Виктор Леглер - Южнее Сахары

Через пару дней Андрей вернулся обратно на участок, готовиться к закрытию. Старая программа была выполнена, новая не подписана. Надо было домыть оставшиеся пески, постепенно уволить рабочих, навести порядок и по возможности все законсервировать. Они с Николаем разделили все оборудование на две части – то, что надо оставить на случай продолжения работ, и то, что можно продавать. Оставили себе лучшую технику с необходимыми запчастями и оборудованием, все крепенькое, компактное, надежное. Остальное подлежало реализации. Сонгайские купцы уже начали приезжать на участок. Николай, как лицо, ответственное за технику, согласился остаться, с переводчиком и несколькими сторожами и рабочими. Андрей и все остальные русские отправились в столицу, везя последнее золото. Он прожил в Сонгвиле еще некоторое время, занимаясь всякой отчетной бюрократией. Происходящая в компании печальная суета напоминала ему атмосферу заднего плана из «Семнадцати мгновений весны». Они вели энергичные, и в общем, разумные действия в безнадежной ситуации, перед лицом неумолимо наступающего превосходящего противника. Ни одна проблема не решалась, в лучшем случае оттягивалась, каждый день возникали новые трудности, и пространство маневра неуклонно сокращалось.

Был момент, когда им предложили участвовать в конкурсе на строительство автомобильной дороги, и неофициально показали очень вкусные сметы. Участок со своей техникой мог бы строить дорогу запросто, а предлагаемые расценки позволили бы хорошо поправить свои дела. Настораживала только необходимость немедленно платить за заявку на конкурс, за проектные документы, вносить какой-то залог, суммы не то, что чрезмерные, но ощутимые. Потом французы, знакомые Леонтия, объяснили ему, что никто ничего строить не собирался. Даже если бы в государственном бюджете были деньги на строительство этой дороги, они были бы немедленно украдены. Конкурсы периодически объявлялись просто как взяткоемкие мероприятия для материальной поддержки сотрудников Министерства общественных работ.

Еще как-то раз Алиевич попросил его посмотреть несколько папок с материалами по соседней Республике Слоновых Гор. Это были карты и геологические разрезы, сделанные явно русскими геологами. Если все в них соответствовало действительности, то здесь могла оказаться вполне приличная золотая россыпь, экономически рентабельная для отработки. Он так и доложил.

– Значит, пригодная к отработке россыпь? – задумался Алиевич. – А здесь, в Сонгае, таких нет?

– Среди всего, что я видел, нет.

– Почему? Геологически это же одна зона.

– В общем, очевидно почему. В Сонгае слишком близка Сахара. Каждый год в долинах откладывается слой пыли, принесенной сахарскими ветрами. За тысячи лет все россыпи перекрываются многометровой толщей плотной глины, затрудняющей добычу. Республика Слоновых Гор дальше от Сахары, значит, пыли меньше. И еще, там нет сухого сезона, ручьи круглый год не пересыхают, и грунтовые воды не позволяют добывать золото вручную. Вот оно и осталось незатронутым.

– Хорошо. Здесь в Сонгае сейчас находится член государственного совета Республики Слоновых Гор. Поезжай к нему в его резиденцию на переговоры. Наша позиция проста: мы можем перебросить отсюда нашу технику и специалистов и организовать там добычу золота. Встреча назначена, но я ехать не могу, жду звонка из канцелярии премьер-министра. Бери переводчика и поезжай. Для солидности назовись директором компании.

Дом, в котором находился член государственного совета, мало соответствовал умозрительным представлениям Андрея о том, как должно выглядеть дипломатическое представительство. Внутри он напоминал ночной клуб «Парадиз», только более роскошный. Сходство усиливал большой бар из красного дерева с множеством бутылок на полках, за стойкой которого стояла очень красивая негритянка. Еще несколько как бы официанток бродили по комнате. Они очень напоминали девиц из «Парадиза», но в целом были моложе и красивее. Секретарь или служащий ввел их в комнату, представил Андрея, потом торжественно объявил: «Его превосходительство Член Государственного Совета Ответственный за экономику, промышленность и иностранные дела господин Нгаме Кива». Его превосходительство был худощавым интеллигентного вида мужчиной лет пятидесяти в хорошем костюме, очках и галстуке. Он сидел на роскошном кожаном диване за низким столиком, уставленном напитками. Рядом с ним сидел охранник, здоровенный мордатый парень со знаками отличия младшего офицера. Андрею приходилось во множестве видеть таких лейтенантов и капитанов на разных контрольных постах на дорогах. Андрей пожал руку поднявшемуся члену государственного совета, кивнул в ответ охраннику, поскольку тот ему приветственно улыбнулся, и уселся в кресло. Произошла некоторая путаница, в ходе которой выяснилось, что мордастый охранник и есть Ответственный член государственного совета, а мужчина в костюме является его советником. Впрочем, Его Превосходительство оказался парнем необидчивым и простым, и вскоре разговор перешел к делам. Андрей изложил свою позицию, согласно инструкциям Алиевича: наша компания имеет в Сонгае излишки техники и специалстов, которые мы могли бы легко перебросить в вашу страну. Мы знаем, что в вашей стране есть учстки, пригодные для добычи золота. Мы хотели бы получить концессию, провести исследования и начать добычу в ваших и наших интересах.

Его превосходительство внимательно выслушал, вполголоса посовещался с советником, потом внушительно заговорил на чудовищно искаженном (даже Андрей мог оценить) английском:

– Все вопросы, которые вас интересуют, находятся в моем личном подчинении. Все, что вы хотите, могу разрешить вам лично я. Поэтому сегодня или завтра принесите сюда (он похлопал ладонью по столу) двести (он слегка задумался), в крайнем случае, сто тысяч долларов наличными. После этого вы получите все, что вас интересует. Любые участки и разрешения. Я все это могу.

На этом, собственно, переговоры были исчерпаны. После нескольких незначащих фраз они двинулись к выходу. Оглядываясь в закрывающуюся дверь, Андрей увидел, как его превосходительство двумя руками подзывает к себе девиц. Андрей был бы не прочь съездить в экзотическую приморскую страну, но Алиеич отнесся к результатам переговоров без большого интереса. Он сказал:

– Ста тысяч долларов у нас нет и в обозримом будущем не предвидится. А если бы и были, мы бы прямо сегодня истратили их на другие цели.

Потом всезнающий Леонтий объяснил ему ситуацию, рассказав заодно историю страны. Республика Слоновых Гор, первоначально колония ее величества, возникла благодаря религиозному подъему в Англии в начале девятнадцатого века. Движимые евангельскими идеалами, англичане старались воплотить Слово Божие в жизнь во всех областях – от улучшения условий жизни фабричных рабочих до посылки миссионеров к диким язычникам. В том числе они обратили внимание на существующую триста лет работорговлю, когда каждый год торговцы в жутких условиях везли африканцев в Америку, чтобы продать их для работы на плантациях. Началась крупнейшая в мировой истории правозащитная операция. Сначала Англия запретила рабство в своих владениях. Потом договорилась о запрете с другими странами и взяла на себя контроль за его исполнением. Английские эскадры арестовывали корабли, перевозящие невольников, громили тайные базы торговцев на африканских берегах. Потом речь зашла о тех, кто уже был вывезен в Европу и Америку, об их освобождении и возвращении тех из них, кто хочет, домой. И со временем многие из них на специальных кораблях действительно вернулись назад, в Африку. Именно в Африку вообще, а не в родную деревню или племя, поскольку они понятия не имели, где таковую искать. Так на африканском берегу появился город Свободный, ставший со временем центром английской колонии.