международном изучении Индийского океана выпала на долю «Витязя». Это был очередной, тридцать первый рейс «Витязя» и первый рейс его в Индийский океан.

ПОДГОТОВКА К ПЛАВАНИЮ

«Витязь» стоял во Владивостоке, готовясь к длительному плаванию в Индийском океане. Шла напряженная работа по подготовке судна, по снабжению его всем необходимым для семимесячных исследований в океане. Прибывало различное оборудование. С каждым новым рейсом оно делается все более многочисленным. Все труднее становится задача по размещению и установке этого оборудования. Из Москвы подъезжали научные сотрудники, назначенные для участия в плавании. Надо бы и мне уже быть во Владивостоке и принимать участие в общей работе, а я в это время находился на другом конце земного шара: возвращался в Москву из Южной Америки, с Международного конгресса физиологов, проходившего в Буэнос-Айресе.

Мы летели через Атлантический океан. Самолет шел на значительной высоте. Изредка на просторе океана были видны корабли, маленькие, как будто стоящие на месте. Как медленно плывет корабль по сравнению с самолетом! Скоро и моя жизнь потечет в таком неторопливом темпе на борту корабля.

Голова еще полна впечатлений от Южной Америки. Шумный, суетливый, «американизированный» Буэнос-Айрес, с бесчисленными автомашинами, не признающими никаких правил уличного движения. Просторы аргентинской пампы, над которой мы летели на запад, к предгорьям Анд. Величественный горный хребет Анд, сверкающий снегами и льдами своих вершин. Подлетая к горам, летчик пробил снизу пелену облаков и показал нам вершину Аконкагуа, высочайшую точку Америки… Но сейчас перед глазами океан, и черные редкие черточки кораблей заставляют перенестись в ближайшее будущее.

Сразу по возвращении домой надо срочно собираться в длительное плавание, в первый «индийский» рейс. Правда, «Витязь» мне теперь знаком, знакомы и условия работы на нем. Четыре месяца я провел на корабле в прошлом году, во время плавания в Тихом океане. Но задачи, стоящие перед этим рейсом и специально перед нашей группой, гораздо сложнее и многообразнее, чем раньше. Моя работа будет связана и с геохимией, и с радиохимией, и с биохимией. Она проводится в контакте с Институтом геохимии и аналитической химии Академии наук, руководимым академиком А. П. Виноградовым. План работ давно продуман и неоднократно обсуждался нами вместе с Александром Павловичем Виноградовым.

Но в связи с моей поездкой в Южную Америку вся тяжесть подготовки к нашей работе на «Витязе», собирание многочисленного и сложного оборудования, упаковка и отправка его из Москвы — вся эта организационная сторона легла на плечи моих молодых товарищей по работе. И хотя это знающие и способные ребята, энтузиасты своего дела, все же меня точит червь сомнений. Все ли будет предусмотрено, подготовлено, не будем ли мы в океане хвататься за голову — недостает того-то, забыли это! Но к чести моих товарищей, и прежде всего старшего из них, Льва Михайловича Хитрова, все было продумано, предвидено, собрано и упаковано, и, вероятно, лучше, чем если бы я сам занимался этим делом. Молодежь оказалась предусмотрительной и запасливой, и наш «отряд», как на судне называют отдельные лаборатории, в течение всего плавания был источником «снабжения», выручая другие отряды то химическими реактивами, то какими-нибудь электро- или радиодеталями.

Как в калейдоскопе, промелькнули Дакар, Мадрид, Париж, и мы снова в Москве. Короткая встреча с В. Г. Богоровым, который и на этот раз идет в рейс начальником экспедиции. Богоров рассказывает о ходе подготовки к экспедиции, об ее участниках, состав которых уже определился окончательно. Договариваемся лететь вместе во Владивосток 22 сентября.

Уезжаю к себе домой, в Ленинград. Остаются считанные дни до отъезда. Надо подготовиться к долгому плаванию и главное не забыть сделать себе прививки, без которых не разрешается идти в плавание в Индийский океан, в страны Азии.

22 сентября 1959 года в московском аэропорту собралась большая группа участников экспедиции. Тут и старые товарищи по плаванию на «Витязе» в 1957–1958 годах в Тихом океане: Г. М. Беляев, начальник отряда бентоса, т. е. донной фауны; Т. С. Расе, начальник ихтиологического отряда; супруги Виноградовы. М. Е. Виноградов опять будет командовать отрядом планктона, а Нина Георгиевна — продолжать изучать придонную фауну океанов. Так радостно видеть друзей, с которыми связано столько незабываемых впечатлений и воспоминаний об островах Полинезии и Меланезии! В. Г. Еогоров знакомит Меня с новыми членами экспедиции. Невысокий, коренастый Пантелеймон Леонидович Безруков — начальник геологического отряда; маленькая, полная, подвижная Валентина Викторовна Мокиевская — начальник отряда гидрохимии; массивная плотная фигура ученого секретаря экспедиции, геолога Игоря Михайловича Белоусова. Я не единственный ленинградец в этой экспедиции. С нами летит мой старый друг, ленинградский зоолог, профессор Артемий Васильевич Иванов, уже в пятый раз плавающий на «Витязе».

В 10 часов 45 минут вечера прощаемся со своими близкими и с сотрудниками Института океанологии, старыми «витязянами», с нескрываемой завистью провожающими нас в заманчивый первый рейс «Витязя» в Индийском океане. Загудели реактивные двигатели, и наш ТУ-104 выруливает на взлетную дорожку.

Три часа полета над ночной, погруженной в сон страной — и вот уже Омск.

Стремительно летим навстречу времени, навстречу солнцу. Еше через три часа полета — Иркутск. Уже совсем светло. Время тут на 5 часов впереди московского. И еще через три часа — Владивосток.