Леонид Кавелин - Старый Иерусалим и его окрестности. Из записок инока-паломника

Ознакомительный фрагмент

Над святым ложем, с задней его стороны сделано мраморное барельефное изображение Воскресения Христова с предстоящими Ангелами, которые закрыты двумя живописными образами: в головах латинским, а в ногах армянским, в знак права их на служение в пещере Святого Гроба. Эти иконы стоят на мраморном карнизе, идущем в виде пояса по сторонам ложа; здесь же ставятся от каждого вероисповедания подсвечники с горящими свечами, а между ними фарфоровые вазы с цветами, ежедневно меняющимися.

Один из русских поклонников по усердию к Святому Гробу, снявши в первое свое посещение меру и рисунок с барельефного изображения Спасителя и Ангелов, сделал на него серебряный высокой работы оклад, чтобы он служил постоянным украшением Святого Гроба, но в поставлении его на желаемом месте встретил со всех сторон великие препятствия и наконец вынужден нашелся безусловно подарить оный грекам, которые поставили его над входом в церковь Воскресения, вверху, противу часовни Святого Гроба, т. е. над так называемой «царской аркой».

В потолке кувуклии, представляющем небеса, изображены: Деисус и 12 апостолов. Вся пещера сверху освещена дорогими лампадами, висящими в несколько рядов; для свободного движения воздуха сделано в потолке отверстие, над которым сверху выше крыши часовни протягивается большое полотно, представляющее также небесный свод, усеянный звездами, среди коего виден воскресший Победитель ада и смерти с хоругвию в руках. Карнизы пещеры Святого Гроба украшены греческою надписью, ибо греки были единственными возобновителями ее после пожара 1808 года.

Поверхность мрамора, одевающего посмертное ложе Источника жизни, часто умащается ароматами и окропляется благоуханиями (розовою водою); еще чаще омывается она слезами покаяния, умиления и любви, ежечасно льющимися на этот единственный Гроб, который не даст мертвеца своего в день судный. «Воста бо, несть зде… и паки приидет судити миру, егоже созда».

Имея довольно времени, чтобы собрать свои мысли, пока поклонялся святыне наш владыка, с наклоненной головою и сокрушенным сердцем вошел я в погребальную пещеру и лишь слезами покаяния и сокрушения мог выразить чувства, волновавшие меня в эту незабвенную минуту. Но где найду слов выразить, что чувствовал, прощаясь с этою великою святынею через 16 месяцев, при разлуке со Святым Градом? Не обинуясь скажу, что если бы в то время, когда я, стоя на коленях и наклоня голову на драгоценный мрамор, прильнул к нему горящими устами, роняя на его благоухающую поверхность горькие слезы о разлуке с сею святынею, если бы кто-нибудь, говорю, в это время подойдя сзади, отделил мою голову от плеч, – последнее мое слово было бы благодарение ему, как благодетелю души моей!.. «Воистину бо яко живоносец, яко рая краснейший и чертога всякого царского показася светлейший мне, Христе, Гроб Твой, источник нашего воскресения».

Ежедневно на Святом Гробе совершаются три Литургии; первая в первый час пополуночи греческая по сказанному: «ураньше приидоша на Гроб», вторая – армянская, третья – пред восхождением солнца – латинская. Поверхность Гроба служит престолом и вместе жертвенником, но латины ставят для сего на гробный камень особый стол, – тогда как греки и армяне совершают служение непосредственно на верхней плите Гроба, – причем левая сторона его служит жертвенником.

Во время нашего поклонения Святому Гробу певчие пели церковные песни светлой седмицы: «воскресение Христово видевше, поклонимся святому Господу Иисусу»… «Аще и во гроб снизшел еси, Безсмертне, но адову разрушил еси силу и воскресл еси яко победитель, Христе Боже, женам Мироносицам вещавый: радуйтеся, и твоим апостолом мир даруяй, падшим подаяй воскресение». – «Яко живоносец, яко рая краснейший, воистину и чертога всякого царского показася светлейший, Христе, Гроб Твой, – источник нашего воскресения».

