Илья Сучков - Краски далекого острова

Мне приходилось довольно часто наблюдать, что такие украшения-амулеты носят и взрослые сингалы.

Причем эти амулеты, как рассказывали друзья, «предохраняют» не против всякого зла. Например, против сглаза на цепочке носят амулет из зуба леопарда, украшенный золотом или серебром. От случайной встречи с демонами или лешими «предохраняет» особое вьющееся растение типа нашего вьюнка. Его надевают на запястье руки. Оно же оберегает от укуса змей. Извечная борьба человека со стихиями, которые олицетворяют злые духи и демоны, побуждает ювелиров к творчеству. Но главный источник их вдохновения — сама природа Шри Ланки. Чтобы убедиться в этом, достаточно познакомиться с коллекциями ювелирных изделий в музеях Коломбо и Канди или взглянуть на украшения, выставленные в антикварных магазинах и лавочках. Ювелирные украшения часто напоминают цветы, плоды, семена растений или силуэты животных.

— Как правило, старинные произведения ювелирных мастеров в нашей стране представляют собой различные стилизованные изображения обычных ланкийских цветов и фруктов, — рассказывал мне ювелир из магазинчика при фешенебельном отеле «Маунт Лавиния». — В орнаменте широко использовались каравила (горькая тыква), луну мала (цветы лука) и даже семена горака. Эти образцы сингальских ювелирных изделий чем-то напоминают работы мастеров Южной Индии, с которой Шри Ланку издавна связывают культурные узы. Вот почему даже в названиях некоторых наших украшений присутствуют индийские слова. Например, пол-малая, пети-малая, джедди-малая. Так в Индии назывались гирлянды из живых цветов, которые во время различных праздников составляли неотъемлемую часть женского наряда.

Было бы ошибочным считать, что мастера, как старые, так и современные, просто копируют живую природу. «Цепочка ювелира, — пишет в своей книге „Средневековое искусство и ремесло Цейлона“ Ананда Кумарасвами, — в действительности не похожа на цветочную гирлянду, скорее она — цветочное украшение»[40]. Старые мастера, как и продолжатели их традиций в настоящее время, использовали лишь общую идею образа живой природы. Они создавали маленькие шедевры, отображающие все богатство и разнообразие окружающего мира.

ДО СВИДАНИЯ, КАНДИ!

Англичане уже сидели за столом, все, как один, в черно-белом.

— Прошу меня простить. Задержался в дороге — слушал музыку, — извинился я.

Они, прожившие на Цейлоне по двадцать пять лет, изобразили приличествующее случаю изумление. Музыку? Разве у местного населения есть музыка? Они этого не знали. Первый раз слышали.

Как-то вечером еще в начале моего пребывания в Коломбо с соседней улицы послышались звуки тамбуринов и тамтамов. Мне захотелось взглянуть, что там происходит. Было довольно душно, но любопытство взяло верх, и я отправился — посмотреть на это необычное вечернее представление, тем более что театров в столице Шри Ланки нет, не было и телевидения — жизнь, в общем, довольно однообразна. Пройдя сотню метров по слабо освещенной улице Флау роуд, я вышел на перекресток и сразу попал в лавину света и шума: шла процессия. Впереди — дети с фонарями и факелами, за ними — музыканты, затем танцоры, выделывавшие на ходу замысловатые фигуры в такт музыке; группа людей несла какие-то ярко освещенные декоративные украшения, другая — факелы и фонари; следом важно и чинно шествовали два слона: один огромный, украшенный попоной, на его спине сидел мальчик в сказочно красивом наряде, другой слон поменьше. И снова — танцоры, музыканты, факельщики. За процессией двигалась толпа зрителей.

Шествие, растянувшееся на сотни метров, привлекло большое количество людей.

— Что это такое? — спросил я у прохожего.

— Перахера.

Так впервые я увидел перахеру, о. которой приходилось читать в журналах, слышать от товарищей, побывавших на Шри Ланке. Однако лишь прожив в стране несколько лет, я понял, что перахера — это не просто шумное праздничное шествие, а часть сингальской жизни, истории ланкийского народа. В переводе с сингальского языка перахера означает «хождение по кругу». Хотя шествия чаще всего бывают приурочены к каким-нибудь датам буддийской религии, нельзя сказать, что это чисто религиозное мероприятие. Скорее, красочная праздничная церемония, поводом для проведения которой могут служить разные, как важные, так и незначительные, события: например, чтение монахом священных буддийских гимнов в деревенском храме, раздача ежедневных приношений монахам. Другой повод — с рисовых полей убрали первый урожай. Приготовленную пищу из нового риса мужчины и женщины несут на головах к деревенскому храму и раздают монахам, это тоже перахера.

Пышная, радостная перахера устраивается во время свадебных церемоний. Для молодой женщины приход в дом мужа в сопровождении шествия — высшая почесть.

Торжественнее всего проводятся перахеры во время буддийских праздников. Ежегодные перахеры, продолжающиеся по два-три дня, организуют большинство буддийских храмов. На это зрелище, обычно завершающееся демонстрацией реликвии, которой славится данный храм, собираются, как правило, жители всех близлежащих деревень.

Подобно тому как в христианские праздники совершают крестный ход с хоругвями вокруг церкви, в буддийские праздники процессия с реликвиями по предписанному ритуалу под звуки тамтамов и тамбуринов движется вокруг храма.

К таким праздничным перахерам относится, например, Весак Перахера, проводимая в мае. Ею отмечается тройное событие: рождение Будды, достижение им просветления и его смерть. В июне, когда празднуется распространение Махиндой, сыном индийского царя Ашоки, буддизма на Шри Ланке, организуется Посом Перахера; в октябре — ноябре, когда отмечают победу бога войны Катарагамы над индуистскими божествами, — Картика Перахера.

Когда я поделился с ланкийскими друзьями впечатлениями от шествия на улице, они сказали:

— Вы еще не видели перахеры в Канди, вот это действительно красочное зрелище! Она проводится ежегодно в коние июля и начале августа в полнолуние и называется Эсала Перахера (эсала на сингальском языке — август). Продолжается она семь дней. Поезжайте посмотрите. Обычно в это время в Канди собирается много народа, особенно туристов. Постарайтесь (попасть на последнюю, завершающую церемонию.

И я решил обязательно побывать в Канди на перахере.

Наступил конец июля. Газеты под крупными заголовками печатали сообщения о кандийской перахере и помещали многочисленные фотографии. Репортажи из Канди передавались по радио. Всем было известно, сколько каждый вечер присутствовало гостей на празднике, сколько участвовало слонов, как заупрямился и чуть не взбунтовался один слон, когда у него под ногами оказалась горящая пакля, выпавшая из плошки или факела, и т. д. Количество слонов и участников процессии около храма Далада Малигавы увеличивалось. Радио и пресса делали свое дело. Каждый день огромная масса жителей Коломбо и туристов прибывала в Канди, чтобы посмотреть перахеру.