Виталий СЕМИРА - ТАЙЛАНД — СТРАНА БЕЗ ТАЙН? ТАЙСКАЯ ПРИРОДА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

Поезд пришел в Аюттхаю в пять утра. Яся не выспалась и улеглась спать на скамейке вокзала. Я спросила карту города — планов, раздаваемых туристам, на вокзале не было, но на тумбах перрона висело несколько больших карт с достопримечательностями. Было еще темно, осматривать город было нереально, и я стала их изучать: даже зарисовала план на листочек. Пока я зарисовывала, ко мне подошел немолодой уже рикша, который предложил за пару часов показать главные храмы города (за 300 бат) — в шесть утра, когда рассветет. А пока, сказал он, можно выпить кофе на другой стороне улицы напротив вокзала. Последним предложением мы с Сияной воспользовались: у лотка на улице сели за столик и выпили кофе с молоком с несколькими булочками, которые тут намазывались маслом и обжаривались.

Цена рикши в общем-то была умеренная, и он вызывал у меня доверие — но я нашла вариант лучше. Рядом с вокзалом была вывеска аренды велосипедов: 30 бат в день за велосипед, с 6 утра до 6 вечера. Вместе с велосипедами выдавался и ксерокс плана города. И я сказала рикше, который ожидал нас, что мы покатаемся сами. Он ответил: "No problem". Правда, сначала Тайский юноша при велосипедах, который заодно торговал журналами и газетами, не хотел связываться с иностранкой. Он стал посылать меня дальше по улице, где тоже была аренда велосипедов: они там были даже более приличные, за специальной загородкой и под крышей. Но открывалось это заведение в 8 утра, и я не стала ждать, а сказала молодому человеку, что мы все же возьмем велосипеды у него, и у него же оставим вещи. Тогда он понял, мы взяли велосипеды и расписались в его журнальчике за аренду. Возможно, наши вещи убедили его в серьезности моих намерений. Хотя тайцы не боятся, что их велосипеды пропадут. Единственное предупреждение на плане для велосипедистов гласило: "Пожалуйста, не оставляйте свою сумку в велосипедной корзине, а то кто-нибудь может ее взять, или привязывайте ее." Мысли о том, что этот кто-нибудь может отвязать сумку или взять сам велосипед, у жителей старой столицы Аюттхаи не возникало.

Центр Аюттхаи, где больше всего развалин, представляет собой остров, окруженный рекой. Чтобы не делать петлю к мосту, мы пересекли ее на пароме (2 бата с человека и столько же с велосипеда). И вскоре выехали прямо к центральным развалинам храмового комплекса Ват Махатхат, построенному в XIV веке. Большой по территории, как и другие буддийские монастыри или индийские храмовые комплексы, он являл собой остатки красно-белых кирпичных стен и множество таких же ступ. Главная ступа с реликвиями Будды была 50-метровой высоты. Одно из каменных изображений Будды, сидящего в позе лотоса, сохранилось полностью, но от небольших статуй его учеников, расположенных по обе стороны ведущей к нему дороги, остались только остовы тел.

А другое изображение — вросло в дерево. Древо боддхи со множеством стволов обвило его, оставив видной только голову. Это дерево обнесено оградой, на которой висит множество венков (цветы — дар божеству, как и в Индии). Это — быть может, самый почитаемый образ Будды в Аюттхае. Он олицетворил нерасторжимое единство человека и дерева: древа жизни и познания, которое оказывает ему поддержку и хранит его, как оно оплетает своими стволами Будду. Древо просветления — это всегда дерево со множеством стволом, что может ассоциироваться со множеством людей, которые поддерживают буддийский процесс познания: а в этом святом месте Аюттхаи они словно обступили учителя, неразрывно связывая учение Будды с землей. А можно представить наоборот: каменный Будда поддерживает живое дерево, выросшее на руинах статуи. Во всяком случае, пиетет к этой святыне хорошо проецируется на современное экологическое самосознание людей.

