Тим Северин - Путешествие на "Брендане"

Идэну требовалось два дня, чтобы уладить свои дела перед тем, как присоединиться к нам, и мы условились о встрече на близлежащем острове Тайри. Таким образом, когда мы отчалили от Айоны, команда "Брендана" была совсем не укомплектована: только четыре человека. Проходя мимо аббатства, мы услышали прощальный звон больших колоколов, и общинный староста, стоя у самой воды, махал нам вслед, пока мы не обогнули мыс и взяли курс на Тайри. Небо словно спускалось все ниже и ниже, в конце концов, нас поглотил моросящий сумрак, и мы продолжали плыть в своем, обособленном мире.

Море явно вознамерилось преподать нам еще один урок средневековой навигации. Я тревожно косился на лаг, отсчитывающий пройденные мили. И всматривался в темноту впереди, однако ничего не мог разглядеть. Видимость не достигала и ста метров. Я посмотрел на карту, в двадцатый раз подсчитывая расстояние, отделяющее Лиону от Тайри. Попросил Ролфа бросить лот, но он не достал дна. Я не очень доверял лагу, но, судя по нему, мы уже покрыли всю дистанцию между островами. Может быть, течение притормозило нас? Или увело с курса и пронесет по дуге мимо Тайри, так что мы вовсе не увидим острова? Лоция предостерегала, что нас ждут берега, отороченные подводными камнями, а по радио вновь передавали штормовое предупреждение. Я сказал себе, что "Брендану" следует возможно скорее укрыться в гавани.

Внезапно послышался голос Артура.

— Земля! Земля! Прямо на носу — кричал он. Сквозь сумрак я различил протянувшуюся невдалеке перпендикулярно нашему курсу чуть видную линию раздела между берегом и морем. Ветер гнал нас прямо на берег.

— Руль на ветер — крикнул Джордж.

Ролф бросился вперед, чтобы отрегулировать паруса для перемены курса. Заскрежетала цепь шверца, который Артур опустил, чтобы уменьшить снос. Нос "Брендана" повернул к северу, однако береговая линия последовала за ним. Мы по прежнему шли прямо на остров.

— Ты не можешь привести ее еще больше к ветру, Джордж? — спросил я.

— Могу, если ты хочешь, чтобы мы потеряли скорость и нас снесло, — ответил он. — Кажется, мы попали впросак.

Ролф снова бросил лотлинь.

— Четыре сажени — крикнул он мне.

Я уставился на карту. Четыре сажени, четыре сажени, и прямо перед носом земля… Где же мы находимся? Внезапно до меня дошло: ослепленный туманом, я позволил течению увлечь "Брендан" в бухту на юго-восточной окраине Тайри. И никакой гавани впереди, только камни, способные пропороть кожаную обшивку. Не примем срочных мер — попадем в классическую ловушку, нас запрет в заливе, и тогда весла не помогут, слишком мало гребцов.

— Ролф Башмак — крикнул я. — Садитесь на весла. По веслу на каждую сторону, помогайте направлять лодку.

Джордж, если повезет, выкарабкаемся из бухты с северной стороны. Но для этого надо войти за внешние рифы. Держи возможно круче к ветру. Я займу место впередсмотрящего. С места рулевого нельзя было толком следить, что делается впереди, — парус заслонял поле зрения. Поэтому я взобрался на блоки плавучести на носу, ухватился за трос, выпрямился и, балансируя там, отдавал команды Джорджу. "Брендан" петлял между камнями, и судьба его висела на волоске. Надо было, где под парусами, где на веслах, исхитриться пройти между вереницами рифов. Ролф с Артуром по очереди маневрировали веслами, Джордж — рулевым веслом. Напрашивалось сравнение с начинающим лыжником, который спускается по крутому склону на разъезжающихся лыжах, огибая препятствия, силясь сохранить равновесие и поминутно опрокидываясь вперед. Очень уж похожие ощущения испытывали мы на "Брендане". Сочетание ветра, наката и сноса, течений и отката непрестанно изменялось, и любая промашка грозила катастрофическим столкновением с рифами.

— Так держать, устойчиво на курсе — крикнул я Джорджу, и мы проскользнули мимо первой группы торчащих камней.

— Направо! Направо! Ролф, навались изо всех сил — скомандовал я.

"Брендан" обогнул вторую гряду рифов с камня, вдоль которого мы юркнули, нырнул в море озадаченный тюлень. Струящиеся пряди водорослей указывали положение рифа, притаившегося у самой поверхности воды. Ни одно килевое судно не решилось бы здесь идти, но "Брендан" сидел в воде на два десятка сантиметров с небольшим, чему я был очень рад. Точно так маневрируют владельцы карр в изобилующих рифами прибрежных водах Ирландии. Трудный участок подходил к концу. Впереди оставалась последняя гряда, и волны тяжело колыхались вокруг покрытых водорослями каменных граней.

— Еще чуть вправо, Джордж

— Не выйдет — отозвался он. — Больше к ветру привестись невозможно.

Ролф лихорадочно заработал веслом — восемь, девять, десять быстрых гребков… Мало… "Брендан" начал разворачиваться боком к камню, грозя наскочить на него. Меньше минуты отделяло нас от столкновения.

— Рискнем пробиваться сквозь водоросли — крикнул я. — Лево руля Башмак, теперь ты греби что есть мочи

"Брендан" стал поворачивать, паруса наполнились ветром, и лодка пошла прямо на темную полосу водорослей. На какой глубине притаился риф? Водоросли, шурша, погладили кожу "Брендана", и наше суденышко без единой царапины легко перевалило через барьер. Опасности остались позади. Башмак и Ролф убрали весла и обессилено поникли на банке. Я спустился с носа и присоединился к Джорджу на руле.

— Пронесло, — пробурчал я ему. — Вот нам и второй урок. Нельзя допускать, чтобы "Брендан" заперло в заливе, иначе можем вовсе без лодки остаться.

Тайри — еще один из островов Гебридского архипелага, где обосновались ирландские монахи. Во времена святого Брендана здесь помещался дочерний монастырь айонского. Кое кто утверждает, что его учредил сам Брендан, и предания раннехристианской поры настолько живы в памяти говорящих на гэльском языке островитян, что вам покажут на один из рифов в новой гавани — риф Моллахдэг (Проклятый риф) — и поведают, что именно к нему причалил святой Колумба, когда приплыл на остров Тайри. Он привязал свою карру к водорослям, но они порвались, и лодку отнесло, после чего Колумба проклял риф и сказал, что отныне и вовеки на нем ничего не будет расти. Все остальные подводные камни в гавани покрыты густым зеленым ковром, а Моллахдэг долго оставался голым, и лишь недавно на нем появились жалкие клочки водорослей.

Судя по тому, что на островах можно услышать немало историй о вспыльчивости ирландских святых мореплавателей, они явно отличались сварливым нравом. На том же Тайри рассказывают, что святой Колумба поскользнулся и упал, наступив в воде на камбалу, после чего повелел ей носить оба глаза на одной стороне, чтобы такие происшествия не повторялись. А в районе Балихориски один старый рыбак объяснил мне, почему изо всех заливов побережья только в бухте Малрой совсем не ловится лосось. Дескать, один святой, приплыв туда, попросил в поселке рыбы, но ему отказали, и тогда он, разгневанный, навсегда изгнал из бухты лососей.