Антонио Арлетти - Трампеадор

Природа хороша всякая. Однако люди уже давно заметили, что особенно глубоко проникают в душу не сочные и яркие пейзажи богатых теплом и влагой стран, а более скромные и скупые, более суровые картины. Известна особая притягательность Крайнего Севера. Полярники хорошо знают, что «зов Севера» силен и иногда похож на болезнь. Горы й пустыни Патагонии, в которые читатель проникает вслед за бродягами-охотниками, похожи в этом отношении на Север. Скалы, песок, чистые и холодные струи быстрой и порой опасной реки, прозрачнейший воздух, снежные вершины потухших вулканов, леса из легендарных араукарий на склонах и заросли колючих кустарников на плато. Безмолвие и суровое величие быстро берут человека в плен.

Вместе с тем природа Патагонии не так уж скупа. В реке много рыбы: стоит забросить вечером перемет, как утром с крючков можно снять крупных, сверкающих и жирных радужных форелей — каждая рыбина по два-три килограмма! Всюду обилие зайцев (за три часа можно добыть штук двадцать) и других, совсем не обычных для европейца грызунов — мелких, а иногда очень крупных (водосвинка мара весит до 15 кг). На широких плесах реки — тьма водяных птиц. Здесь тысячи и тысячи разнообразнейших уток, красивых черношейных лебедей, пурпурных фламинго, белых и серых цапель. А нанду? Как странные видения прошлых веков, бродят они по остепненным речным террасам. Если охотникам холодно и понадобилось большое теплое одеяло, то можно на водопое подкараулить крупного гуанако — родственника известного нам верблюда. А пушные звери — вожделенная добыча трампеадоров?

Здесь многочисленны лисицы, дикие кошки, «болотные бобры» — нутрии, нередка пума, которую иногда называют горным львом.

Да, настоящему трампеадору есть чем заняться в Патагонии!

Герой книги — прекрасный знаток местной природы и животных, следопыт, профессиональный охотник Франческо (как зовет его Арлетти, переиначивая на итальянский манер испанское имя Франсиско).

Конечно, только благодаря Франческо его спутнику удалось понять своеобразную красоту и поэзию патагонской пустыни, познакомиться с жизнью ее диких обитателей. Трампеадор, его образ жизни и деятельность особенно интересны читателю-европейцу, который привык к мысли, что профессиональные охотники— в основном жители северных лесов Сибири и Америки. Франческо— местный житель, коренной аргентинец, хотя и родился в Испании.

В душе он прежде всего вольный охотник. Однако промысел уже не обеспечивает материально его семью, и он вынужден находить другие занятия. Прежде Франческо был каменщиком, дровосеком, пастухом. Теперь в свободное от охоты время основное его занятие— торговля фруктами. По натуре он также и мыслитель — симпатии к учению утопистов стоили ему нескольких месяцев тюрьмы. Франческо — охотнику и человеку большой души, укрытой под личиной грубоватой простоты,— посвящена почти вся книга, хотя автор делает это незаметно, нередко оставляя главного героя как бы в стороне. Франческо не совершает никаких подвигов или героических поступков. Он просто живет и работает в родной ему среде.

Но именно эти простота и цельность позволили Арлетти написать книгу о единении человека с природой.

Деятельность трампеадора интересна также и с точки зрения практического охотоведения. Как и многие следопыты нашего Севера, Франческо отличный капканщик: самоловы — основной способ его охоты. Почти все шкурки пушных зверей добыты именно при помощи капканов. Показатели добычи весьма хорошие и несомненно удивят и обрадуют какого-нибудь сибирского промысловика, если эта книга попадет ему в руки: восемьдесят пять нутрий, сто семьдесят пять лисиц, семь пум, двадцать два нанду, пятьдесят пять диких кошек, два мешочка перьев и множество шкурок вонючек, европейских и патагонских зайцев — это не шуточный результат. Таежник будет знать, что где-то на другом краю Земли живет собрат по трудной, романтичной профессии.

Кстати, и неизменный карабин Франческо 22-го калибра по американскому исчислению — это ведь та же малокалиберная винтовка калибра 5,6 мм, основное оружие сибирских промысловиков.

Автор, убежденный демократ, не обошел своим вниманием и простых аргентинцев, которых путешественники встречают во второй части экспедиции. Это мелкие скотоводы — побладорес (креолы и коренные жители), обитатели свободной пампы, борющиеся с колючей проволокой надвигающихся на них крупных поместий. Об их жизни и обычаях Антонио Арлетти пишет с большой симпатией.

В превосходной книге Арлетти почти нет таких мест, которые, на мой взгляд, требовали бы серьезных возражений. Исключение составляют, пожалуй, только немногие картины безжалостной истребительной охоты в погоне за максимальной добычей. Так, например, вызывает протест сцена массового избиения лебедей на реке, когда от крови десятков убитых птиц «вода окрасилась в красный цвет», а «к небу взлетал предсмертный стон лебедей».

Опустошение речных островов вызывало у самого автора желание «напиться до бесчувствия, чтобы заглушить угрызения совести».

В уродливых условиях капиталистического мира профессиональные охотники — большие любители природы и животных — сплошь да рядом вынуждены заниматься хищническим истреблением животных, чтобы выстоять в борьбе за существование.

Аргентинские трампеадоры — поистине «последние могикане»; их число становится все меньше и меньше. Арлетти осознает неизбежность происходящего — и в словах, завершающих его рассказ о плавании по верховьям Рио-Негро, чувствуется глубокая боль: трампеадоры постепенно исчезают, так же как звери, на которых они охотятся... «Адиос, Франсиско! Я больше не смогу вернуться в горы и уже никогда не буду преследовать гуанако и водить каноэ, хотя частица моей души навсегда осталась на рио Лимае, чтобы внимать молчанию пустыни».

Антонио Арлетти сейчас около 45 лет. Его, пожалуй, нельзя назвать профессиональным писателем, хотя и основную его профессию определить трудно. Участник итальянского движения Сопротивления, он сразу же после войны уехал в Южную Америку; там бродил по всей стране, преодолев тысячи миль пешком, на каноэ, на грузовике, перепробовал множество профессий. Был журналистом, инженером, охотником, агрономом и просто рабочим.

Сейчас он снова вернулся в родную густонаселенную Италию, к прежней инженерной профессии. Но сердцем он по-прежнему в Патагонии, на далекой и такой близкой реке Лимае, в пустыне и пампе...

Е. Е. СЫРОЕЧКОВСКИЙ

КОММЕНТАРИИ (ссылки на которые marin029 не нашел в тексте)

21 Meghaterium — гигантские ленивцы, обитавшие в Южной и Северной Америке в миоцене и плейстоцене.