Неизведанный Рим. Легенды и секретные места Вечного города - Елена Романовна Елохина

Душа на радостях проскальзывает в рай. Но когда священник лезет в карман за оставленной клиентом монетой, выясняется, что она фальшивая. Громко ругаясь, он обращается к богу с протестом, и тот возвращает душу с позором обратно в чистилище.

Острый на язык был поэт, ничего святого!

Тем временем падре Жуэт искал подтверждение своей теории по всей Европе, собирая вещественные доказательства и истории очевидцев, столкнувшихся с проявлениями душ усопших. Он побывал в родной Франции, Бельгии, Австрии и Германии. Одних только «огненных» отпечатков набралось более 300, но падре сохранил только десяток самых убедительных.

Увлекательное турне продлилось 15 лет. Жуэт вернулся в Рим, нагруженный артефактами, чтобы разместить жутковатую коллекцию в новой церкви.

Для простоты повествования я называю ее «музеем привидений», но вы уже, наверно, поняли, что смысл тут гораздо глубже.

Удивительно, но выставка все еще на месте, хотя и в несколько урезанном объеме. Некоторые из находок падре Святой престол оценил как чересчур неправдоподобные.

В небольшом помещении ризницы справа от алтаря в стеклянных витринах на стенах собраны экспонаты из путешествий Виктора Жуэта – фото, книги, фрагменты одежды. На карточках есть пояснения о каждом предмете.

Например, молитвенник с огненным отпечатком пальцев принадлежал Жозефу Штитцу из Лотарингии. В 1838 году, прочитав пару страниц, он отчетливо почувствовал дуновение холодного ветра, как будто с ним в комнате находился кто-то еще. Невидимая рука оставила след на бумаге, и одновременно прозвучал голос недавно умершего брата Жоржа. Тот упрашивал отслужить по нему мессу, чтобы его душа не металась в небытии слишком долго.

Похожий случай произошел в Бельгии в 1789 году. Жозеф Лелё две недели слышал страшные шумы в доме, пока в последнюю ночь не явился призрак его матери, скончавшейся 26 лет назад. Привидение, пылая огнем, раскритиковало безвольный образ жизни сына и напомнило о необходимости молиться за ее душу. Для пущего эффекта покойная матушка оставила огненный след пальцев на рукаве его рубашки. Запуганный сын настолько боялся разозлить маму, что подался в священники, основал свой орден и даже умер в святости.

Аналогичные эмоции испытала Маргарита Деммерле́ из Меца (Франция), когда в 1814 году к ней явилась усопшая уже 30 лет как свекровь. У последней был конкретный запрос – совершить в ее честь паломничество в монастырь в Мариентале (Германия). Путь неблизкий, но Маргарита не осмелилась спорить с призраком. После удовлетворения просьбы привидение свекрови вернулось с «благодарностью», оставив уже знакомый выжженный отпечаток ладони на книге. Верить в эти легенды или нет – решать вам. Как бы то ни было, музей в церкви Святейшего Сердца Христова – нетривиальный уголок в Вечном городе для любителей страшилок.

25. Башня обезьяны

На развилке via dei Portoghesi возвышается средневековая башня. Она обозначает перекресток трех районов – Ponte, S. Eustachio и Campo Marzio.

Дворец Скапуччи (Scapucci), который венчает башня, назван в честь семьи, жившей здесь в XVI–XVII веках. Но жильцы менялись не раз: им владели Франжипани (известные своей крепостью в стенах Колизея) и Крешенци.

Фасад дворца можно увидеть на афише фильма «Жизнь прекрасна» с Роберто Бениньи. А создатели «Ешь, молись, люби» с Джулией Робертс в главной роли «поселили» героиню именно здесь.

Не знаю, жила ли писательница Элизабет Гилберт именно в этом доме во время своего пребывания в Риме, описанного в романе. Но дом и правда жилой. Если ворота во двор открыты, я не упускаю шанса проскочить внутрь и полюбоваться древнеримским саркофагом в центре обычного кондоминиума. В исторических реалиях Рима это привычное дело.

В Средние века дворца еще не было, но башня стояла с начала XI века и принадлежала монахам-августинцам, как и одноименная церковь рядом.

Когда здесь обосновалась семья Скапуччи, к башне они пристроили особняк.

Для полной картины семейного уюта хозяева решили завести питомца.

В те времена в моде были экзотические домашние животные. В описи имущества Скапуччи упоминается дрессированная обезьянка по имени Хильда. Выбор питомца должен был подчеркнуть богатство династии – это была диковинная редкость, не какая-то комнатная собачка!

История об обезьянке упоминается в романе «Мраморный фавн» (1860) американского писателя Натаниэля Готорна, автора «Алой буквы». Но подробную версию легенды в стихах на римском диалекте поведал поэт XIX века Джиджи Занаццо. Скапуччи обожали Хильду – она была членом семьи, ей позволялось свободно скакать по всему дворцу.

Хозяина забавляло, как мартышка копировала его жесты – притворялась, будто бреет бороду, причесывается или держит столовые приборы.

Когда в доме появился малыш, любопытная Хильда не отходила от колыбельки.

Она не раз видела, как кормилица меняла пеленки и укачивала новорожденного наследника семьи. Как же ей тоже хотелось попробовать!

«У меня точно бы лучше вышло!» – наверняка думала обезьяна.

Однажды, пока младенец посапывал в кроватке, родители с кормилицей отлучились из дома. Хильда смекнула – настал ее час!

Вообразив себя нянькой, она схватила новорожденного, вприпрыжку взобралась с ним на вершину старинной башни, словно на ветку дерева. Мартышка беззаботно скакала по кромке у обрыва с младенцем под мышкой. А потом села на краю и принялась усердно разматывать пеленки, воображая себя нянькой. Ребенок проснулся и громко вопил.

Внизу начала собираться взволнованная толпа. Нетрудно представить ужас родителей, вернувшихся домой в разгар драмы. Кормилица кричала в слезах, мать упала без чувств, а отец взбежал на башню, перепрыгивая через две ступеньки.

Боясь спугнуть обезьяну, запаниковавшую от криков толпы, он умолял ее отдать плачущего малыша. Но ничего не помогало.

Тогда дворянин встал на колени и принялся молиться Богородице, чтобы та помогла вернуть ребенка живым и здоровым. Взамен он обещал построить в ее честь часовню.

То ли Мадонна посочувствовала отчаявшемуся отцу, то ли обезьяне надоело играть в «дочки-матери». Хозяин снова попробовал подозвать ее привычным свистом, и Хильда неожиданно повиновалась. Мартышка спустилась с башни и послушно положила младенца в колыбель. Не веря своему счастью, родители кинулись обнимать свое дитя.

Скапуччи сдержал обещание, данное Богородице.

На вершине башни установили фигуру Девы Марии с младенцем, окруженную полумесяцем и звездой (геральдические символы семьи Скапуччи) и украшенную фонариком. Свет всегда должен был гореть в нем в память о божьей милости и произошедшем чуде. Удивительно, но спустя столько веков фонарик по-прежнему горит. В воспоминаниях об итальянском вояже писатель Готорн, пересказавший легенду в своей книге, упоминает другой любопытный факт.

Хозяева дома должны всегда поддерживать огонь в лампаде. В договоре собственности есть отдельная оговорка, гарантирующая соблюдение традиции: «Являясь условием владения, потухшее пламя может стать поводом изгнания из дворца его нынешнего хозяина».

Думаю, когда-то приходилось нанимать отдельного слугу, который бы следил, чтобы