В заключение приведем, для сравнения с нынешним состоянием кувуклии, описание ее и Гроба Господня, начертанное первым нашим паломником игуменом Даниилом в XII веке: «Под тем же самым верхом, непокрытым, – пишет он, – есть Гроб Господень сим образом яко печерка мала иссечена в камени, двери имуще малы, якоже может человек влезти, на колену поклоншеся, в звыше есть малого мужа и всямо окачна (то есть округла), четыре лакоть в долину и в широту. Влезячи же в печерку ту дверцами теми малыми, на десной стране есть место, яко лавица засечена в том же камени печерном; и на той лавицы лежало тело Господа нашего Иисуса Христа, и есть и ныне лавица та святая покрыта досками марморяными; а суть на стороне проделано три оконца кругла, и теми оконци видеть святый той камень: и ту целуют вся християне. И висит в Гробе Господни 5 кандил великых с маслом с древяным и горят безпрестани кандила та святая, не угасают их никтоже, ни в день ни в нощь. Лавица же та святая, идеже лежало тело Христово, есть в длину 4 лакоть, а в ширину два локти, а в звыше полтора локти. Пред дверьми же печерными лежит камень, 3 стоп вдале от дверец тех печерных: на том камени Ангел седя явися женам мироносицам и благовести им Христово воскресение; и есть печерка та оделана яко амбон красным мармором и столпцы марморяны ж около стоят, числом их 12-ть. Вверху же над печеркою тою создан яко теремец красно на столпцех, и вершек (т. е. верх) ему сперт кругло, и серебряными чешуйками позолочеными поковав; и на верху же того теремца стоит Христос сребрян сделан, яко в мужа вболей есть, и то сут фрязи сделали и поставили, и ныне есть под самым верхом тым непокрытым. Суть же дверци трои у теремца того учинены хитро, яко крестьцы: теми бо дверцами влазят людие к Гробу Господню. Да то есть Гроб Господень был печерка та, якоже то написах, добре испытав от сущих ту издавна ведущих (т. е. заведывающих) святая си места»[22].

От живоносного Гроба, чрез алтарь храма Воскресения Господня, прошли мы на Голгофу – место распятия Господня; но другой обычный вход на нее снизу от камня помазания направо (в расстоянии от него 20 шагов), по 18-ти мраморным ступеням с такими же перилами.

Голгофой называется небольшая церковь, устроенная в юго-восточной части храма на скале того же имени, на том самом месте, где был распят Господь наш Иисус Христос: «Неся Крест Свой, изыде на глаголемое лобное место, еже глаголется еврейски Голгофа: идеже пропяша Его, и с Ним ина два, сюду и сюду, посреде же Иисуса» (Ин 19, 17). Близость этих двух святых мест изъясняется следующим выражением Евангелия: «бе же на месте идеже распятся верт и в верте гроб нов, в немже николиже никтоже положен бе: ту убо пятка ради Иудейского, яко близ бяше гроб, положиста Иисуса» (Ин 19, 41). Но не одно это обстоятельство сближения мест Святого Гроба и Распятия удивляет нас; обыкновенно мы представляем себе «лобное место» несравненно больше и выше. В самом деле взгорье, на котором стоит часть Иерусалима, занимаемая храмом Святого Гроба, довольно высоко[23]. Но место, на котором был распят Господь Иисус Христос, как надобно полагать, было лишь скалою на этом взгорье, за стенами города, о чем сказано и у апостола: «вне врат пострадати изволи». По разрушении иерусалимских стен Адриан, окружая новою стеною Елию Капитолину, обвел стенами и лобное место, и город таким образом расширился в ту сторону. Христиане в особенности стеснились около Святого Гроба и Голгофы, так что теперь эти места находятся почти в средине города. Скала облицована камнем, на нее входят по ступеням, а наверху Голгофы стоит церковь, разделенная аркою на две равные части, как бы две церкви, каждая с особыми сводами. Первая часть от входа, или северная, составляет место, где Крест был водружен в скалу; оно освещается светом, проникающим с запада – изнутри храма; другая часть, прошедши арку, – южная с окном напротив входа, – есть место, где Господь наш Иисус Христос был пригвожден ко Кресту. Первая принадлежит грекам; вторая латинам. В греческой части Голгофы в левой стороне близ двери, которая выходит в темный коридор (из него сходят несколькими ступенями прямо в алтарь храма Воскресения), устроен жертвенник. На месте, где был водружен Крест, поднятом от полу на одну ступень, стоит престол из белого мрамора; в передней стороне его сделана выемка, в которой человек, стоя на коленах, может поместиться свободно; здесь то самое отверстие, в которое был водружен Спасителев Крест: оно одето по обводу серебряным кругом, с чеканным на нем изображением страстей Христовых. За престолом поставлен большой крест, с живописным изображением на нем распятия Христова; по сторонам живописные (вырезанные по контуру) изображения предстоящих: Матери Божией и Иоанна Богослова; позади ко внешней стене прислонен иконостас, состоящий из икон, изображающих страсти Христовы. Между крестом и иконостасом довольно свободное место для поправки, освещающих оный иконостас лампад.