Жюль Верн - Цезарь Каскабель

Весь этот эффект объяснялся очень просто. Корнелии надо было лишь нажать кнопку небольшой электрической батареи, которую она положила себе в карман.

Эта батарея служила ей во время представлений, когда она изображала собой электрическую женщину.

— Ну и жена у меня! — воскликнул Каскабель, безнаказанно обнимая свою супругу на глазах оторопевших индейцев.

Что только могли бедные индейцы думать об этой необыкновенной женщине, которая может располагать по желанию громом и молнией! Стоит лишь коснуться ее, и удар поражает смельчака. По всей вероятности, это — супруга Великого Духа, которая соблаговолила спуститься на землю для того, чтобы сочетаться вторым браком с Цезарем Каскабелем.

Глава четырнадцатая

ОТ ФОРТА ЮКОН ДО ПОРТА КЛАРЕНС

Вечером после этого памятного представления на семейном совете было решено, что отъезд состоится завтра.

В глубине души Каскабель сознавал, что если бы ему понадобилось пополнить труппу, то он свободно мог сделать это здесь, на Аляске. Самолюбие его страдало оттого, что местные индейцы оказались поразительно способными к акробатическому искусству. Они могли бы иметь всюду блестящий успех как гимнасты, акробаты, клоуны, эквилибристы и жонглеры. Конечно, им надо было еще поучиться, но сама природа наделила их силою, ловкостью и гибкостью. Было бы несправедливо утверждать, что индейцы оказались менее искусными, чем французская труппа, которая взяла верх лишь благодаря остроумной выдумке «королевы электрических женщин».

Правду сказать, даже агенты форта, в сущности необразованные и малоразвитые люди, были поражены не меньше индейцев. Было решено не открывать им секрета, чтобы не уронить престижа Корнелии. На другой день, когда все пришли прощаться с отъезжающими, надо было видеть, как и агенты, и вождь, и колдун старались избежать пожатия руки любезно встретившей их Корнелии. И вождю и его колдуну очень хотелось узнать тайну этой необыкновенной женщины, что поставило бы их неизмеримо высоко среди их племени. Но этой тайны им не открыли.

6 августа утром приготовления к отъезду были закончены, и отдохнувшие лошади вновь запряжены в «Красотку», которая направилась затем вниз, по правому берегу реки.

Сергей Васильевич и Жан тщательно изучили карту. По словам Кайеты, на пути им должно было встретиться несколько деревень, а главное — им не надо было переправляться через реки, что всегда замедляло путь «Красотки».

Впрочем, пока путь шел все время долиной Юкона до поста Нелу; потом — через селение Нуклакайету до форта Нулато, что составляет около трехсот километров. А там сразу — поворот на запад.

Погода стояла все время хорошая, днем было жарко, к ночи становилось холоднее.

Во всяком случае, Каскабель рассчитывал, что если не будет какой-нибудь непредвиденной задержки, то они достигнут порта Кларенс задолго до морозов.

Быть может, покажется удивительным, что подобное путешествие проходило без особых приключений и сравнительно легко. Но надо принять во внимание, что до сих пор приходилось ехать почти все время долинами и в лучшую пору года. Не то будет по ту сторону Берингова пролива, в безграничных снежных степях Сибири, особенно когда разыграется буран.

Раз как-то вечером зашла речь о предстоящих опасностях. Доверчивый Каскабель воскликнул:

— Ничего! Как-нибудь все устроится!

— Я надеюсь, — отвечал Сергей Васильевич, — но я даю вам совет: как только вы ступите на сибирский берег, держитесь направления на юго-запад, чтобы ехать не в такой суровой полосе.

— Мы так и думали сделать, — отозвался Жан.

— Тем более, друзья мои, что сибиряки — люди хорошие. Они встретят нас радушно, если только вы не заберетесь к самым северным племенам. Но главным врагом вашим будет мороз.

— Постараемся принять меры для борьбы с ним, месье Серж. Единственное, о чем мы будем жалеть, это — что вас не будет с нами, — сказал Каскабель.

— Да, очень будем жалеть, — прибавил Жан.

Сергей Васильевич чувствовал, насколько эта семья привязалась к нему, и чем дальше, тем теснее становилась возникшая между ними дружба. Расставаться — он чувствовал — будет тяжело. Кто знает, придется ли когда-нибудь увидеться вновь. К тому же придется взять с собою Кайету. Бедный Жан! В его сердце начинало возникать теплое чувство к этой девушке. Но как отнесутся к этому Каскабель и его жена? Да и к чему объясняться? Его приемную дочь ждала более блестящая будущность. А бедный Жан, кажется, на что-то надеется…

Путешествие проходило без затруднений и без особого утомления. В порт Кларенс они должны были приехать вовремя; мороз еще не успеет сковать пролив, так что спешить было некуда. Там, по приезде, можно будет и отдохнуть.

Но все-таки, имея в виду, что какая-нибудь случайность может задержать в дороге — захворает лошадь или сломается колесо — старались быть все время настороже.

В течение первых трех дней ехали вдоль реки, но когда Юкон стал заворачивать к югу, то решили держаться линии шестьдесят пятой параллели.

В этом месте реки были очень извилисты, и долина начала переходить понемногу в холмы, или, как их здесь называют, валы, так как они имеют сходство с крепостными валами.

Здесь надо было ехать с большой осторожностью, чтобы не повредить «Красотку». На трудных перевалах ее разгружали, и все помогали лошадям тащить повозку.

Пришлось переправляться через несколько речек: Ноколокаргут, Четехо, Клакенкот и другие. К счастью, в это время года они были не глубоки, и было не трудно найти удобный брод для переправы.

Что касается индейцев, то в этой местности в былое время кочевало племя, теперь уже вымершее. Сейчас изредка попадалась какая-нибудь семья, направлявшаяся на юго-запад, на рыбные промыслы. Иногда встречались и торговцы мехами, которые с удивлением смотрели на необыкновенный экипаж, расписанный яркими красками. Пожелав путешественникам счастливого пути, они ехали дальше, направляясь на восток в какую-нибудь из факторий компании.

13 августа «Красотка» прибыла в селение Нуклакайету, в пятистах километрах от форта Юкон. Это, в сущности, небольшая фактория, куда индейцы привозят меха и где русские агенты соперничают с агентами Компании Гудзонова залива.

Хотя семья и покинула берега Юкона, чтобы ехать напрямик, но здесь пришлось вновь его увидеть, так как после многих причудливых извилин Юкон поворачивает к этой фактории, защищенной с другой стороны холмами, покрытыми зеленым лесом. Несколько хижин группировалось вокруг палисада, которым был обнесен форт. На Юконе стояло несколько суденышек. Кругом было так уютно, что невольно манило к отдыху. Из индейцев вокруг поселилось племя тананасов, наиболее красивое из всех, населяющих Северную Аляску.