Галина Шевцова - Япония. В краю маяков и храмов

И еще там везде стоят лисьи статуи. Почему столько лис, мне пока непонятно, но, думаю, со временем выясню[32]. Одна огромная каменная лиса размером почти с тигра перепрыгивает дорогу. Изо рта у лисы течет вода. В маленьком святилище вывешивают цветастых плоских бумажных лис. Еще там есть местечко, где все вешают деревянные лисьи мордочки с желаниями. Мордочки покупают тут же, но они «без лица». Лицо надо дорисовать самому. Разглядывала ряды разнообразных лисьих лиц. И злобных, и добрых, и детских, и совсем не лисьих. Ужасно интересно. Себе тоже лиску купила и лицо ей пририсовала. Получился серьезный, но симпатичный господин Лисук.

А рядом с Фусими Инари еще есть Тофуку-дера. Это очень известный и красивый комплекс в стиле дзен. Там находится самый знаменитый в Японии надвратный храм. И еще — единственный сохранившийся средневековый монастырский туалет. Весьма внушительное строение, между прочим. В Тофуку-дера есть удивительный сад камней. По мне, так он гораздо красивее «самого знаменитого» сада в Рёандзи, хотя и новее. Вокруг камней — белый песочек с кругло-спиральными бороздками. Или вот еще сюрприз — клетчатая земля. В шахматном порядке на земле уложены каменные плитки, между ними — квадратики зеленого мха. А еще там есть храм-мост над оврагом с речушкой. Замок-мост я уже видела — это «дамский» замок Шенонсо на Луаре. А вот храм-мост вижу впервые.

Но что-то в разговорах о Киото я совсем забыла о современности. Постараюсь этот пробел восполнить. Начнем с электричек. Их тут уйма, и наземных, и подземных, и надземных. Линии пересекаются в разных уровнях, и Киото от этого становится похож на инопланетный город… Помните город из последней серии «Звездных войн»? Это как раз про Киото. Особая моя любовь — монорельс. На большой высоте проложены два толстых рельса. Одни только рельсы на опорах, ничего больше. Трамвайчик надет на рельс и ползет по нему, как нанизанная бусина. Если смотреть снизу, зрелище вообще фантастическое. Особенно интересно за этим наблюдать, когда сам ты, собственно говоря, тоже на электричке едешь, причем на надземной. И вдруг поперек курса, где-то еще выше, проползает монорельс! Ух!

А спинки сидений в поездах-экспрессах перекидываются туда-сюда. Это значит, что если втроем-вчетвером едете, то дерните спинку двойного сиденья — и вот уже у вас два диванчика не «в затылок», а лицом друг к другу. В электричках постоянно объявляют: «Уважаемые господа пассажиры, нижайше просим вас при посадке в вагон держать за руку господ маленьких детей!..» Но на самом деле тут часто можно увидеть маленьких детей без взрослых. Независимые семи-восьмилетние дети в электричках — дело обычное. А вчера вообще встретила парочку: мальчик лет шести и девочка лет четырех. Оба экипированные: с рюкзачками и зонтиками. Перед остановкой мальчик пихнул девочку — пора, мол, они чинно вышли из электрички и направились к эскалатору. Безопасная страна, что вы хотите. Все это сильно напоминает утопическое будущее из книг Кира Булычева. И техника тоже соответствует. Разве что космопортов и нуль-транспортировки пока нет. А так во всем остальном… Даже автоматы с мороженым на улицах стоят! А для стариков тут выпускают специальные мобилки — с большущими клавишами и крупными цифрами!

Профессор Масуда между тем продолжает тему своих страшных историй, и тоже о детях, вот что интересно: «Годах этак в 60-х один водитель вел грузовик по проселочной дороге. Был сильный дождь. Перед въездом в тоннель он вдруг увидел, как перед машиной откуда-то вынырнула девочка лет семи. Она была в коротком платье и играла мячом — била его рукой об землю, подпрыгивала и что-то напевала. Водитель не успел затормозить… А когда выскочил перепуганный, увидел, что никакой девочки нет. Но водитель был старый и опытный. Он оставил машину и пошел в соседнюю деревню, привел людей. Они обыскали окрестности, и нашли под горой свежий оползень (дождь был очень сильный и почву размыло). Этот оползень открыл детский скелет. Как потом вспомнили — еще во время войны в этой местности погибла от бомбы девочка семи лет, тела ее тогда не нашли…»

