Илья Сучков - Краски далекого острова

Иногда я начинаю сомневаться, не оказываю ли я медвежью услугу Цейлону, расписывая его прелести. Огромные реактивные монстры уже садятся один за другим в аэропорту Коломбо, повсюду щелкают и стрекочут фото- и кинокамеры… Но остаются еще сотни миль морского берега, не видавшие ни единого туриста, и девственные рифы, возле которых к человеку бесстрашно сплывается столько любопытных рыбин, что их приходится отталкивать от себя, чтобы сделать снимки.

Доброжелательность и гостеприимство — характерные черты жителей тропического острова. За годы жизни в стране я не слышал, чтобы кто-нибудь из советских товарищей посетовал на непорядочность ланкийцев, их недружелюбие или снобизм. Даже в периоды изменения политического климата основная масса наших знакомых всегда была готова так или иначе помочь нам или что-то посоветовать в случае каких-либо трудностей. Это очень скрашивало нашу жизнь в чужой стране. Даже среди тех, кто не разделял наших взглядов, я не встречал людей, готовых причинить нам какой-то ущерб. Видимо, ланкийцы давно усвоили, что независимо от взглядов, симпатий и антипатий люди должны сосуществовать мирно, иначе жить нельзя.

Но это не значит, что не бывает трудных ситуаций или острых дискуссий. Мне вспоминаются встречи и беседы с владельцем газетного концерна «Даваса-Сан» господином Гунасеной, которые частопроходили в таком духе:

— Хелло!

— Гуд монинг! Садитесь. Что будете пить? Чай или «Швебс»[4]? Предпочитаете, вероятно, «Швебс», ведь он красного цвета!? Я его не люблю.

Мы, корреспондент ТАСС и я, соглашаемся на «Швебс».

— Скажите, господа, правда, что в Советском Союзе детей с рождения отбирают у родителей и их воспитанием занимаются соответствующие государственные органы?

— Мистер Гунасена, ну откуда вы получаете эту лживую информацию? Нельзя же принимать за чистую монету все, что перепечатывают ваши газеты из западных источников. Вы можете сами поехать в СССР и убедиться, что это ложь.

— Ну хорошо. А скажите все же, почему ваши корабли находятся в Индийском океане? Вот я думаю иногда, проснешься в одно прекрасное утро, а в Коломбо уже красные. И останется Гунасена гол как сокол! А?

— Мистер Гунасена, сначала вы делаете американцам маленькое одолжение — по их просьбе печатаете в своих газетах материалы американских агентов, не заботясь об их содержании. Потом вы становитесь жертвой этой писанины и начинаете верить в то, что ваши газеты публикуют, в том числе и в «красную», или советскую, угрозу. Вот вы упомянули о плавании советских кораблей в Индийском океане. А почему бы и нет? Ведь русские корабли плавали здесь и сто лет назад, ходили походами из Севастополя через Индийский океан в порты Дальний и Порт-Артур. Участники первой русской кругосветной экспедиции 1803–1806 годов во главе с Крузенштерном и Лисянским уже тогда проводили в Индийском океане океанографические исследования. Почему же теперь, в век колоссального развития техники и широких межнациональных экономических связей, корабли первой страны социализма должны ограничить свое плавание акваториями Черного моря или порта Находка? Но никогда наши корабли не появлялись в бассейне Индийского океана и в портах прибрежных стран с целью захвата чужих земель или создания военных баз. Таковы факты истории…

После таких «преамбул» мы приступали к деловым переговорам. Конечно, участвуя в подобной словесной дуэли, мы не тешили себя надеждой повлиять на мировоззрение своего собеседника, изменить его взгляды. Однако мы замечали, что ему импонировали наша убежденность и вера в правоту нашего дела. Ну а если он не раз в процессе наших деловых встреч вызывал подобный обмен мнениями, то, вероятно, его иногда грыз червь сомнения, и он не всегда верил в то, что говорил и что вещали его газеты. Кто знает?!

Коломбо — столица маленького государства Шри Ланка, расположенного на одноименном острове в Индийском океане. Это рай для туристов, заезжих иностранцев, желающих посмотреть заморские края. Коломбо — самый крупный город страны, насчитывающий 800 тыс. жителей, главный порт на пересечении важных морских путей Индийского океана. Коломбо за его удобное расположение называют «перекрестком Азии». С верхних этажей гостиницы «Силинко хауз» открывается изумительная панорама: порт с кораблями всех стран мира, изумрудная с белой каемкой гряда прибоя Индийского океана, раскинувшийся веером огромный город.

Коломбо — главный административный и политический центр молодой республики, в городе сосредоточена общественная и культурная жизнь страны. Здесь расположены университет и несколько колледжей, ставших очагами высшего образования и научных исследований. В Коломбо находятся Национальный музей с богатой экспозицией и крупнейшая публичная библиотека.

Всем советским людям Коломбо дорог тем, что здесь останавливался великий русский писатель Антон Павлович Чехов.

12 ноября 1890 года. Среди пассажиров парохода «Петербург» в порту Коломбо сошел человек выше среднего роста, загорелый, с маленькой окладистой бородкой. В руках у него был увесистый деревянный фотоаппарат. Оставив вещи в гостинице «Гранд ориенталь», он отправился на прогулку по городу. Красочный восточный мир открылся его глазам. Ослепительное солнце, фруктовые базары, повозки, запряженные волами и маленькими лошадками, пестро одетые люди: в толпе трудно различить женщин и мужчин, ибо последние носят саронги, похожие на женские юбки. Выйдя на набережную, путешественник сфотографировал несколько улыбающихся ланкийцев в тени кокосовых пальм. Это фото оказалось единственным, сделанным на тропическом острове. Но краски Шри Ланки, его неповторимый колорит и гостеприимство народа навсегда остались в памяти Чехова, возвращавшегося с Сахалина домой.

16 ноября корабль «Петербург» покинул берега Шри Ланки. Четыре дня и четыре ночи провел на ланкийской земле тридцатилетний А. П. Чехов. Он увозил с собой не только теплые воспоминания об этой маленькой стране, но и законченную рукопись известного рассказа «Гусев». «Поскольку рукопись была завершена на Цейлоне, — писал он А. С. Суворину, — Вы можете поставить внизу под рассказом „Коломбо, 12 ноября“». Позже писал одному из знакомых: «Из Цейлона я привез с собою в Москву зверей — самку и самца, перед которыми пасуют даже Ваши таксы и превосходительный Апель Апелич. Имя сим зверям — мангус. Это помесь крысы с крокодилом, тигром и обезьяной. Сейчас они сидят в клетке, куда посажены за дурное поведение»[5].