Луи Буссенар - Приключения знаменитых первопроходцев. Северный полюс

Так норвежцы преодолели самый трудный этап на пути в Гренландию. Хотя первооткрыватели Исландии и видели мельком берега этой американской земли, но по доброй воле никто не отваживался к ней даже приблизиться. Только трагические обстоятельства заставили Эйрика Рыжего, опасавшегося мести за убийство, покинуть Исландию, что и послужило началом массового переселения на таинственные берега. Случилось это в 983 году. Эйрик направился на запад, обнаружил на 64° северной широты восточный берег Гренландии, проследовал вдоль него к югу, обогнул мыс Фарвель и остановился в заливе, который он назвал Эйриксфьорд; позднее на западном берегу, признанном им куда более гостеприимным, он основал поселение Братталид. Он набрал колонистов, и в 985 году тридцать пять кораблей взяли курс на Гренландию. К несчастью, две трети эмигрантов не увидели новую родину, расписанную Эйриком как землю обетованную. Ужасная буря пустила ко дну двадцать одно судно из тридцати пяти. Тем не менее освоение продолжилось, и западное побережье Гренландии до 73-й параллели усеяли датские и норвежские укрепления; по крайней мере, так гласит руническая надпись на камне, откопанном на этой широте и датированном 1135 годом.

Лейв, один из сыновей Эйрика Рыжего, узнав о том, что Бьёрн Херьюлфсон, унесенный течением, обнаружил сушу на юге, отправился в экспедицию вместе с самим Бьёрном и тридцатью пятью матросами. Он нашел вышеупомянутые земли и назвал их Хеллюланд[13] и Маркланд: то были Лабрадор, Ньюфаундленд и Новая Шотландия. Проследовав вдоль побережья, он дошел до территорий современных штатов Массачусетс и Род-Айленд, поднялся вверх по реке, называемой сегодня Покассет-Ривер, и построил на ее берегах жилище, где путешественники перезимовали. Обнаружив по соседству дикие виноградники, он окрестил этот край Винланд, а весной вернулся в Братталид на корабле, груженном плодами благодатной земли.

На следующий год брат Лейва, Турвальд, продолжил его дело; он пережил зиму в том же, никем не тронутом убежище и продвинулся летом 1003 года до Лонг-Айленда, то есть до того места, где сегодня гордо возвышается Нью-Йорк. Но жестокое обращение с местными эскимосами стоило ему жизни. Он погиб в бою и был похоронен на полуострове Кейп-Код. Его спутники вернулись в Гренландию в 1005 году.

Третий сын Эйрика, Торстейн, отправился в путь вместе с женой, прославленной старинными исландскими легендами красавицей по имени Гудрид, с целью привезти домой останки брата. Двадцать пять моряков составляли его экипаж. Встречные ветры отнесли корабль почти к Полярному кругу; Торстейн вскорости умер, а команда, лишившись капитана, сочла за лучшее вернуться в Гренландию.

Его вдова вышла некоторое время спустя замуж за норманна по имени Турфинн Карлсэвн, который решил повторить героический путь сыновей Эйрика. Экспедиция состояла на этот раз из трех кораблей с экипажем в сто шестьдесят человек и пятью женщинами, включая Гудрид. Турфинн прибыл в Винланд и в течение четырех лет тщательно изучал этот край. Следуя вдоль берега на юг, он достиг устья Потомака и познакомился со страной, названной Ибритраманноланд, или Землей Белых Людей (видимо, людей в белых одеяниях). Скорее всего, это современная Каролина, Джорджия или даже Флорида, где находились, как говорят, ирландские колонисты.

В общем, не вызывает никаких сомнений, что в XI веке, за пятьсот лет до Колумба и Кабота, норманнские пионеры побывали на северо-восточном побережье Америки. Как говорит господин Вивьен де Сен-Мартен, для них это было всего-навсего несколькими островами дальше в огромном северном море, где они в течение многих веков обживали архипелаг за архипелагом — Оркнейский, Шетландский, Фарерский, затем Исландию и Гренландию — и не находили ничего особенного в открытии пары, тройки новых земель; они не сознавали ни важности, ни последствий этого события, и познания, которые подарил им случай, утратились так же, как и появились, не оставив после себя ничего, кроме легенд. В общем, эти нечаянные открытия скандинавов никоим образом не умаляют славы Колумба, не имевшего никаких сведений о них, и не наносят ни малейшего ущерба гению великого генуэзца. Они не имели никакого отношения к космографическим исчислениям, послужившим отправной точкой для экспедиции Христофора и открытия Нового Света.

Колонизация Гренландии, начатая Эйриком Рыжим, успешно развивалась, что подтверждают многочисленные развалины от мыса Фарвель до Упернавика. Но, к сожалению, не так уж долго. В 1261 году гренландские поселения вместе с Исландией отошли к Норвегии, и вскоре новые власти довели их до разорения, раздавив колонистов непосильными налогами. Правда, упадок происходил достаточно постепенно, настолько выносливы и живучи оказались наследники непобедимых викингов. Агония, вызванная нелепым управлением новой метрополии, продолжалась почти три века, примерно до 1340 года. Именно в это время исчезли последние представители гренландцев скандинавского происхождения. Теперешние обитатели древней «Зеленой земли» Эйрика Рыжего пришли гораздо позже, во времена датского правления, и никакого родства с норманнами не имеют.

Интереснейший документ, относящийся к концу XIV века, описание и карта путешествия братьев Никколо и Антонио Дзено[14], проясняет многое в норвежском наследии и проливает новый свет на разведанные тогда северные районы.

Братья Дзено, выходцы из влиятельной и благородной венецианской семьи, внесли в историю имя своей родины. Их старший брат, Карло, великий адмирал, несколько раз выручал Республику в критических ситуациях. Никколо, средний брат, превзошедший старшего в завоевании почестей, обожал, как и многие другие его соотечественники, дальние плавания. Он снарядил корабль и отправился на север от Гибралтара. В водах Англии его настиг сильнейший шторм, который отнес судно далеко на север. Никколо пришлось пристать к одному из Оркнейских островов, где был ласково принят местным князем, которого он называет Дзикми; этот Дзикми доверил ему сначала командование кораблем, а через два года и всем своим флотом.

Тогда Никколо вызвал своего младшего брата Антонио, и они вместе помогли Дзикми в завоевании «Фрисланда», вероятно — Фарерских островов. Продолжая плыть на север, венецианцы посетили Исландию и восточный берег Гренландии. Здесь неподалеку от 69-й параллели они обнаружили рядом с источником теплой воды колонию, основанную скандинавскими монахами. Хотя в наше время не найдено и следов этого монастыря, любопытно сопоставить с этим фактом, указанным в донесении Антонио Дзено, встречу капитана Гро[15] с несколькими сотнями кочевников определенно европейского типа в тех же широтах, но уже в 1828 году. Кто эти кочевники? Далекие потомки колонистов Эйрика, ставшие постепенно такими же дикими, как эскимосы, с которыми они делят жалкое существование? Вполне правдоподобное предположение, тем более что так происходило и во многих других точках земного шара, где белые люди жили среди первобытных народов, переняв их образ жизни, но не смешиваясь с ними.