Джон Моррис - Зима в Непале

«Кастовая система… — пишет Л. С. О’Мэйли, — по своей сути противоположна принципу равенства всех людей, поскольку существует иерархия каст, основанная на том принципе, что люди неравны и не могут быть равны. Различные касты занимают высокое или низкое положение в зависимости от того, как к ним относится индуистская община в целом, при обязательном условии превосходства брахманов, образующих как бы вершину пирамиды, в которой слоями, одна под другой размещены остальные касты».

Среди многих гуркхов, живущих в горах Непала, распространена примитивная форма анимизма, в которой можно обнаружить следы буддийского влияния, но присутствие среди них большого числа брахманов вынуждает их соблюдать правила различных каст, к которым они были произвольно приписаны. С моей точки зрения, взгляды, навязанные кастовой системой, чужды складу ума гуркхов; но сохранение и укрепление этой системы во многом отвечает интересам брахманов, чье положение и богатство основаны исключительно на их предполагаемом более высоком происхождении.

Нужно сказать, что в Непале существует определенная религиозная терпимость. Получили разрешение действовать христианские медицинские миссии при строгом условии, что они не будут никого обращать в христианство. Много здесь буддистов, которым всегда предоставлялась полная свобода в отправлении их религиозных обрядов. В течение долгого времени в Катманду была мечеть, которую посещали торговцы-мусульмане, но, к моему удивлению, я обнаружил несколько мусульманских семей еще и в горах. Кроме своих имен, эти люди ничем не отличались от местных жителей — гуркхов — и говорили только на непали. Они не знают о своем происхождении, но я предполагаю, что это потомки беженцев с равнин Индии. Сомнительно, чтобы в настоящее время можно было точно определить те черты, которые характеризуют религиозную мысль гуркхов, — настолько они переплетены с внешними влияниями. В Тибете и соседних районах Северного Непала большинство населения является последователями той странной формы тантрийского буддизма, которая широко известна под названием ламаизма; и, поскольку гуркхи первоначально имели большую культурную близость с Тибетом, чем с какой-либо другой страной, многие из их философских идей весьма сходны с ламаистскими. Однако большую роль сыграло проникновение индуизма из Индии, и горы Непала стали, таким образом, местом встречи двух религий. Не существует больше какого-либо значительного или даже хотя бы резко заметного расхождения между ними: каждая заимствовала что-то от другой, и кастовая система, вероятно сначала едва признаваемая как таковая, постепенно утвердилась вместе с приходом к власти индуистской королевской династии, которая, само собой разумеется, должна была признать превосходство брахманов.

Хотя никакого настоящего столкновения между индуистской и буддийской мыслью не было, они не слились воедино. В Непале есть много изолированных и недоступных долин, где сохранились старые верования и обычаи, не затронутые воздействием индуизма. Но тот странный способ, каким эти две религии приспособились друг к другу, отчетливее всего виден в столице.

Перемены в Непальской Долине были гораздо более заметны. Катманду всегда поддерживал различные культурные связи с Индией, и мало кто сомневался в том, что невары, населявшие Непал до нашествия гуркхов, получили буддизм непосредственно с юга. Многочисленные святыни, находящиеся в Долине, до сих пор посещаются благочестивыми буддистами не только из соседнего Тибета, но и из таких далеких стран, как Бирма, Цейлон и даже Япония. Но когда невары подчинились завоевателям-гуркхам и последние установили свое автократическое правление, расхождение между двумя религиями, естественно, стало более резким. Ортодоксальный индуизм был религией завоевателей, и в Непальской Долине он поэтому не подвергся большому влиянию идей буддизма. Не так обстояло дело с обратным влиянием, и ни в одной другой части мира мы не встретили столь явных признаков влияния индуистских идей на буддизм, как в Непале.

2

Хотя в облике представителей отдельных племен существуют некоторые различия, все гуркхи, кроме тех, что принадлежат к четри, — ярко выраженные монголоиды с выступающими скулами и эпикантусом (складкой кожи, закрывающей внутренний угол глаза), свойственными всем монголоидным народам. Средний рост мужчины» гуркха — 5 футов 3 дюйма (160 сантиметров), женщины — примерно 5 футов (152 сантиметра). У гуркхов можно найти все оттенки желтовато-коричневой кожи, но я видел многих, чья кожа была не темнее, чем у загоревшего под летним солнцем уроженца Южной Европы. Нередки также розовые щеки. Глаза почти у всех темно-карие. Волосы обычно прямые и густые, черные, но мне встречались и обладатели очень темной каштановой волнистой шевелюры. Растительность на лице и теле скудная, и почти невозможно встретить мужчину, у которого было бы что-нибудь существенное на лице, кроме нескольких редких волосков над верхней губой, и то вырастающих уже в солидном возрасте. Лишь у немногих возникает необходимость бриться, и бритвы, естественно, не имеют широкого распространения: волосы на лице и подбородке удаляются при помощи небольших щипчиков; этот инструмент большинство мужчин носит постоянно с собой, прикрепляя его к шнурку на шее.

Широко распространенное представление, будто гуркхи — народ исключительной физической силы, неверно и основано на впечатлении от внешности людей, состоящих на военной службе, — единственных из гуркхов, обычно известных внешнему миру. На самом деле эти силачи не более типичны для своего народа, чем гвардейцы для англичан.

В те дни, когда я служил офицером по вербовке, я перевидал тысячи гуркхов, и у большинства из них были следы явного недоедания, малокровие и рахит, а многие парни, как выяснилось, страдали от пиореи и других болезней, связанных с недостатком витаминов. Судя по тому, что я видел потом в горах Непала, там нигде нет настоящего голода, недостатка в пище, так что истощение является следствием напряженного физического труда в стране с исключительно неровным ландшафтом при питании, состоявшем в основном из риса, который имеет низкое содержание белка.

Огромное количество болезней распространенных в горах, — зачастую результат простого невежества, в особенности незнакомства с элементарной гигиеной, что приводит к высокой детской смертности. Часты также случаи заболевания туберкулезом и — из-за физического напряжения при переносе тяжелых грузов вверх и вниз в горных условиях — болезни сердца.

Каждое гуркхское племя состоит из нескольких кланов, одни из которых экзогамны[25], другие нет. Кланы в свою очередь состоят из групп, которые можно условно назвать родами и члены которых признают общее происхождение из одной семьи либо по линии отца, либо по линии матери. Эти роды строго экзогамны, поскольку гуркхи единодушно считают всех, кто принадлежит к одному и тому же роду, даже совершенно незнакомых людей, состоящими в генеалогическом родстве. После брака женщина считается принадлежащей к роду мужа.