Мы с Сияной подъехали к Ват Махатату до восьми, и он еще был закрыт. В парке рядом толпа людей делала зарядку. И мы сначала поехали через парк к другому храму, возвышавшемуся поодаль, мимо естественного пруда неправильной формы. Он называется Ват Пра Рам. Этот храм рядом с прудом, в котором мы потом искупались (людей там гуляло мало, как и по развалинам), построен даже несколько раньше предыдущего. На его территории много деревьев, с маленькими плодами (по вкусу похожими на райские яблочки, но поменьше). Каменные ступени высокой центральной ступы позволяют подняться почти до ее середины и взглянуть на окрестности сверху. Эта ступа, в которой хорошо сохранилась центральная вершина, имеет ту же форму ракеты, что и Ват Арун в Бангкоке, и другой аюттхайский храм — Ват Чайваттанарам.

Улетающий ввысь Ват Чайваттанарам сохранился лучше всех аюттхайских развалин: не только центральная стела, но и восемь высоких остроконечных ступ вокруг, окаймленных низеньким квадратом стены, образующей перемычки между ними. Этот храм построен в 1630 году как памятник победы — над традиционными врагами тайцев: соседями-кхмерами. Поэтому, как пишется в буклетах, он имеет черты кхмерского архитектурного стиля: закругленную форму центральной ступы. Но размах сооружения — Таиландский. (Сияна изобразила полет на его фоне, когда я ее там фотографировала.) И если поглядеть на Пра Рам, кхмерские черты в Тайской архитектуре были и раньше. Как и Ват Махатат, этот храм — визитная карточка Айютхаи.

Еще один храмовый комплекс, который часто изображают на открытках. — Ват Пра Шри Санпхет, построенный в XV веке. Он характерен тремя одинаковыми большими треугольными ступами, хранящими пепел прежних королей. Этот храм использовался для королевских церемоний. И сейчас по этим развалинам ходит наибольшее число народу: много тайцев и экскурсии школьников — потому что рядом есть большой современный действующий храм, с огромным золотым образом Будды (Вихара Пра Монгкон Бопит). Это одно из самых больших его изображений датируют 1538 годом. В XVIII веке оно пострадало в пожаре при падении Аюттхаи и переносе столицы в Тхонбури (ныне район Бангкока), а потом, при короле Раме V-м, было восстановлено. Белый храм с красной крышей, белыми колоннами и красным треугольником фронтона с золотой символикой, производит впечатление королевской торжественности. Сбоку храма висят два больших колокола, в которые верующим требуется ударить положенными для этой цели рядом деревянными палками.

По периметру храма центрального Будду окружают изображения отшельников и других Будд. Прихожане приклеивают к их статуям золотые листочки — типа нашего сусального золота. Статуи Будд и отшельников часто с ног до головы облеплены такими листочками. (В отличие от Индии, где богам подносят масло: кусочки масла кидают прямо в статуи богов — а жидкое масло льют к их ногам или на шивалингам.) Такой вид почитания или подношения, который мы часто встречали в Таиланде, свидетельствует о том, что тайцам не жаль тратить финансы на свою религию — хотя цены в Таиланде в среднем наши, как я уже говорила, и значит, живут они в финансовом отношении примерно так же, как мы. Отличие в том, что золото, как и деньги, не воспринимаются чем-то, не имеющим непосредственного отношения к религии (чем-то от лукавого "князя мира сего") — прежде всего в связи с почитанием короля и королевы. В храмах порой стоят деревья из проволоки, на которые как подношение нанизываются бумажные деньги с изображением императора. Поражающее взгляд богатство Тайских храмов связано с укоренившейся традицией, что каждый буддист считает себя обязанным помогать монахам, удовлетворяя "четыре потребности" человека: в пище, крове, одежде и лекарственном сырье.