Реквием. Галлюцинация - Антонио Табукки

2

Я дико извиняюсь, сказал водитель такси, я не знаю, где находится улица Педрас Неграс, не подскажете, как доехать? Он широко улыбнулся белозубой улыбкой и продолжил: я из Сан-Томе́, месяц как работаю в Лиссабоне, еще не выучил всех улиц, у себя работал инженером, но там нечего инженерить, поэтому работаю здесь таксистом и не знаю, где и какая улица, но город выучил хорошо, ни разу не заблудился, хотя еще не до конца запомнил все названия улиц. Вот это да, сказал я, я бывал на этой улице лет двадцать пять назад, если не больше, не помню, как туда ехать, но в любом случае это в районе Дворца. Поехали пока что туда, сказал Таксист и сорвался на четвертой скорости.

Только тогда я заметил, что с меня градом катит пот. Рубашка промокла насквозь и прилипала к спине и груди. Я снял пиджак, но и без него продолжал потеть. Послушайте, сказал я водителю, может быть, вы можете мне помочь, у меня насквозь промокла рубашка, мне необходимо купить новую, вам ничего не приходит в голову? Таксист затормозил и посмотрел на меня. Вам плохо? – спросил он с обеспокоенным видом. Нет, ответил я, не знаю, думаю, что нет, это, наверно, жара, жара и приступ ипохондрии, от нее часто потеешь, мне нужно переодеться в сухую рубашку. Таксист прикурил сигарету и стал думать. Сегодня воскресенье, сказал он, все магазины закрыты. Я попробовал опустить свое боковое стекло, но ручка не работала, что лишь усилило мою ипохондрию, я чувствовал, как по лбу катит пот, и капли падают на колени. Таксист смотрел на меня с сожалением. Послушайте, сказал он вдруг, мне пришла в голову блестящая мысль – я отдам вам свою рубашку, не хотите? Ни за что на свете, сказал я, вы не можете управлять машиной с голой грудью. У меня под ней майка, так что могу. Но ведь должно быть во всем Лиссабоне хоть какое-то место, где можно купить рубашку, ну, какой-нибудь торговый центр, какой-нибудь рынок, да или нет, по-вашему? Каркаве́луш! – просияв, воскликнул Таксист, там по воскресеньям проводят ярмарки, я там живу, жена ходит за покупками на ярмарку в Каркавелуш каждое воскресенье, или, может, четверг. Не знаю, сказал я, мне не кажется ваша мысль удачной, Каркавелуш – это пляж, сегодня – воскресенье, там должно быть полно людей, это ужасно, вам ничего другого не приходит в голову? Мужчина шлепнул себя ладонью по лбу и воскликнул: цыгане! я совсем забыл про них! Он снова улыбнулся своей белозубой улыбкой и говорит: амиго, не волнуйтесь, будет у вас рубашка, я вспомнил, что по воскресеньям возле кладбища «Празе́реш» цыгане устраивают рынок, торгуют всем, что ни есть: обувью, одеждой, рубашками, распашонками, помчали к цыганам, единственный вопрос, как к ним доехать, я мысленно представляю, где находится кладбище «Празереш», но дорогу туда не знаю, вы не поможете, амиго? Поглядим, сказал я, я тоже в какой-то одури, давайте обдумаем ситуацию, мы где сейчас находимся? Мы находимся сейчас в Кайш-ду-Содре́, сказал Таксист, на проспекте, почти напротив железнодорожного вокзала. Я, кажется, знаю, как туда доехать, сказал я, но сперва свернем на улицу Алекри́м, я должен зайти в кафе «Бразилейра», купить бутылку шампанского. Таксист объехал площадь и стал взбираться по улице Алекрим, включил радио и посмотрел на меня искоса. Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? – спросил он. Я его успокоил и откинулся на спинку сиденья. Сейчас я просто утопал в поту. Расстегнул верхние пуговицы и закатал рукава рубашки. Буду ждать вас здесь, не выключая двигателя, сказал Таксист, останавливаясь на углу площади Камоэнса, только побыстрее, иначе, если меня заметит патруль, меня отсюда прогонят. Я вышел из такси, Шиаду был безлюден, какая-то женщина в черном с полиэтиленовым мешком сидела под памятником Антониу Рибейру Шиаду, я вошел в кафе «Бразилейра», и буфетчик за стойкой посмотрел на меня с насмешливым видом, вы случайно не свалились в Те́жу, спросил он меня. Хуже того, я сам источник воды, у вас есть французское шампанское? «Лоран-Перье» и «Вдова Клико», ответил он, по одной и той же цене, холодные, как из морозильника. Вы какое посоветуете? – спросил я. Судите сами, сказал он с видом знатока, «Вдову Клико» рекламируют на каждом шагу, почитать в журналах, так это самое лучшее шампанское в мире, но, на мой вкус, оно слегка кисловато, это первое, а второе – мне никогда не нравились вдовы, поэтому, будь я на вашем месте, я бы взял «Лорана-Перье», не считая того, что, как я уже говорил, они одинаково стоят. Хорошо, сказал я, возьму «Лорана-Перье». Буфетчик открыл холодильник, завернул бутылку в оберточную бумагу и засунул в пластиковый мешок с надписью красными буквами: «Бразилейра ду Шиаду, старейшее кафе Лиссабона». Я расплатился, вышел под солнце и, истекая потом непристойным образом, залез в такси. Отлично, сказал Таксист, теперь показывайте дорогу. Это просто, сказал я, выезжаете на площадь Камоэнса и после ювелирного магазина «Сильва» спускайтесь по Кальсада ду Комбро до Кальсада да Эстрела и по ней до площади Эстрела, оттуда по Домингуш Секейра до площади Орике, там налево надо будет поискать выезд на Сарайву де Карвальо, которая выводит нас прямиком к кладбищу «Празереш». Амиго, сказал Таксист, срываясь на четвертой, вас не затруднит называть улицы по мере приближения к ним, извините меня, ради бога. Прошу вас, дайте мне несколько минут посидеть с закрытыми глазами, я выдохся, никакого труда не представляет удержать их в памяти: Кальсада ду Комбро, Кальсада да Эстрела, площадь Эстрела, Домингуш Секейра, площадь Орике, когда доедем до площади Орике, я там подскажу.

Наконец я сумел открыть окошко, но залетал только раскаленный воздух. Я закрыл глаза и переключился на другое, вспомнил детство, как я летом ездил на велосипеде за прохладной водой к источнику с бутылью, оплетенной соломой. От резкого торможения я приоткрыл глаза. Водитель вышел из такси и осматривался с озадаченным видом. Видели? – сказал он, я все-таки ошибся, это – площадь Орике, я повернул налево, как вы и говорили, но не думаю, что это была Сарайва де Карвальо, я выехал на улицу с односторонним движением, взгляните, все машины припаркованы с одной стороны в противоположном нам направлении, я попал на улицу с односторонним движением. Ничего страшного, заметил я, главное, что вы свернули налево, сейчас мы прокатимся по этому одностороннему движению и выедем