В связи с этим невольно вспоминается «моя» история про девочку. Это было уже лет семь назад, летом, в июне, часов в десять вечера, в Киеве, на холме над Крещатиком, выше «Арки воссоединения», как раз под старинной разрушенной водонапорной башней архитектора Николаева[33]. Там место такое странно дышащее, башня похожа на развалины замка и над ней всегда летают вороны. И рядом — площадка и скамейка подвешена, как качели. Мы туда с подружкой Леркой забрели — пиво пить и сыр есть. Потом бомж приходил — бутылку от пива забрал. Сидим на скамеечке, качаемся, сыр доели, вокруг никого, болтаем. И свет такой. Знаете… Еще не темно, но уже и не светло. Заговорились мы и вдруг видим — прямо перед нами по плитам тротуарным прыгает в классики девочка лет семи в коротком платьице… Прыгает и песенку напевает, и слова там — про гробики и мертвецов. И вокруг ни души, какие там родители… Противненькая такая девочка, из серии превратившегося в девочку Крыса из фильма «Гостья из будущего». Я к Лерке повернулась, и говорю: «Ля-ля-ля. Ля-ля» (это девочка-Крыс в фильме так напевала). Захихикали мы с Леркой, а когда замолкли, никакой девочки уже не было. Хотите верьте, хотите нет, но я с тех пор еще несколько раз там бывала, в то же время года и суток. Садилась на скамейку и девочку ждала. Но ее больше никогда не было. Только вороны над башней летали. А еще — я копалась в старых полицейских архивах — хотела узнать, не пропадал ли там когда-то ребенок. Но ничего не нашла.

Еще Масуда рассказывал, что в старину в Японии считали, что воины-японцы — это превращенные в людей черные собаки. А китайцы — обезьяны. Русские, естественно, медведи. Ну и так далее. И еще говорил, что в Киото и в Осаке, а также в других местах есть храмы Сугавара Митидзане — это был знаменитый ученый и политик эпохи Хэйан. При жизни он слыл большим умником. Но потом его по ложному доносу сослали на Кюсю, где он вскоре умер. И сразу после его смерти в Киото начались стихийные бедствия и эпидемии. Даже в императорский дворец молния попала! Тогда решили, что это гнев невинно осужденного покойного политика. И чтобы задобрить «гневного духа», стали строить ему храмы. Их теперь называют Тенман-гу. Туда приходят перед экзаменами нерадивые студенты и школьники и просят ученого Сугавару одолжить им немного ума.

А недавно у нас тут в университете новое развлечение появилось. Называется «любимчики». Барышни выбирают себе какого-нибудь сэнсэя и начинают по нему вздыхать. Пальму первенства в этом странном рейтинге занимает философ Куниката. Его выбрали в любимчики, по-моему, больше половины наших девчонок. Непонятно все же, чем этот щупленький лысоватый человечек «под каблуком у жены» и сильно за сорок привлек столько народа. Хотя нет, наверное, понятно. У него в глазах чертики, маячки. Не костры там, и не свечки, а хитрые такие маячки — неназойливые, но постоянные. Далее в рейтинге любимчиков следует смазливый молодой человек по фамилии Хиротани — канцелярист из деканата иностранцев. Как чего-то у кого-то с документами не в порядке или там другие проблемы, на доске возле входа пишут: такой-то и такой-то — к Хиротани. Этот Хиротани тоже почему-то очень популярен. Правда, моя соседка Маша, особа вполне здравомыслящая, вот какой фортель выкинула: едем мы с ней в университет и все никак не можем решить — в этот набитый автобус садиться или следующего ждать. Вдруг Маша мне говорит: нет, точно следующего ждем — там на скамейке сидит мой любимчик из деканата, я хочу с ним пообщаться. Гляжу на скамейку и представляю себе Хиротани. Но нет, там сидит какой-то старикан с родинкой на носу. Я говорю, Маша, а ты, случайно, не ошиблась, это же вовсе не Хиротани! А Маша мне — знаю, знаю! Просто я оригинальная и люблю этого. И садится рядом на скамеечку, здоровается, замирая от счастья. Так счастливая и сидит молча десять минут до следующего автобуса. Аж завидно.